Ворожей Горин – Фолиант Силы - Евгений Юрьевич Ильичев

— они на недосягаемом, даже для нас, уровне находятся. Небожители под луной обретающиеся. Вот до них-то наша ненаглядная Верочка и пытается дотянуться. И, поверь, она уже очень близка к тому, чтобы перейти дорогу тем, кто правит не только людьми, но и нами. Тобой и мной, то есть. Или ты, по наивности своей думал, что наш мир сам по себе? Оторван от людского мира и подчиняется лишь своим законам? В Канон веришь? Не смеши — Они, — Алиса красноречиво указала пальцем в небо, — все про нас знают. Знают и контролируют нас. И случись так, что кто-то из мира Ночи решится их оттуда низвергнуть, они тут же примят меры. Какие? Вспомни уроки истории. В тридцатые, к примеру, гибли не только враги народа. Но и враги всего человечества. Пачками, Горин, гибли. Опричнина опять же, из той же оперы. У них, Горин, есть силы, и есть чем ответить на любой наш выпад. По той же, кстати, причине они нас не пускают к себе на Олимп. Боятся, что мы их сместим.

— И к чему ты, собственно, клонишь?

— А к тому, Гришенька, что твоя сестренка в данную секунду рушит установленный ими миропорядок. Она уже вплотную приблизилась к тем самым небожителям. Власть заволновалась, поскольку понимает, если одни смогут до них дотянуться, то и другие смогут голову поднять. И не только смогут, но и сделают это. Короче, Горин, сейчас такой расклад — мир Ночи и мир подлунный объединились с одной целью — поймать и нейтрализовать твою сестру. Она сейчас, как спусковой крючок — сорвется и прогремит такой залп — мало никому не покажется. Марту трясут на всех уровнях. Повсюду рыщет полиция и федералы. Совет активизировался, церковь рвет и мечет. Ведьмы, как видишь, голову подняли, пытаясь вернуть свои былые позиции. Ворожеи плетут какие-то свои интриги. И все это под аккомпанемент появления на континенте сразу двоих бессмертных. У людей сейчас, если ты не заметил, не самый простой период — мир с ног на голову переворачивается. Меняются полюса силы, грядет новый тотальный передел мира. Им сейчас реально не в кассу эти наши движения-мандражения. Так что, сотрут твою сестру в порошок, рано или поздно. Сотрут и не посмотрят ни на тебя, ни на нас. Просто стирать они её будут вместе с нами всеми. А это уже война. Слышишь, Горин, война — самая, что ни на есть, натуральная. Мир ночи, просто так под нож ложиться не собирается.

— А от меня-то что нужно?

— Да все просто, — пожала плечами Алиса. — Ты помогаешь мне найти свою сестру, уговариваешь ее прекратить резню, и все про всё забывают.

— Вот так просто? А нахер сходить не хочешь, вместе со всем своим миром Ночи? Я на всю эту движуху не подписывался.

— Да пойми же ты, пустая твоя башка, твоя сестра сейчас, что тот джин из бутылки — силища огромная, а подчиняться никому не хочет. Успокой ее, дай нам с ней поработать, и мы получим адекватного вурдалака.

— Это вы здорово придумали, — усмехнулся я, — сами этого джина из бутылки выпустили, а как он с цепи сорвался, так Горин помоги?

— Ну, кто ж знал, что Вера такой замотивированной вылупится?

— А что мне мешает, скажем, найти ее, и не просто не мешать завершить начатое, а взять и присоединиться к ней? Или ты считаешь, что меня каким-то образом волнует судьба убийц родителей?

— Ты человек, Горин, — улыбнулась своей клыкастой улыбкой вурдалачка. И ты, (ох, не верю, что говорю это вслух), адекватный. Ты не станешь рисковать сотнями тысяч чужих жизней, ради реализации своей мести.

— Уверена? А что если мне плевать на всех? Что если вы мне своими играми глаза на истинное положение вещей открыли? Что мне мешает плюнуть на весь этот чертов мир и спустить этого джина с поводка? А после смотреть с превеликим удовольствием на то, как этот самый мир вас, детей Ночи, перемалывает в пыль?

— Я уверена, что ты примешь мои условия, Горин.

Говорила Алиса сейчас серьезно. Без издевок и подначивания.

— И что же вселяет в твою подлую душонку такую уверенность?

— А то, Горин, что сейчас в моих руках ключ к спасению Веры.

— Что ты имеешь в виду?

— Помоги нам. Поклянись луной и богами в том, что поможешь, и я поклянусь тебе тем же, что помогу одолеть ковен, что вас сейчас прессует, и открою тебе тайну фолианта. Ты прекрасно понимаешь, что без меня и без фолианта вам минут через пять, край, через десять придет конец.

— Так ты же сама на нас этот ковен и натравила! — возмутился я, на что Алиса ответила просто:

— Так, шантаж, мой милый, так и работает.

— Ковен на атаку не решится, у Ясны Фроловны кишка тонка. Уверен, священник договорится с ней.

— Не договорится. Через минуту они сцепятся, это я тебе гарантирую.

— Что за тайна фолианта?

— Поклянись. Потом скажу.

— Что мне мешает убить тебя прямо сейчас и самому все узнать?

— Время, ворожей, время. Пока ты будешь возиться со мной, твоих друзей там разорвут ведьмы. И, поверь, это не метафора. Бойцов Совета буквально растерзают и ведьмам за это ничего не будет. Они действительно в своем праве сейчас. Я все это подстроила, и рассчитала очень тонко. Круто, правда?

Я колебался. Не мог я дважды наступить на одни и те же грабли. Алиса поняла мои сомнения и подтолкнула меня еще одним доводом.

— Ты, ворожей, может, и одолеешь меня, не буду скрывать, опасаюсь я тебя. Но твои друзья действительно погибнут. Уже очень и очень скоро. Сможешь ли ты после этого спокойно спать? Ты не вурдалак, Гришенька, и в том твоя основная слабость — ты человек. Пока еще человек.

— Хрен с тобой, золотая рыбка. Клянусь луной и богами помочь вурдалачке Алисе разыскать свою сестру Веру, и постараться уговорить ее прекратить убийства. Большего обещать не могу. Вера уже не человек. Где-то глубоко в душе я это уже принял. Не верю в это мозгами, не верю сердцем, но понимаю, что это так. И еще я клянусь убить за это всех, кто причастен к перевоплощению моей сестры. Что, принимаешь ты такую клятву?

— Клятва принята, ворожей.

— Останови бойню!

Вурдалачка посмотрела на часы.

— Нет, Горин, уже не