Операция «Кронштадт» - Василий Анатольевич Криптонов

Чёрт, но какая же дрянь — эти иглы! И ведь не свернуть никуда. Искать в магическом лесу, выросшем пять минут назад, тропинку — занятие, очевидно обреченное на провал…

И вдруг я заметил, что чуть поодаль цвет игл кажется более тёмным, чем у других. В голове сверкнула догадка. Я свернул в сторону. А через минуту с облегчением выдохнул: догадка оказалась верной. Сосновые иглы потемнели из-за воды. Между вековых стволов бежал ручей.

Вот она, «тропинка»! По краям ручья иглы должны быть слежавшимися, не такими сыпучими.

— Мы наблюдаем нечто странное, уважаемые зрители, — комментировал между тем ведущий. — Господин Барятинский, вместо того, чтобы следовать дальше выбранным маршрутом, внезапно поменял направление! Он устремился к ручью. Неужели молодого князя так измучила жажда?

Ох, моя бы воля — засветил бы я тебе! Так, чтоб навсегда забыл и про жажду, и про все остальные потребности…

С этой мыслью я направил мотоцикл к ручью. И повёл его по краю русла.

Из-под колёс полетели брызги, но я не прогадал — вновь обретя под собой твёрдую поверхность, мотоцикл тут же прибавил скорости.

— Господин Барятинский демонстрирует удивительную смекалку, господа! — восхитился ведущий. — Сбившись с маршрута, он отстал от своего соперника, но это великолепное решение стоило того! Вы только взгляните, как быстро господин Барятинский вновь набирает скорость!

По ручью я ехал недолго — лес закончился так же внезапно, как начался. Под колёсами вновь появился асфальт. Я ещё больше прибавил скорости.

— Господину Барятинскому удалось вырваться вперёд, — объявил ведущий. — Но посмотрим, господа! Игра ещё не окончена. Посмотрим, что он будет делать дальше! Обратите внимание на дорогу!

Я обратил на неё внимание куда раньше, чем это услышал. Я вообще не отводил от дороги глаз.

И увидел, что асфальтовое покрытие впереди вздыбилось, приподнявшись над землёй. А за ним разверзся ров шириной около двух метров.

Ров перерезал асфальт, края его скрывались в траве. Объехать препятствие, по всей видимости, можно — но для этого придётся сойти с трассы. Неизвестно, сколько времени потеряешь. А вот вздыбившийся асфальт — для моих целей как нельзя кстати.

Я прильнул к рулю мотоцикла и выжал скорость на максимум.

— Господин Барятинский, кажется, не собирается сворачивать! — орал ведущий. — Что это? Особая уловка, или же… О-о-о!!!

Долетев до того места, где асфальт заканчивался, я заставил мотоцикл оторваться от земли.

Рисковал, конечно, здорово. Я не знал возможностей этой машины. Но судя по тому, что, перепрыгнув ров, мотоцикл не развалился, а понёсся дальше, всё сделал правильно.

На трибунах бесновались зрители. Ведущий орал что-то уже совершенно неразборчивое. Как обошёл препятствие Каледин, я не знал, но и позволить себе обернуться не мог. Не снижая скорости, нёсся дальше.

* * *

— Это была одна из самых красивых и ярких побед за всю историю существования Игр! — объявил ведущий. — Поздравляем команду Императорской академии!

Мы победили с большим отрывом. Несмотря на то, что баллы за порчу оборудования с меня, конечно же, сняли.

— Ещё поборемся, — сказал Каледин, пожимая мне руку во время церемонии награждения. — Сегодня — только первый день.

— Непременно, — кивнул я.

— Меня зовут Родион.

— Константин. Рад знакомству.

— Взаимно. Сейчас мы с тобой — соперники. Но, если найдёшь время на то, чтобы встретиться и пообщаться, когда Игра закончится…

— Принял, — кивнул я. — Постараюсь.

В следующую секунду на поле хлынули команды поддержки. Нас с Калединым разделила толпа.

* * *

Отмечать победу первого дня мы отправились в кафе. «Мы» — это вся наша компания, а именно: я, Андрей, Анатоль, Мишель, «Полли» и Надя. Ещё к нам присоединилась Кристина, что было, вообще-то, внезапно.

Мы с ней задержались на пути от стоянки такси до входа в заведение.

— Ну что? — спросил я, выставив на всякий случай «завесу». — У тебя есть какая-то связь с отцом?

— Была, — злобно зыркнула на меня Кристина. — Однако какой-то не в меру ретивый борец за незыблемость государственных устоев эту связь уничтожил.

Я вспомнил «пудреницу» с кнопками, поморщился.

— И что? Во всей тайной канцелярии другого передатчика не нашлось?

— Нашлось, — призналась Кристина. — В тот раз передатчик мне заменили. Но здесь я — без него. Связь держим через Агнессу, нас же с тобой вместе инструктировали.

— Инструктировали. Но я думал…

— Нет, — отрезала Кристина. — Тот факт, что я дочь господина Витмана, не даёт мне никаких привилегий, поверь. — Однако тут же смягчилась и добавила: — Расслабься, если бы что-то произошло — об этом бы уже все знали.

— И тайная канцелярия не попытались бы замять произошедшее без лишнего шума? — удивился я. — Зачем массам знать, что на императорскую семью могут так вот запросто покуситься?

— Ни к чему, — согласилась Кристина, глядя в сторону кафе. — Именно поэтому все бы уже и знали. Слухи распространяют не сотрудники тайной канцелярии, и уж подавно не члены императорской семьи. А те, кому выгодно. Ну, или идиоты. Впрочем, идиоты в основном работают на тех, кому выгодно. Зачастую сами об этом не подозревая и совершенно бесплатно.

— Уровень любви к человечеству: «чёрный маг», — усмехнулся я.

— Мне нет нужды лицемерно декларировать свою любовь к людям! — вздёрнула нос Кристина. — Достаточно осознания того, что люди необходимы для существования аристократов.

— Это ты так передо мной оправдываешься? — продолжал веселиться я.

— И что заставило тебя так подумать?! — Кристина покраснела. — Да кто ты такой, чтобы…

— Ясно, ясно, — успокоил я её. — Ладно, идём радоваться жизни.

— Стой! Помнишь, ты просил меня поговорить с Полли насчёт Мишеля?

— Ну? — Я остановился и повернулся к Кристине. Та как-то совершенно несвойственно ей переминалась с ноги на ногу, избегая смотреть мне в глаза.

— Ну… Я с ней разговаривала. В общем, она, конечно, заметила, что Мишель испытывает к ней вполне определённые чувства. И, насколько я могу понять её взбалмошную натуру, она была очень даже не против пережить пару-тройку каких-нибудь волнующих приключений. После чего сказать: «Ах, Мишель, я навек сохраню вас в своём сердце, но, увы. Я другому отдана».

— Ну то есть, ей на него плевать, — перевёл я.

— Буквально — да. И потому меня сейчас беспокоит вот это.

Кристина взглядом указала на окно кафе. Я посмотрел туда же и задумчиво кивнул. Мишель и «Полли» сидели рядом, оживлённо о чём-то болтая. Великая княжна с каждым часом всё лучше вживалась в роль, и теперь, кажется, чувствовала себя комфортно даже без книжки.

— Беспокоишься, что когда они поменяются обратно, Мишель попытается подкатить к настоящей Полли и получит категорический отказ?

— Нет! — выкрикнула Кристина, оскорблённая тем, что её заподозрили в таких альтруистических