Иллюзия чистого листа: шаг в никуда - Дмитрий Владимирович Ледовской

включающих вышеупомянутый механизм перехода туда, откуда, как справедливо считают люди, не возвращаются, а потом заявиться обратно. Что из этого вышло, я расскажу позже.

В предновогодние дни я не стал рассказывать Алене про дворец и о том, что моя жизнь несколько раз висела на волоске, считая это преждевременным. Мы встретили Новый год в уютной обстановке старинной квартиры. У нас были елочка, подарки, ночная прогулка по украшенным улочкам Питера. Это были наши приятные и счастливые дни. Но существовало обстоятельство, омрачавшее праздник. Мой друг Дмитрий Синицын встречал Новый год не за праздничным столом, как это делал всю жизнь, а в психиатрической лечебнице, куда попал из-за меня. Я хотел сделать его своим помощником, помочь начать новую интересную жизнь, а вместо этого устроил ему сущий ад. Именно из-за меня параллельный мир довел его до сумасшествия и спровадил в психушку. До сих пор у меня от тех воспоминаний портилось настроение и на душе скребли кошки. Мне часто вспоминался тот день, когда Дима согласился с моим предложением работать управляющим во дворце, предоставленным мне в бессрочное пользование бизнесменом Красновым. Тогда мне было приятно, что я помог ему устроится на высокооплачиваемую работу.

Но как разительно отличался внешний вид Дмитрия, когда он впервые приехал во дворец, от того человека, с очумелым взглядом взиравшего на меня из подвальной дворцовой щели спустя всего несколько дней. Некий внутренний барьер останавливал меня, то ли стыд, то ли банальная боязнь увидеть друга в ужасном состоянии, поэтому я не спешил навестить его в больнице с решетками на окнах. С момента исчезновения Дмитрия до его обнаружения охраной в подвале дворца прошло совсем немного времени. Моего приятеля обнаружили в мое отсутствие и сразу доставили в психиатрическую больницу. За этот короткий отрезок времени с обликом моего армейского приятеля произошли совершенно необъяснимые и весьма плачевные изменения. Со слов сотрудников охраны, вместо нормального здорового человека их глазам предстало по обезьяньи жестикулирующее человекообразное существо. На лице, накануне бритом и вполне гладком, невесть откуда взялась длинная свалявшаяся борода, причем совершенно седая. У всех, кто обозревал Дмитрия, создавалось впечатление, что он провел в подземелье не пару дней, а много лет. Но добиться объяснения этих метаморфоз от моего помутившегося рассудком друга не представлялось никакой возможности.

Сразу после Нового года я раскрыл Алене все карты и рассказал о том, что со мной произошло за последний месяц. До сей поры я держал эти события в секрете, и это не смотря на то, что Алена в первое время весьма настойчиво допытывалась, что же со мной случилось, и как я все таки прожил этот месяц. Я не решался на этот шаг, меня словно что-то останавливало. Возможно, я боялся, что могущественные силы, с которыми я теперь находился в крепкой связке, опять могут выкинуть нечто такое, отчего лишние знания Алены могли бы стать причиной нашего расставания. Но потом, словно получив негласное разрешение, я все рассказал.

Для того, чтобы во время длительного рассказа Алена не засомневалась в моем здравомыслии, мне требовалось подкрепить сказанное демонстрацией своих чудесных возможностей, поскольку в мою историю просто так поверить было крайне сложно. Поэтому перед тем, как приступить к изложению случившихся со мной невероятных событий, я придумал что предъявить Алене в качестве доказательств своего обновления, а заодно вменяемости. Я решил удивлять свою слушательницу поэтапно, по мере хронологического продвижения своего повествования.

Первым делом, водитель Валерий, предоставленный мне Администрацией города Санкт-Петербурга в бессрочную помощь, на черной иномарке представительского класса отвез нас во дворец Краснова. Там нас встретил временный управляющий, выбранный из числа персонала дворца. Я предупредил Алену, чтобы она не задавала вопросов раньше времени, поскольку я ей сам все расскажу, когда прибудем на место. Управляющий хотел проводить нас, но я сказал ему, что мы сами управимся. После этого я провел Алену в полюбившуюся мне комнату с камином, потайной дверцей, ведущей в подвал, и старинной картиной, изображающей королевскую охоту. Предусмотрительно, согласно своему замыслу, я мысленно сформировал идею с трюками и направил ее в средний мир для реализации.

Пока я затапливал камин, а служащие дворца готовили обед и накрывали на небольшой столик, установленный у дивана, прошло некоторое время, которого оказалось достаточным, чтобы к нам в гости заявился губернатор Санкт-Петербурга. Он прибыл не один, а с небольшой свитой. Я пригласил его пообедать с нами, на что он согласился. Свита была спроважена губернатором на улицу, а сам гость уселся за столик с несколько растерянным видом, потому что толком не мог объяснить самому себе, что дернуло его внезапно в самый разгар застолья покинуть корпоратив в ресторане и приехать навестить многоуважаемого Олега Сергеевича, то есть, меня. Повод приезда ему, конечно, придумывать было не надо, ведь шли новогодние праздничные дни, поэтому губернатор привез с собой какой-то новогодний подарок, который он после устного поздравительного вступления поставил нераспакованным у дивана.

Дождавшись отъезда губернатора, пробывшего во дворце не более получаса, я принялся рассказывать все приключившиеся со мной события с самого начала. Разумеется, отдельные деликатные подробности я упустил. Те, кто знаком с моей историей, поймут, о чем я.

Примерно в середине повествования, которое, судя по выражению лица, захватило мою слушательницу, к нам пожаловали очередные гости, из-за чего разговор пришлось прервать. Один из гостей, являющийся любителем шляп, усов и гитары, весьма известная личность, выпив чаю, исполнил нам на гитаре пару песен из кинофильмов, в которых сам лично сыграл главные роли. Через пять минут после его убытия нас посетила одна популярная питерская рок-группа. Ее участники также посидели с нами за чаем-кофе, затем незамысловато с использованием двух гитар исполнили пару-тройку песен из собственного репертуара прямо здесь в каминной комнате.

Когда рок-группа удалилась, я продолжил изложение своей наполненной опасностями истории и через некоторое время закончил рассказывать Алене о том, что со мной приключилось, кем стал и чем теперь занимаюсь. Все это время Алена просто молчала, внимательно слушала меня, не прерывая. А в конце своей речи я взял ее за руку, вывел из каминной комнаты в помещение, расположенное напротив, где подвел к окну. Совсем недалеко в море прямо напротив окон дворца левым бортом к нам проплывал крейсер «Аврора». Дав одиночный холостой выстрел из носового орудия, он развернулся, описав большой круг, и направился в сторону своей постоянной стоянки в устье реки Большая Невка к Петропавловской набережной. На этом фокусы закончились, а Алена сказала мне, что их можно было и не демонстрировать, поскольку с самого начала она верила