Добро пожаловать в Жутвилль! - Екатерина Андреева
Стоило мальчику убрать пальцы с механического движка, как колдун выхватил часы у него из рук и, даже не посмотрев на них, расцеловал циферблат.
– Наконец-то! Наконец-то! – закричал он и захохотал, будто сумасшедший. – Я свободен!
Громкий бой часов оглушил Тиму. Пространство содрогнулось и затряслось, будто началось землетрясение. Мальчик упал на колени и закрыл уши руками. Ветер завыл с новой силой, туман закрутился с бешеной скоростью, и всякий хлам полетел в разные стороны. Тиме пришлось нагнуться и прикрыть голову руками, но иногда стулья, картины и тяжёлые тома больно били его по рукам и лицу. Ранки и царапины больно защипали, но мальчик не обращал на них никакого внимания. Ужас накрыл его с головой, когда он посмотрел на старика.
Прямо на глазах тот стал расти и выпрямляться. Волосы его почернели и заблестели густой шевелюрой. Лицо изгладилось, странные пятна пропали, и глаза загорелись диким весельем.
– Свободен! Свободен! – кричал он между приступами жуткого хохота. – Наконец-то я могу вернуться! Всё моё! Всё моё! Весь мир теперь будет мой!
А вокруг расходился ураган. Потоки воздуха и тумана крутились теперь с такой скоростью, что предметы в нём превратились теперь в размытые пятна. Что-то трещало и гудело, билось и грохотало, и земля тряслась, будто под ногами великанов.
– ТИМА!!! – раздались испуганные крики его друзей. Все они слились в один голос, в котором звенел отчаянный страх.
– Хватайтесь за меня! – воскликнул мальчик.
– Мы не знаем как! – послышалось в ответ. – Мы стали туманом!
Старик всё хохотал и хохотал, не обращая внимания ни на что вокруг. Знакомая мелодия, которую дети слышали каждую ночь, загремела в воздухе.
– Моя любимая песня! – с восторгом крикнул колдун.
Тима поднялся, в отчаянии оглядываясь кругом. Неужели у него не получилось испортить заклинание? Они все теперь погибнут? В этот момент ему так захотелось снова оказаться дома или даже в школе. Он был готов и на дополнительный урок математики! Ему вспомнился вкус шоколадного торта, тёплые лепёшки, которыми угощал Дровосек, и жаркий камин ведьмы. Он всхлипнул. Больше никогда Рахи не расскажет ему историй о проклятьях, они больше не попрыгают на батуте вместе с Патриком, а Фи больше не сможет придумать планы, в которых нужно столкнуть кого-то в яму. Он даже не подерётся больше с мерзкой компашкой!
В этот момент Тима вдруг подумал, что у него была такая весёлая жизнь!
– Не хочу быть никаким колдуном, – буркнул он. – Мне и так всё нравится!
– ПОМОГИТЕ! – раздался очередной крик его друзей, и вдруг их голоса исчезли.
Сердце у Тимы ушло в пятки и даже куда-то дальше. Он вытер нос рукавом, резко повернулся и побежал на колдуна, крикнув:
– Нельзя обижать моих друзей!
Старик, точнее, теперь уже и не старик вовсе, был так увлечён своей любимой мелодией и так счастлив, что даже не заметил летящего на него маленького мальчика. Тима со всей силы врезался в колдуна. Тот покачнулся, взмахнул руками и, успев только крикнуть «Что ты де…», потерял равновесие и рухнул в туман. Его крик унёсся куда-то вдаль.
– Ой! – растерялся мальчик.
Ветер резко стих, а туман и предметы в нём вдруг застыли. В ушах Тимы зазвенела тишина. А потом всё закрутилось в обратную сторону. Ветер выл, что-то скрипело и рушилось, будто сам дом разваливался на части. А в центре всего стоял обычный мальчик, который не мог спастись.
Кольцо ураганного тумана сжималось и сжималось, ветер рвал на Тиме одежду и толкал его из стороны в сторону.
– Помогите! – завопил Тима.
И кольцо резко сжалось, захватив его в свои холодные объятья. Мальчик резко вдохнул, а потом почувствовал, что летит. Бах! Бум! Что-то взорвалось, и Тиму на огромной скорости выбросило на что-то твёрдое и шершавое.
У мальчика перехватило дыхание, в голове завибрировала боль, а в нос ударил запах прелых листьев и гари. Он с трудом разлепил глаза, и в них тут же ударил яркий свет. А потом вдруг раздался громкий испуганный голос:
– Тима?!
«О нет, – промелькнуло в голове у мальчика. – Сейчас мама меня убьёт!» Мысли его уплыли далеко, в глазах потемнело, и в следующий миг всё исчезло.
Глава 17
Жил-был мальчик
Когда Тима вновь попытался открыть глаза, вокруг всё золотилось от тёплого осеннего света, под головой было мягко, а сверху лежало что-то тяжёлое и пушистое.
Мальчик сонно поморгал и вдруг почувствовал на щеке чей-то шершавый и липкий язык. Ухо обдало горячим дыханием, а в носу запахло мокрой шерстью.
– Монстр, ну-ка назад! – раздался сердитый голос мамы. – Его нельзя беспокоить!
Послышалось недовольное поскуливание, и тёмная тень куда-то пропала. Тима с трудом разлепил веки и поморгал. Из небытия выплыли размытые очертания его комнаты, виляющий хвост подкроватного Монстра, чьи-то сильные руки (должно быть, папины!) и взволнованное лицо мамы. Её острые ушки задёргались, а крылья за спиной затрепетали на свету, создавая на стенах красивые радужные блики.
– Что случилось? – прохрипел Тима. В горле у него оказалось так сухо, будто джинны наколдовали там пустыню, как в той праздничной палатке. Он закашлялся.
– Не торопись, – мягко произнесла мама, помогла мальчику сесть и поднесла к его губам дымящуюся кружку.
Тима глотнул. Напиток оказался чуть горьковатым, но с приятными медовыми нотками.
– А где колдун? – спросил мальчик, снова оглядываясь и вспоминая последние события.
Вот его захлестнул ураган, вот он куда-то летит, а теперь снова лежит в своей постели, да ещё и в любимой пижаме. Когда это он успел переодеться? Голова у него была тяжёлой, а тело болело от кончиков волос до пальцев ног, будто он весь день дрался с деревом.
– Колдуна больше нет, – тихо, но твёрдо ответил отец семейства и опустился на кровать. – И больше никогда не будет.
Где-то за дверью послышался взволнованный дружный «Ах!», и оборотень покачал головой.
– Я пытался их прогнать, но ты же знаешь, Тим, – он развёл руками, – когда они беспокоятся, ни за что не уйдут.
– Или когда хотят собрать свежие сплетни, – усмехнулась мама.
Голоса родителей звучали непривычно устало, и мальчик заметил под их глазами тёмные круги.
– Что произошло? – снова спросил он. – Вы видели Фи или Патрика? А Рахи? А…
Мама подняла руки:
– Не спеши, тебе нужен покой. С твоими друзьями всё в порядке, они дома. Вероятно, видят седьмой сон и
