Жмурки - Татьяна Зимина

остановке Рамзес вновь взял Машин след.

Мимо ларька с мороженным — там Маша не останавливалась, прямо в парк.

И тут их с Терентием ждал подарок: ленточка из Машиной косички.

Она была мятая, кто-то наступил на ленточку ботинком, а ещё на неё накакал голубь… Но сомнений не было: запах принадлежал именно Маше.

К сожалению, это было единственной хорошей новостью: рядом с ленточкой, прямо у дорожки, след обрывался.

Глава 18

Я молча смотрел на оборотней, а в голове проносился целый вихрь мыслей.

В чём заключался обман? Что вообще происходит? И… Что мне со всем этим делать?

— Мы сказали тэбэ, гдэ искать Совет, — когда молчание затянулось, голос подал Салим. — Но это нэ то мэсто.

— Мы думаем, что там держат заложников, — добавил Валид. — Но мы не уверены. Ты… Ты там был? — в голосе его прорезалась тревога.

Я усмехнулся.

Уже понимая, что попались, что застряли надолго, они отправили следить за подозрительным местом меня…

Потрясающе.

— Я там был, — и я посмотрел им в глаза, по очереди. Признаков раскаяния не обнаружил. — Многое видел. И честно говоря, ничего не понял. Но если бы вы сразу рассказали мне…

— Ты бы не стал нас слушать, — перебил Валид.

— Какое тэбэ дэло да чужих близких? — добавил Салим.

Я хотел возмутиться, возразить… Но понял, что они правы.

Я бы отмахнулся.

Все мои мысли занимал пресловутый Совет города Питера, до которого я хотел добраться больше всего на свете.

Я бы не стал ничего слушать о заложниках.

— Но вы знаете, где его искать, — и я продолжаю о нём думать. Потому что Алекс сможет вернуться домой, только после того, как я разберусь с этим Советом.

— Да они вабщэ-то нэ прячуца, — пожал плечами Салим.

— Но мы покажем, — поспешно вставил Валид. — Поедем, как только ты будешь готов.

— Я уже готов.

Братья посмотрели на меня снисходительно и одновременно скептически.

Я даже почувствовал, как теплеют щеки…

— Вы правы. Надо всё обдумать.

— Нэ думать, э? Аружие нада брать. Армию.

Теперь уже я ничего не понимал.

— Салим хочет сказать, что соваться с голыми руками туда нет смысла, — пояснил Валид. — Ты их только спугнёшь. И всё значительно усложнится.

— Можно подумать, что сейчас всё просто, — буркнул я.

Но они опять были правы.

А я-то думал, что интеллектом ящерицы не блещут.

— Но ты должен абещать асвабадить заложников, — гнул своё Салим. — Договор?

А я подумал вот о чём: если это всё — дело рук нового Совета… Если дети из школы пропали тоже по его вине… Логично предположить, что держат их всех в каком-то одном месте.

И этим местом вполне может оказаться то самое казённое здание. Там была охрана, я видел там кровати и кто-то на них явно спал.

Маша. Соседка сказала, девочка пропала вчера. То есть, в то время, когда я сидел на дереве и заглядывал в окна, она вполне могла быть там.

Я даже видел, как в ворота въезжала машина! Конечно, находиться в ней мог кто угодно.

И с равным успехом — пропавшая девочка.

— Нет, — сказал я, как можно убедительнее. — Мы не можем освобождать заложников прежде, чем разберёмся с Советом. Если они узнают…

— Нужна напасть аднаврэмэнна, — Салим поднял указательный палец.

Но я опять покачал головой.

— У нас нет столько людей. По-сути, у нас всего один боец — я.

— Абижаэш, э?.. Пайдэм, выйдэм. Я пакажу тэбэ, кто баец…

— Мой брат хочет сказать, что рано ты сбрасываешь нас со счетов, — поспешно вмешался Валид.

— Я справился с четверыми из вас, — сказал я. — Ещё двое сбежали. Кстати: они вполне могли привести подмогу. Но почему-то этого не сделали. Вы одни? У вас больше никого нет?

Братья переглянулись.

Салим хитро улыбнулся, а потом… подмигнул.

— Так, — чувствуя, как лоб покрывается испариной, я уселся на стул. — Вы опять водите меня а нос. Что за дела? — голос звучал более резко, чем мне бы хотелось.

— Тебе нужно поехать с нами, — мягко заметил Валид. — И тогда ты всё поймёшь.

— Ладно, погнали, — я с готовностью поднялся.

— Нэ баишся, э?

— Я — стригой, — улыбнувшись, я чуть показал клыки. — Меня мало что пугает.

Коротко переговорив с Афиной, я пошел заводить Хам. Амальтея была где-то наверху, вероятно, прибиралась в моих комнатах…

Я покраснел.

При мысли, что она увидит — и унюхает — в моей спальне, мне стало плохо.

Вообще-то я никогда не привожу пассий в особняк. Всегда считал, что это — прерогатива шефа, а с меня довольно отелей.

Бросив взгляд на окно второго этажа, я её увидел.

Амальтея стояла, чуть придерживая штору, и смотрела на меня.

Тогда я помахал ей и улыбнулся.

Она помахала в ответ.

Личико готической панды ничего не выражало — да я и не ждал.

Я и так знаю, что она обо мне думает.

Подогнав Хам к крыльцу, я пошел за ребятами.

— Нада сдэлать так, как будта мы да сих пор плэнники, — перед тем, как выйти из дому, сказал Салим.

— Тебе придётся вынести нас, как трупы, и положить в багажник, — кивнул Валид.

Невольно я посмотрел на небо. Вспомнил звук преследующего меня дрона, а ещё какие-то фары вчера ночью…

— Куда едем? — спросил я.

— Заброшенный завод, — ответил Валид.

Ребята перестали изображать трупы и перебрались из багажника в салон. Салим остался сзади, Валид сел рядом со мной.

— Какой заброшенный завод? — переспросил я.

— Навыгатор включи, — подал голос Салим.

— Есть такая достопримечательность, — пояснил Валид. — Заброшенный завод. По дороге от порта. Больше ничего сказать не могу, города мы не знаем.

Обратившись к навигатору, я нашел требуемое, показал экран Валиду… Тот пожал плечами: вроде бы то самое место.

Как они собираются найти, где прячется Совет?

Ладно. Не буду заострять.

Разберёмся.

— Вы понимаете, что после того, как обманули меня вот уже два раза, я не могу вам верить? — спросил я.

— А кто тэбэ сказал, что всэго два? Хе-хе.

— Он так шутит, — поспешно впрягся Валид. А потом чуть развернул голову назад. — Салим, не надо шутить с нашим новым другом, хорошо?

— Проста хатэл абстановку разрядить, — буркнул бородач.

На ум всё настойчивее лезла мысль, что самый глупый в нашей компании — я.

Одиннадцать утра. Мы довольно лихо неслись по ЗСД, в сторону морских ворот.

Сегодня было тепло — по питерским меркам, конечно. Солнце даже иногда проглядывало сквозь тучи, выпуская плотные, похожие на палочки для китайской еды, лучи.

Пахло мокрым асфальтом и тиной.

— Почему от вас пахнет тиной? — спросил я. — Не поймите меня неправильно, но ящерицы — сухопутные существа. К тому же, Краснодарский край, это…

— Ящерицами были как раз те двое, — добродушно сказал Валид. — А мы с братом — вараны.

В зеркало заднего вида я заметил, как Салим стрельнул в воздух чёрным раздвоенным языком. А потом улыбнулся.

Он меня провоцирует. Или проверяет.

Я улыбнулся ему в ответ, выдвинув клыки на всю длину.

Вопреки ожиданиям, это не произвело никакого впечатления.

— Вараны — тоже сухопутные, — сказал я. — Пустыни там, саванны…

— Ванарус Нилотикус, — пояснил Валид. — Нильский варан, один из крупнейших в Африке.

— Упс… — я смутился. — А я думал, вы — наши. Абхазия, Чечня…

— Турки, — сказал Салим. — Проста мы давно здэсь. Как эта гаварят? Абрусели. Фамилие такое.

И заржал.

Странное чувство юмора у чувака, но кто не без греха?

Почему-то вспомнилось, как вчера я вёз в багажнике трупы в чёрных мешках.

Один из них помер от страха, он даже обмочился.

Что-то здесь не сходится.

Но додумать мысль я не успел.

— Вот здесь сверни, — неожиданно сказал Валид, и я чуть не проскочил съезд с магистрали. Пришлось сосредоточиться на знаках, я здесь ещё не бывал.

Как оказалось, нам был нужен не сам завод, а промзона сразу за ним.

Тут располагались склады, торгующие стройматериалами магазины, автосервисы…

Я медленно гнал Хам мимо светящихся даже днём вывесок, ожидая, что мне скажут притормозить и заехать в какие-нибудь ворота. Но Валид молчал.

Нетерпение грызло изнутри, как голодная мышь сохлый кусок сыра.

Что они задумали?

А вообще-то… Меня вполне