Попаданка Молли-Мон. Эротическое приключение - Сюзи Макс

– Какой геройский поступок, – иронично усмехнулась она. Наконец она нашла нужные таблетки и вручила ему целую пачку. Он взял бутылку с минеральной водой, которую Джонни заботливо положил дочери под утро на тумбочку. Как только он ее открыл, вода тут же брызнула в разные стороны и попала на девушку.

– Аккуратнее, милый, – возмутилась она, размазывая по взмокшей рубашке капли воды.

– Прости. Хотя у тебя соски классно встали, – рассмеялся он.

– Да пошел ты. Свари мне лучше кофе!

– Я могу похозяйничать на вашей кухне?

– Тебе можно все, – она с нежностью взглянула на него.

Брови Дениана медленно поползли вверх.

– Ну, ладно.

– Я в душ. Разберешься на кухне.

– А можно мне с тобой? – простонал он, притягивая ее к себе и целуя.

– Нет уж. Я быстро, – пообещала она.

Через некоторое время, когда она вернулась и спустилась вниз, на кухне уже ждал ее свежесваренный ароматный кофе и круассаны, которые Дени нашел в каком-то шкафчике у Джонни.

– Мой любимый завтрак! – весело воскликнула она и чмокнула его в щеку.

– Все для тебя, моя радость. Ты такая очаровательная и невинная без всей этой косметики. – Заметил он.

– Ой, я забыла привести себя в порядок! – всполошилась она.

– Ты что шутишь! Уж кому – кому, а тебе не обязательно сутки ходить в косметике. Ты любая мне нравишься!

– Комплимент?

– Воспринимай, как хочешь, но это правда.

– Тогда ладно. Ты голоден?

– Нет. Имею привычку завтракать глазунью рано утром, – улыбнулся он.

– Ты что шутишь?

– Конечно!

– Пойдем ко мне в комнату, милый.

– Да, любимая.

Моника уже развернулась, чтобы пойти наверх, но в изумлении посмотрела на него.

– Как ты меня назвал?

– Любимая, – повторил тот, пожимая плечами. – Я назвал тебя «любимой». Что-то не так, моя леди?

– Дениан, – прошептала она, – не шути так со мной, сказала она и отставила выпитую кружку с кофе. – Я думала, между нами только сексуальные отношения.

Дени приблизился к ней вплотную. Обхватив ее талию и ягодицы руками, он усадил ее на барную стойку у них в кухне.

– Это не шутка. Я думаю, что нас связывает нечто большее, чем просто секс, дорогая моя Моника.

– Да что с тобой, – в удивлении она широко раскрыла глаза.

Но парень, с которым она знакома второй день, почему-то серьезно смотрел на нее.

Он прикоснулся указательным и средним пальцами обеих рук к ее вискам и закрыл глаза. Девушку словно пробило током в триста вольт. Она тоже закрыла глаза – и тут же тело ее конвульсивно задвигалось: знакомые воспоминания нахлынули горячей лавиной, сжигая все внутренности желтым огнем. Она вскрикнула и чуть не свалилась на пол – Дени вовремя подхватил ее. Она разрыдалась – перед ее глазами стояли бесчисленные картины с их откровенными сценами в замке…втроем…с Дрю, затем его друзья. Маркус, Лайхиала, Джонас, Эрик и Джеймс – все они давно были знакомы ей! Она вспомнила обряд и ночь на кладбище. И наконец, жуткая сцена исчезновения его самого. Их последняя встреча с Дрю у какого-то заброшенного амбара. Его глазами она смотрела в «тот момент» на то, как это все случилось – это было ужасно! Черные свечи, кровь… «Твое место в аду, в твоем замке – вечной ловушке времени», – были его последними словами, отозвавшимися эхом в ее голове. И все.

Казалось, надолго уснувшие или забытые чувства захлестнули ее снова. Моника разрыдалась, скатившись на пол. Она была не в силах поднять на него глаза. Это было крайне тяжело после всего увиденного его глазами. Он понял ее и лишь обнял, прижал к себе, нежно поглаживая по голове.

– Любимая, теперь ты догадываешься, почему он смотрел на меня вчера как на привидение. – Говорил он, улыбаясь, – он думает, что у него галлюцинации. Он часто видит меня в своих кошмарах в последнее время – я это знаю.

– Как, скажи мне, Дени, как тебе удалось? – всхлипывала она, заставляя себя взглянуть на него. В его глазах она увидела отчаяние и страх.

– Мне надо было что-то предпринять, чтобы вернуться к тебе. Поверь мне, я дорого заплатил, чтобы вернуться сюда. Теперь я смертен и не обладаю больше сверхъестественной силой, какая у меня была раньше. Сейчас я гожусь только на роль экстрасенса, – хмыкнул он. – И больше между нами нет мистических кровных уз, с помощью которых мы связали друг друга навеки, во что бы то ни стало. Вот почему нас притянула это мистическая сила, когда мы снова встретились с тобой. Она сделала свое дело – и теперь ее нет. Сейчас между нами чистая человеческая любовь и чувства, моя дорогая.

– Я все помню. – Она слабо улыбнулась.

Он вновь притянул ее к себе и крепко сжал в своих объятиях.

– Я когда увидел тебя снова, мое сердце готово было выпрыгнуть из груди от счастья! – он выразительно взглянул в ее глаза, наполненные слезами.

– Почему ты вчера не дал мне понять, что ты вернулся, Дени!

– Ты бы наделала много глупостей! Но сейчас все образуется. Я обещаю.

– Любимый! – в последний раз всхлипнула она, прижимаясь к нему всем телом. – Что ты теперь будешь делать?

– Не знаю. В любом случае последнее слово за тобой, он же твой парень.

– Ты вообще, о чем говоришь? – возмутилась она – Ты – моя судьба! Ты мой избранник, слышишь! Навсегда! – с чувством восклицала она. – Нет. Все будет так, как ты теперь скажешь.

– Хорошо, детка. Нужно вести себя пока так, будто ты ничего не знаешь. Чтобы он ничего не заподозрил. Я постараюсь быть для него менее заметным. Я ему устрою сладкую жизнь. – При этих словах губы его растянулись в злой усмешке. – Теперь, когда он якобы нанялся в команду – он у меня отдыха знать не будет! У него не останется сил даже подумать о тебе. И он будет чувствовать себя виноватым. А потом ты от него уйдешь, – закончил он и сурово посмотрел на нее.

– Все как ты скажешь, – повторила она. – По-моему, я теперь его презираю.

– Не стоит это показывать, милая. Ему и так придется нелегко.

– Ты его жалеешь?!

– Да нет. Нужно здраво рассуждать. Месть – это блюдо, которое подают холодным!

– Он – чудовище! – сплюнула она. – Как я могу изображать после этого любовь?!

– Попробуй. И еще…

– Да?

– Не говори об этом никому. Все равно не поверят. Эта часть памяти для них стерта безвозвратно, – тихо произнес он.

– Постой! – неожиданно воскликнула она.

– Что-то не так?

– Вилле!

– Что, «Вилле»?

– Парень, из моей компании. Ты кое-чего не знаешь о нем! – она поймала на себе его