Марика Ми - Выдумщики

На ней была изображена четверка молодых людей – трое парней и девушка. Они держались за руки и широко улыбались.

У Ады екнуло сердце, хотя она сама не могла понять почему. Но эти люди показались ей ужасно родными, словно она знала их когда-то, а потом забыла.

Ада всматривалась в лица, но стекло было мутным, будто закоптилось, и разглядеть получалось только силуэты и улыбки. Она хотела вынуть фотографию, но тут пришел Рыжий.

– Ты не поверишь, тут нет кухни! – радостно сообщил он. – И где твой брат питался? Зато есть выход в сад. Пойдем?

Ада кивнула. Хотела поставить фотографию обратно, но передумала и убрала ее в сумку. Пусть побудет рядом.

Они вышли на улицу и тут же попали в царство зелени и цветов. На внутреннем дворе, за домом Марка, был разбит огромный сад. В воздухе стоял запах цветущих вишен и яблонь. Эйд сел на маленькую скамейку под аркой, увитой плющом.

– Вот таким я в детстве представлял свой дом. Забавно, да?

– С садом? – улыбнулась Адель. Как-то это не очень вязалось с образом Рыжего.

– Ну да, вилла и сад. Конечно. Как же без него? – удивился он.

– Твой дом тоже хороший.

Рыжий пожал плечами.

– У меня было много вариантов, нельзя же воплотить все. – Он сорвал травинку и принялся ее жевать. – Когда ничего нет, многое придумывается.

– Невеселое детство?

– Не то слово. – Рыжий отвел глаза. Ада видела, как напряглись его мышцы, а лицо стало каменным, будто он старался что-то удержать в себе. И вдруг улыбнулся, злобной, упрямой улыбкой. – Зато я вряд ли бы научился выдумывать уже в пять лет, да?

– Так рано?

– А то. Есть захочешь, и не такое сделаешь. Хотя, – Рыжий закинул руки за голову, – лучше всего у меня получались всякие препятствия. Бегут за тобой парни, а ты – хоп – и выдал им банку под ноги, они все и попадали. Главное, чтобы не заподозрили тебя. Дед вот быстро догадался и увез меня в другой город. Ругался – ужас. Называл ведьмаком и дьяволенком. Зато выжили.

– А родители?

– Не знаю, дед не любил о них говорить. Всегда были мы вдвоем против всех.

– Понятно, – протянула Ада.

– Уже жалеешь меня? Готова обнять и погладить по голове? – усмехнулся Рыжий. – Можно я сяду тебе на коленочки и поплачусь о несчастной судьбе?

– Ты это придумал? – недовольно спросила Ада.

Рыжий выплюнул травинку, поморщился.

– Да нет, все было. Только не со мной, а с сопляком, которого вытащила Лаура и привезла сюда. Здесь он стал мною. Так что меня жалеть бессмысленно.

– Ладно, не буду.

– Ой, а я совсем забыл! – вдруг вскочил Рыжий. – Сиди здесь, я сейчас приду.

И унесся в дом. Вернулся уже через минуту с огромной толстой папкой.

– Смотри, что нашел. – Он развязал ленту, стягивающую края, открыл. Внутри лежали рисунки. Карандашные наброски, только намеки будущих картин, и готовые, цветные, написанные акварелью; миниатюры, величиной чуть больше ладони, и большие, на плотном картоне. Но в каждой из них была безумная энергия, яростное желание жить, все краски и эмоции жизни.

Ада разглядывала картину за картиной и чувствовала, что есть и другой Марк, не зажатый, с нервной улыбкой, а страстный, горячий, яркий. Которого она уже не помнила, а может, и не знала.

– Твой брат классный, – сказал Эйд.

– Был.

– Да не, уверен, он и сейчас классный.

Ада зябко поежилась.

– Он сейчас лежит в больнице. То, что я рассказывала утром… Врачи говорят, он сумасшедший. Но я не понимаю! – Она растерянно перебирала картины. – Он был тут счастлив, я это вижу. Он рисовал так, как никогда больше. Почему тогда вернулся таким? Ох, ты бы видел. Марк был полностью опустошен, в грязной рваной одежде… – Ада тряхнула головой, прогоняя воспоминания. – Что с ним настолько ужасного случилось в Мирграде, что он вернулся в таком состоянии?

Она вспомнила вчерашний разговор с Охотником. Тот говорил, что кто-то намеренно сводит с ума Марка. Но если брат – выдумщик, то, может быть…

– Я думаю, что кто-то хочет свести Марка с ума, чтобы тот отдал душу городу, – сказала Ада, глядя на Рыжего. – Как тот, кто свел с ума Первого.

– Это был Охотник, – уточнил Эйд. – Это он сделал.

– Откуда ты знаешь? – спросила Адель. Уж слишком странно, что Охотник рассказал ей все это, если был виновен.

Рыжий замялся.

– Ни у кого нет железных доказательств, но… – Он отвернулся и посмотрел куда-то вдаль, вспоминая. – Рассказывали, что, как только Первый ушел, Охотник начал его доставать – приезжал домой, звонил, угрожал, требовал, чтобы Первый вернулся.

– Мало ли, – пожала плечами Адель. – Это же не значит, что он стал бы сводить с ума собственного друга. Может, все осталось лишь угрозами.

– Нет, не осталось, – покачал головой Рыжий. – За несколько часов до исчезновения Тина видела Первого с Охотником. Они страшно ругались. А потом… Хотя лучше спроси у Лауры.

– Это все равно не объясняет, почему Марк вернулся из Мирграда таким, – вздохнула Адель. – Все говорят, что Охотник не бывает здесь, да?

– Говорят, что он не может, потому что город отлучил его, – уточнил Рыжий. – И это тоже доказательство его вины.

Ада совсем сникла. Как Охотник мог добраться до Марка? Она обернулась к Эйду.

– С ним точно ничего не случалось в Мирграде? – спросила она. Рыжий развел руками.

– Прости, я не знал Марка. Наверное, меня тогда еще не было здесь. Когда это было?

– Пять лет назад.

– Тогда, наверное, об этом тоже стоит спросить Лауру?

Ада замялась. После вчерашнего ей не хотелось видеть наставницу. Да и наставница ли она еще? Может быть, Лаура так разочаровалась в Адели, что больше не будет ее учить? Зачем ей такая неспособная ученица?

– Она мне ничего не скажет, – мрачно ответила Ада. – Она как раз из тех, кто считает Марка просто сумасшедшим. Тем более как я могу ей доверять? – обиженно добавила она. – Лаура даже не сказала мне, что мой брат выдумщик.

– Наверное, у нее была веская причина.

– Ну конечно, ее вредность.

– Вполне может быть, – рассмеялся Рыжий. – Ладно, давай я спрошу. Хочешь?

Ада просияла. Эйду Лаура точно все расскажет. Он прислушался, медленно поднялся и подошел к ограде. С улицы доносилась музыка.

– О, кажется, начали. Пойдем?

– На площадь?

– А куда еще? – Он протянул руку. Ада спрятала свою за спину.

– Наверное, я не пойду сегодня. Лучше побуду здесь.

– Что за глупости!

– Ну… Просто хочу остаться тут.

– Да, я так и подумал. Трусливо сбегаешь.

Ада гневно посмотрела на него и рассмеялась – в глазах Рыжего плясали огоньки. Не зря он повторял ту самую фразу.

– Я сразу поняла, что ты зануда, – сказала Ада, скрестила руки на груди.

– Хорошо, давай так: мы пойдем на площадь потому, что все равно там собирается вечерами весь город, а значит, Лаура наверняка тоже.

– Ладно, уговорил.

– Ну вот и отлично!

Когда они пришли, на площади уже собрались почти все жители Мирграда. Ада высматривала среди людей Лауру, но не смогла найти ее в толпе.

– Я лучше сама с ней поговорю. А то это как-то по-детски. – Она обернулась к Рыжему. – Ты тогда иди, а я поищу Лауру.

– Ну уж нет, вдруг она решит откусить тебе голову?

– Что, обидно будет не помочь ей? – хмыкнула Ада.

Увидела у края площади Тину и поспешила к ней. Женщина сидела за столиком, пила чай и наблюдала за народом.

– Как всегда не танцуешь? – спросила она.

– А кто же тогда будет составлять вам компанию? – парировала Ада и села рядом.

Мимо пронеслась Лёка, хотела подойти, но хоровод закружил ее и унес дальше. Они успели только помахать ей рукой, и светлая голова скрылась.

Ада налила себе чашку чая и сделала глоток, скрывая улыбку.

– Вообще-то я искала Лауру.

– Ммм. – Тина отставила чашку. – Слышала, у вас ссора вчера вышла.

– От кого слышала? – удивилась Ада.

– От кого, от кого, от грома с молниями, – рассмеялась женщина. – Давненько такого у нас не творилось. Ищешь, чтобы помириться?

Ада смущенно провела рукой по волосам, но кивнула:

– И чтобы спросить кое о чем.

– Так ее ж в Мирграде нет, – спохватилась Тина. – Сегодня с утра укатила в Город. Сказала, случилось что-то опять. Вроде завтра должна быть, – и тут же добавила: – Вы только больше не ссорьтесь. От ваших молний у Татьяны дерево сгорело.

Ада смущенно уткнулась в чашку.

– Ну, раз мы все равно уже здесь, почему бы немного не потанцевать? – раздался радостный голос Рыжего над головой. Ада сделала вид, что не слышала, и продолжала пить.

– Кхм… – Он протянул руку.

Ада помотала головой.

– Да ладно тебе, девочка, – сказала Тина. – Нехорошо отказывать такому милому юноше.

Ада снова помотала головой и сделала глоток чая.

– Я пью, – пробормотала она.

– Ну ладно, – Рыжий развернулся. – И все-таки ты трусиха.

– А вот и нет.

– А вот и да.

Ада отставила чашку и встала из-за стола.

– Тебе же хуже.

Она схватила Рыжего за руку и потащила в центр площади, посмотрела на него и тихо сказала: