Специалист по нечисти - Дмитрий Билик

дядя. А сам он летом обычно в деревне жил у… дальних по отцу родственников. Вот и привык так разговаривать.

– А чего бы он у этих родственников и дальше не остался?

– Они с ним плохо обращались. Били, издевались, – ответил я.

– Ой, щас расплачусь, – цинично закатил глаза друг. Но тему с Митькой оставил. – А дом, кстати, вполне ничего. Тетка старая? Как у нее со здоровьем?

– Костян!

Друг еще минут десять ходил вокруг дома, прикидывая его рыночную стоимость. Но затем я отправил Костяна растапливать баню. Дрова Митька притащил из ближайшего леска, пока меня не было.

Казалось, что может остаться из сухостоя возле садового товарищества? Правильно, ничего. А вот если у вас на хозяйстве лесной черт, то чуть ли не половина дровяника. Пока нас не было, Митька не просто приволок несколько сухих деревьев, но и с помощью одного лишь ржавого топора – наколол дров.

Нет, я читал в тетради, что часто рубежники обманывали чертей и заставляли выполнять какую-то грязную работу. Мол, эта нечисть глупая, но здоровая. Однако сейчас я действительно был впечатлен.

Я тем временем отдал подарки Митьке, показав, как скачать приложения для музыки. А после накрыл на кухне «детский стол для нечисти». С водкой и закуской. Лишь бы под ногами не болтались. Митька понятно, теперь для общества потерян, а вот Гриша все время недовольно бурчал из портсигара, как только представлялась возможность. Таким образом напоминал о себе.

К тому времени пришел и Васильич. Причем, не с пустыми руками. Сосед в одной руке нес старенький пакет, а в другой крепкую лавку Судя по всему, новую. И выглядел с ней почти как Шварценеггер.

– Здравствуйте, Федор Васильич. Зачем вы так? Не надо было тратиться.

– Матвей, я хоть и военный, но все же пенсионер. И фамилия у меня не Абрамович. В сарае стояла старенькая лавка, я ею и не пользовался. Я ее вытащил, подбил, где надо, рубаночком прошел и как новая. Вот будешь после баньки на улице сидеть, меня вспомнишь.

– Мотя, я там че-то сломал по-ходу, – вывалился из бани весь Костян. – Она там вся дымит. Здрасьте.

– Приветствую, – кивнул Васильич. – Заслонку открыть надо, чтобы тяга была, эх, молодежь. Пойдемте, посмотрим.

Через пять минут огонь уже весело плясал по нарубленным поленьям. А еще спустя полтора часа мы сняли первый пар. Несмотря на внутреннюю неказистость баньки, она оказалась вполне добротной. Костян даже несколько минут смотрел на нас с Василичем, ожидая, что мы выйдем из парилки. А после и просто перебрался на полок пониже.

– Эх, хорошо, – протянул Костян, когда мы оказались снаружи и сели на подаренной лавке возле бани.

Сосед разлил хлебный квас – именно трехлитровку он и принес в пакете. Употреблять горячительное Васильич запретил. Вот после бани – уже можно по паре стопок. Во время – только «путь к могиле укорачивать».

– Сейчас бы еще девок, – не унимался друг.

– Ты же женат, – подал голос сосед. – Кольцо я видел, да и звонил ты супруге вроде.

Ну да, Костян несколько раз обошел с телефоном мои новые владения, показывая Ольге каждый закуток. Даже черта, который растворился в смартфоне. В смысле, моего племянника. Только наличие несовершеннолетнего пацана окончательно успокоило Ольгу.

– Жена не горб, не на всю жизнь, – отшутился друг. – Вот вы скажите, Федор Васильич, вы женаты были?

– Был, – кивнул сосед. – Двадцать три года душа в душу, пока жена не померла.

– И неужели вы ни разу на сторону не смотрели?

– Почему же? Смотрел. Только видишь в чем разница, я хоть молодой и дурной был, а к каждой жене с уважением относился. Влюбился, пустая голова, сразу к своей – так и так, не хочу обманывать. Понятно, что обида смертельная такая, какой Шекспиру и не снилась. Зато честно, без всяких недомолвок.

– И сколько мне так разводиться придется? – с грустью протянул Костян.

– Мне трех раз хватило, чтобы мозги на место встали, – ответил Федор Васильич. – Когда понятие пришло, что если не повезет, то гормон он до самой смерти играть будет. И что, так и бегать по ЗАГСам? Нужно с человеком рядом общий язык искать. Есть вещи намного важнее похоти. Вот если бы сразу умным родиться, то не двадцать три годка прожил с Машей, а подольше.

– Так-то оно так, – вздохнул Костян. – Только вокруг вон сколько красивых, которые на тебя смотрят.

– У соседа всегда трава зеленее и деревья выше, – подтвердил Васильич. – А за всеми будешь бегать, так здоровья не хватит. Ноги откажут или еще что.

– Дома скучно, а там все-по другому…

– Чего по-другому? Поперек у них, что ли?

Я, которому это пикировка доставляла немыслимое удовольствие с самого начала, заржал. А Костян покраснел. Вот это да, я такого лет десять не видел, еще со школы.

– Костик, я тебе про один прием расскажу, как любой брак сохранить, – по секрету сказал Васильич. – Бывает, познакомишься где с дивчиной. Красивая, сладу нет. И на тебя смотрит, будто съесть хочет.

Костян весь обратился в слух. Вообще, сейчас Васильич описывал каждый конец недели моего друга.

– Так вот, перестань с ней общаться на какой-то срок. В работу уйди