Потрёпанный вечностью: Прощай родной мир - TVR

Первое отличие — отверстий четыре и видны следы именно укуса, а не мягкого погружения клыков в плоть. По-простому были следы и других зубов, которые остаются после несильного укуса.

Второе отличие — все кровеносные сосуды почернели. Если на кисти ещё можно было увидеть пару чёрных полосок, то уже всё предплечье было почерневшим. Поэтому я начал снимать рубашку полностью.

— Не надо устраивать тут стрип… — сенсей хотела возмутиться, но умолкла, стоило мне бросить рубашку на тюремное лежачее место.

Чёрные вены тянулись даже дальше, нежели я чувствовал. Они не заканчивались на плече, а продолжали идти дальше, захватывая правую часть груди, часть шеи и всем своим видом показывая, как стремились к ещё одному месту — к сердцу.

И обо всю эту дрянь бились волны частиц в моём теле, при этом начиная вызывать ответную реакцию.

«Пока ты вглядываешься в бездну, бездна вглядывается в тебя» — пришло сравнение в голову.

Чёрная жижа в моей правой руке стала размываться, словно грязь под напором воды, но ведь грязь надо куда-то девать? В моём организме она скорее разбавилась и распределилась по всему организму, вызывая болезненные спазмы во всём теле.

Осколок в солнечном плетении, ну именно так я его ощущал, начал посылать свои волны своих частиц в моё тело. Волны Химари и данного осколка были похожи, как огонь и вода. Если я думал, что частицы Химари вызывает у меня жжение, то сейчас казалось, что это чесотка, когда в то же мгновение частицы осколка чувствовались как горячий кипяток, разлитый по жилам. Каждая частица осколка была пропитана разнородной агрессией, ненавистью и чудовищной жаждой крови, которая могла вы вызывать трепет и первобытный страх, да только вот…

Страх мой того… атрофировался, причём давно, ведь годика четыре уже прошло точно.

По сравнению с ними, частицы Химари несли спокойствие, уют и… радость? Не могу что-то близкое помимо этого подобрать. Противостояние всё усиливалось и становилось понятно, что осколок отвоёвывает место в моём теле и не планирует останавливаться.

Сколько так продолжалось, сказать, увы, не могу, ибо это будет сугубо субъективно, но вскоре, стоило осколку захватить сердце, лёгкие и пробраться к голове, как меня стало клонить в сон. Последнее, что перед отключением увидел, хотя старался не падать в пучину сна, была сенсей и мои обеспокоенные сёстры Маша и Катя, появление которых я пропустил.

***

— Просто превосходное утро! — сарказм, с которым Мария Нестлавская произнесла эти слова, было сложно не заметить, да даже если и был кто-то на это способный, то в данный момент находился не в зоне досягаемости этих слов.

Зато рядом находилась её сестра — Екатерина Нестлавская, которая была готова поддержать слова своей сестры, хоть и в немного меньшей степени.

— Вот не было никаких проблем, но тут он не звонит нам, а после нам звонит полиция, говоря, что наш брат — подозреваемый в убийстве сорока человек! — возмущалась Маша, у которой одни подозрения, что её брат убийца стольких людей, вызывали чувство, словно её оскорбили. — Вот увижу его и он от меня не отвяжется, пока не расскажет мне обо всём!

— Полностью поддерживаю, — Катя поддержала именно сестру, а не её высказывание, хотя это почти одно и то же.

— А сейчас мы узнаём, что он задержан в связи со штурмом офиса какого-то контрабандиста! И они даже не думают его отпускать, хотя наверняка уверены, что он тут не при чём! — воскликнула Маша.

— Что довольно странно, — Катя высказала своё мнение, хотя они узнали обо всём чуть более часа назад.

Просто её сестре иногда нужно было высказаться и выплеснуть из себя эмоции, ведь постоянно находиться в состоянии серьёзного человека её весьма утомляло. То же самое можно сказать и о самой Кате, но у неё свои способы сбросить стресс, к которым иногда присоединялась и Маша.

— Почему странно? — спросила Маша свою сестру, которая и не думала поднимать голову, всматриваясь в данные со своего планшета.

— Его давно должны были допросить и позвонить нам, чтобы мы могли его либо забрать, либо просто приехать и получить информацию по ситуации, но мы это узнаём от совершенно других людей, — Катя задумчиво смотрела в одну точку, без какой-либо цели, попутно анализируя ситуацию.

— Может быть, какие-то сложности в расследовании? — предположила Маша, хотя и сама понимала, что это довольно странно. — А кто уведомил нас?

— Кавасаки Мия — учитель нашего братика, которая по её же словам, вместе с ним была задержана, — Катя свернула все вкладки и оставила лишь одну, где было досье Кавасаки Мии. — Сложностей быть не должно. В случае задержания, нам братик был лишь не в том месте не в то время, что легко проверить, а по поводу убийства… Ты вот веришь, что подросток мог съесть сорок три человека?

— Съесть? — Маша удивилась формулировке.

— Не осталось и грамма плоти на жертвах, а на костях были найдены следы зубов. Все квартиры, в которых были убиты жертвы людоеда, украшены такой картиной из крови и потрохов, что задаёшься вопросами, — Катя впервые, как сёстры сели в автомобиль перевела взгляд на свою сестру.

— Погоди, все жертвы были обнаружены в доме, где живёт наш братик. Люди бы не дали себя так спокойно пожирать, кто-то должен был хоть попытаться закричать! Как такое возможно и причём тут наш брат? — Маша откинулась на спинку сиденья и посмотрела в потолок автомобиля.

— Есть людей могут все, но чтобы иметь с этого какой-то толк помимо удовлетворения жестокости… Это сужает зону возможных виновников. После этого стоит взять тот факт. Что никто не обнаружил того, что в соседней комнате кого-то могут поедать. Тут либо что-то глушащее звуки, либо жертва сама их не издавала. Значит жертва, возможно, была мертва, — Катя задумчиво постучала указательным пальцем по губам.

— Что по камерам? — Маша лениво задала вопрос, предполагая ответ сестры.

— Ничего. Словно там не было какого-либо убийцы, — ответила Катя, даже не думая искать что-либо, так как уже знала это.

— Значит, стоит подозревать одержимого демоническим духом, какого-нибудь древнего и дряхлого божка, на подобии низшего звена языческого пантеона, или и вовсе материализовавшегося злобного духа, — перечислила Маша, постепенно загибая свои пальчики, поле чего в её взгляде появился огонёк озорства. — Или вампира!

— Маш, ты сама знаешь, что шанс встретить вампира настолько мал, что скорее встретишь кицуне в Америке, а того, кто мог проделать подобное и вовсе невозможно на сегодняшний день, ибо они скорее всего вымерли, — Катя посмотрела на свою сестру