Луна для двоих - Кира Райт

сильно поддаётся своим и чужим эмоциям. Если я, конечно, снова не ошиблась. Начнёшь тут подозревать всех подряд, когда столько раз обжигалась.

Медленно выдохнула, обретая полный контроль над собой, скрывая свечение глаз и натягивая на лицо обычную бесстрастную маску. Мы поговорим с Ниром. Потом. Наедине. Обо всём. И рядом с ним я разберусь с любой проблемой. Точно.

– Ты не ответила, – напомнила кошка про глаза.

– И не собиралась, – хмыкнула я. – Займись сегодня вместо меня выпиской и лечением. Разберёшься. Для всех – я провожу эксперимент нового препарата.

На её губах заиграла ироничная улыбка:

– Ну-ну, проводи… эксперимент…

Но вдруг она перевела взгляд на Нира и перестала улыбаться.

– Только попробуй её обидеть. Знаю я вас, котов. Даже метку не поставил, зараза. Я ради чего тут жизнью рисковала?

Он фыркнул. И конечно не ответил. А я покачала головой. Защитница… Хотя несмотря на наши вечные с ней перепалки, я знала, что Элика на моей стороне.

Ещё когда меня Эрнард прогнал из прайда из-за своей пары (девочку было искренне жаль, но для меня она была скорее безнадёжным пациентом – ведь помочь ей должен был он, а не я*), именно она помогала мне скрываться и продолжала сообщать новости. Она же заботилась об этих двоих: о моём брате и Нире, даже не зная, кто они мне и зачем мне это нужно. Она аккуратно намекнула Эрнарду, что он поступил неверно.

Как бы меня не раздражала иногда её через чур эмоциональная и свободолюбивая натура, но она была единственной женщиной, с которой я могла нормально контактировать. Остальные меня ненавидели чуть ли не на генетическом уровне.

Ещё бы. Я могла получить любого самца вне зависимости от того, есть ли у него уже истинная пара. На уже «помеченных» парами мой дар действовали слабее, но действовал. И иногда это было заметно невооружённым взглядом, если я нервничала, и эмоции вырывались из-под контроля. Элике же нечего было со мной делить. Но всё же её забота была мне приятна, хотя я и не особенно это демонстрировала.

Вот и сейчас взяв Нира за руку, повела его в свою комнату, никак не прокомментировав её слова. Сказать было нечего. А его… Не в палату же вести. Тем более – не в камеру. А нам нужно поговорить. Объясниться как-то. И мне подумать и решить, что будет дальше.

К счастью, на пути встретилось не так много сотрудников, но те, кто нас видели, не удивлялись ничему. Иногда, чтобы добиться нужного эмоционального всплеска, я могла намеренно пугать подопытных или причинять им терпимую боль – как правило, в такие моменты они были максимально открыты к любому виду воздействия. И пусть со стороны выглядело так, будто я издеваюсь над теми, кто находится в моей власти, но порой срабатывал именно этот вариант. Так что заметить меня, уводящую куда-то одного из пациентов, не было чем-то сильно необычным. Наверняка, они решили, что это моя новая методика. А отчитываться я не собиралась. Ни перед кем.

С каменным лицом шла вперёд, лишь периодически проверяя, идёт ли за мной Нир. И он шёл, не отставая. И не прикасаясь ко мне лишний раз. Что позволяло мне играть доктора с ледяным сердцем.

Однако скрывать чувства, когда мы остались наедине в небольшом помещении (почти все комнаты были сделаны тут по типу палат, даже решётки имелись на окнах), стало сложнее. Я заперлась изнутри и кивнула ему на кресло, предлагая присесть.

Но он продолжал стоять и осматривать мою спальню. Потом двумя пальцами подхватил с постели оставленный в спешке утром верх от пижамы и… прижал его к носу, глубоко вдыхая. Ну вот будто я ему себя нюхать не разрешаю – трогает какую-то тряпку!

Уже к одежде его ревную… М-да. Приехали.

И Нир словно мои мысли прочитал, в его глазах зажглись искорки смеха, а пижаму он положил туда, откуда взял. И не двигался. Я тоже стояла на некотором расстоянии от него.

Здесь и сейчас мне не следовало терять голову. Тут звукоизоляции никакой. Дьявол… Надо было идти с ним в одну из палат. Там гораздо продуманнее в этом плане. А то вот не сдержусь…

Нир плавно начал приближаться ко мне. Медленно настолько, что казалось, думал, не убегу ли от него с воплями о помощи. Я не убежала. И протянув руку, он взял мою ладонь.

– Я привела тебя сюда поговорить, – напомнила, чтобы не вздумал провоцировать самку внутри меня. Ей только дай повод – тут же бросится к нему снова.

Он серьёзно кивнул. А я вздохнула. И поняла, что так и не смыла с него следы наших недавних развлечений. Это плохо… Потому что от этого запаха меня снова начинало вести.

– Душ вон там. Можешь искупаться. Полотенце там же, но правда моё. Запасного нет, не все вещи пока перевезла.

Он посмотрел вопросительно.

– Если ты о переезде спрашиваешь, то там, где ты меня нашёл, когда сбежал от волков – мой дом. Тут я живу временно, пока за мной охотятся. Ну и пока центр приводим в порядок. Думаю, на днях уже можно будет переехать туда.

Вопрос в его глазах не исчез. И он снова мотнул головой, а потом коснулся своей груди.

– Я не знаю, что теперь с тобой делать, – призналась честно. – Но думаю, ты уже понял, что… теперь мы будем видеться чаще…

Если бы полузверь мог смеяться, то он сейчас бы это делал. «Видеться чаще» – нормально я назвала тот факт, что признала в нём истинного. Да. Было над чем повеселиться. Если бы не ситуация.

Но погладив меня по волосам, Нир скрылся в санузле. А вернулся спустя десяток минут чуть влажный с обёрнутым вокруг бёдер полотенцем. Я на несколько секунд зависла на мышцах на его сильных ногах. Чёрт… Даже дыхание сбилось. А он самодовольно приподнял подбородок и притянул меня к себе ближе, обнимая за талию.

Уф, Эррин, возьми себя в руки! Ну что как размазня-то…

А тем временем Нир наклонился ниже и лизнул мою нижнюю губу.

– Мы собирались говорить, – напомнила больше себе, чем ему, и тут же сама поцеловала.

Позже поговорим.

*История Эрнарда и Элиссы в романе Дыши со мной*

Глава 18

Но именно в этот момент и зазвонил телефон. И судя по настойчивому повторному набору, когда не ответила сразу, дело было важное и срочное.

Едва оторвавшись от губ Нира, я поднесла трубку к уху в надежде быстренько решить