Конечно, любовь - Елизавета Васильевна Шумская

к Саше! Зарычав не хуже того же оборотня, суккуб обрушила на него всю мощь демонической магии. Однако этот мерзавец быстро сообразил – прижался вплотную к крыше, так, что не попасть в карету, целясь в него, невозможно. Когда Айлла это поняла, перед глазами колыхнулся алый туман. Кровь запылала. Уже мало сознавая, что делает, она бросилась вперед, напрыгнув на оборотня. Удар в морду, еще один. Навалиться всем телом, вжимая в крышу, лупя что есть сил. А сил столько, будто подпоили чем-то! И когтями! И душить! И магией. Тупо задавить силой!

Оборотень сопротивлялся отчаянно. Крупный мужчина, с когтями, клыками, защищенный амулетами, боец с опытом. Вот только он никак не ожидал драки с разъяренным демоном. Ее магия давила всей мощью, проламывая «щиты» и выжигая артефакты, не давая пошевелить даже лапой. А проклятая девица лупила с совсем не женской силой. Оборотню приходилось изворачиваться, на пределе сил продираясь сквозь жутчайшее давление ее магии, лишь бы защитить глаза и горло. Пока его спасало только то, что ярость не давала демонице нанести действительно критичные повреждения. Однако сколько такая удача продлится? Перевертыш в первый раз в своей жизни столкнулся с этим мерзким чувством – когда ничего не можешь поделать, хоть и на волосок от смерти. Вот уж чего не ожидал, того не ожидал…

В один момент, когда оборотень уже начал задыхаться от хлынувшей горлом крови, крыша кареты под ним хрустнула. Демоница зарычала и взмахнула нетопыриными крыльями, поднимаясь в воздух и подтягивая за собой противника. Перевертыш понял, что это его шанс. Будь Айлла мужчиной, такой фокус у того не получился бы: все же у представителей сильного пола руки с когтями длиннее и крепче, а так оборотню удалось выкрутиться. Он приземлился на четыре лапы и дал деру, ловко проскочив между людьми Наенги. Демоница только и сумела, что запустить ему вслед несколько заклинаний. Одно, судя по всему, попало, но оборотень не остановился.

Где-то на этом моменте Айлла начала приходить в себя. Оглядела поле боя. Перевертыши отступали.

– Жива? – рыкнула демоница. – Это я, – она распахнула дверцу кареты и уставилась в испуганные глаза подруги. На кончиках ее пальцев дрожала магия. – Хорошо.

Эно тоже подскочил и заглянул внутрь. При виде их лиц заклинания в руках Саши погасли, а личико скривилось в преддверии слез.

– Я его убью, – прошептала Айлла, чувствуя, что ярость опять заволакивает взор. Резко развернулась к Эно и прошептала: – Жизнью за нее отвечаешь!

Пара взмахов крыльями под запоздалые возмущенные протесты адъютанта Итвальда – и вот Айлла уже несется над городом. Где там эта клятая «Розмарин и ель»?

Гостиницу эту демоница видела, но как умудрилась вспомнить – одному хаосу известно.

– Шиасу!!! – заорала она почти на ультразвуке. – Прячешься, сволочь?!

Судя по выражению лица, Ракхар просто не поверил своим ушам, когда распахнул окно. В следующее мгновение на него наскочил клубок ярости. Демон попытался подхватить девушку, чтобы не свалилась. В результате по инерции и от обрушившихся на него ударов отступил на несколько шагов назад, споткнулся и упал на кровать. В принципе мужчину устроил такой поворот, вот только колотила его Айлла на полном серьезе. Но, в отличие от оборотня, ее сила ему не мешала. Лишь с некоторым усилием Шиасу перевоплотился, поймал девушку за руки и перевернул, наваливаясь сверху.

– Мерзавец! Негодяй! Тварь!

– Хаос побери, да что с тобой?!

– Ненавижу! – Айлла вложила в удар всю свою магическую силу и заставила демона отпрянуть. Одна секунда – и выбралась из-под его тела, однако Шиасу вновь притянул ее к себе, сжимая запястья.

– Да что не так?!

– Что не так?! Что не так?! Решил через сестру, да?! – Удар, еще удар.

– Что через сестру? Чью сестру? – Ракхар искренне не понимал.

– Мою сестру! Мою!

– У тебя есть сестра?!

– Какая же ты сволочь! Увидел вчера – и тут же придумал! И обещание не нарушил, и в плен меня снова, да?!

– Да успокойся ты, сумасшедшая! – Шиасу крепко прижал девушку к постели, держа так, что и магия не помогала. – Ты можешь мне объяснить, что имеешь в виду? Что случилось?

– Что случилось?! – Айллу трясло от ярости. Даже не приводило в себя то положение, в котором она оказалась. – Вчера ты подкатываешь ко мне со своими заявлениями, а сегодня на меня и мою сестру нападают! Решил, что…

– На тебя напали?

– Да! Это ты их послал! Так что нечего…

– Айлла, послушай меня…

– Нет! Ты сейчас скажешь, что ни при чем! А я знаю! Это всё ты!

– Да зачем мне это?!

– Ты решил, что если у тебя будет моя сестра, ты…

– У тебя нет сестры. Разве что ты стала некроманткой.

– Нет, некроманткой не стала… Тьфу на тебя! Вообще не важно! Подруга! Ты видел ее вчера и понял, как на меня воздействовать!

– Родная, а тебе не кажется, что если бы я решил так подло поступить, то проще было тебя похитить?

– Не проще! Ты дал слово!

– Я пообещал, но не клялся. И меня останавливает только твоя реакция. А так бы утащил. А чем твоя реакция от похищения сестры-подруги будет отличаться от реакции на похищение тебя самой?

– Ничем!

– Вот видишь.

– Ничего я не вижу! На нас напали! Сразу после твоего появления! Такого здесь еще ни разу не было! Как ты это объяснишь?!

– Никак. Это не я. Хочешь поклянусь?

– Хочу!

– Клянусь, я не организовывал на тебя нападений. По крайней мере в этом мире.

– Мерзавец!

– А сейчас-то почему?

– В этом мире!

– Ну что поделаешь, в прошлом я действительно тебя похитил. Этого не изменить. Зато можно изменить будущее. Хотя… мне и так все нравится, – Шиасу демонстративно оглядел лежащую под ним девушку. В глазах полыхнул такой огонь, что Айлла почувствовала себя голой. Да и… от наряда мало что осталось. Крыльями-то она все разодрала. Да и формы ее в демоническом обличье куда интересней. А следовательно, все, что осталось от одежды, или сваливалось или обтягивало слишком крепко.

– Только посмей, – прошипела демоница. – Только посмей, и я…

Угрозу она не успела договорить. Горячие губы Шиасу прижались к ее губам. Айлла принялась бешено сопротивляться. Но очень трудно что-то бороться, когда руки мужчины сжимают запястья, а его тело лежит сверху. Очень трудно… Особенно когда по венам вдруг вместо крови начинает течь лава и, кажется, еще немного – и всё вокруг и она сама загорится, вспыхнет бешеным пламенем. Таким же, как разгорается сейчас внутри. И как же хочется позволить ему… себе… Всё, всё это – позволить. Обнять, поцеловать, укусить, ответить…