Санкт-Петроград - Евгения Духовникова

даже воздух вокруг них будто бы сгустился, став плотным и вязким. Задорная опереточная музыка доносилась будто сквозь слой войлока. В конце концов от башни осталась небольшая кучка — но все фигурки были сцеплены между собой: казалось невозможным вытащить одну, не задев другие. Шёл ход Максимилиана, в очевидном исходе Рита не сомневалась. Тем сильнее было её изумление, когда наследник с филигранной ловкостью выцарапал из-под самого дна крайне сложную фигурку: осьминога, воинственно топорщащего длинные извивающиеся щупальца. Девушка восхищённо охнула. Осьминог был размером с грецкий орех, но это отнюдь не упрощало задачу.

— Вуаля! — наследник довольно заулыбался. — Думал, сорвётся. — Ну, старина, ход за тобой...

Но не успел он договорить, как полуразобранная башня покосилась и рассыпалась. К Рите подкатилась крошечная полая сфера, щетинящаяся лучами-антеннами. Миниатюрный вирус? Сфера оказалась тёплой, тяжелой и очень гладкой на ощупь.

— Ага! — констатировал Тео. — Я победил.

Рита испугалась, что наследник огорчится, оскорбится, разгневается или, чего доброго, заподозрит соперника в жульничестве, но, похоже, поражение его только раззадорило.

— Ещё партию! — воскликнул он, принявшись проворно собирать фигурки обратно в бархатный мешочек.

— С превеликим удовольствием.

Рита мысленно застонала.

Они сыграли еще три раза, поочередно то проигрывая, то одерживая победу. Расторопный официант дважды подливал вина в кувшин, делая это, как все профессионалы, бесшумно и незаметно, но и Максимилиан, и Тео выглядели абсолютно трезвыми. Рита терпеливо ждала, повинуясь безмолвному приказу Тео сидеть и не вмешиваться.

— Надоело, — наконец бросил Максимилиан, лениво собирая фигурки после очередного обрушения башни.

— Прекрасный сет, — ухмыльнулся Тео.

— Наследнику престола традиционно сопутствует удача в азартных играх и пари, это часть нашей энергетики, — Максимилиан фривольно подмигнул Рите. — Но у моего друга, по счастью, странное свойство такого же рода. Мы с Тео играем на равных, и кто одержит верх, зависит лишь от воли случая.

— Так бывает, когда две энергии, равные по силе и имеющие равнонаправленный вектор, сталкиваются между собой, — дополнил Тео.

— К моему большому сожалению, это большая редкость, — наследник печально вздохнул. — С другими играть вообще неинтересно: слишком предсказуемо.

— Макс, — Тео тронул его за локоть, внимательно огляделся — не подслушивает ли кто. Напускная весёлость мигом слетела с его лица, обнаружив под собой напряжённую сосредоточенность. — Гм... Есть разговор, — он щёлкнул пальцами, и над ними образовался звуконепроницаемый купол, начисто отрезав все шумы. Даже освещение порядком потускнело. — Тет-а-тет.

— А барышня? — наследник кивнул на Риту.

— Барышня со мной, — Тео многозначительно откашлялся, бросая на Риту молниеносный предупредительный взгляд, дающий понять, что беседу поведёт он сам и вмешиваться не стоит. — Полная Чаша похищена.

Максимилиан перестал улыбаться.

— Я в курсе. Насколько мне известно, поиски уже ведутся.

— Это так. Но мне... нам удалось выяснить кое-что весьма важное. Наследник фортучента может чувствовать Чашу.

— Правда? — искренне удивился Максимилиан. — Но я ведь ещё не проходил обряд...

— В том-то и дело. Для этого обряд не нужен. Связь между Чашей и наследником устанавливается в момент его рождения. В день Клятвы эта связь просто подтверждается официально, кроме того, обретает юридическое значение, — Тео перешёл на свистящий шепот. — Макс, ты можешь чувствовать Чашу. Ты способен её найти.

Максимилиан глубоко вздохнул. Рита видела, что наследник колеблется.

— Честно говоря, первый раз об этом слышу. С чего ты вообще взял, что такое возможно?

— Грифоны сказали.

— Ну, с грифонами не поспоришь, — наследник задумался. — Но "быть способным" и "уметь" — разные вещи.

Тео схватил его за плечи.

— Сосредоточься. Очисти разум. Можешь представить себе Чашу? Увидеть мысленно?

Максимилиан медленно кивнул.

— Так. Хорошо, — подбодрил его Тео. — Не теряй концентрацию. Полная Чаша может быть очень далеко, невероятно далеко, но расстояние не помеха. Нащупай ниточку, ведущую к цели. Представь, что катушка с ней у тебя в руках. Иди по этой нити.

Похоже, Максимилиан очень старался, даже взмок от напряжения.

— Вспомни, как мы играли в жмурки, — подсказал Тео. — Это почти то же самое.

Рита хотела заметить, что после таких обильных возлияний довольно сложно что-либо "представить и нащупать", но поймала взгляд Тео и предпочла не озвучивать свою мысль. В конце концов они взрослые люди, должны понимать, что серьёзные вещи требуют серьёзного подхода. К тому же, ей доподлинно неизвестно, как именно действует вино на резидентов инфрамира. У них тут всё не как у людей.

— Ничего не получается, — выдавил Максимилиан с видом великомученика со средневековой гравюры. — Либо Чаша очень далеко, либо связь не такая прочная, как ты думаешь.

— Макс, пожалуйста, сосредоточься, — продолжал увещевать его Тео. — Всё получится.

Максимилиан глубоко вздохнул и зажмурился. После нескольких минут напряженного молчания он открыл глаза и решительно заявил:

— Я ничего не вижу. Честно. Клубы дыма, расплывчатые силуэты — и больше ничего. Но я вот что подумал: если у меня есть связь с Чашей, то и у фортучента есть. Более того, его связь с Чашей наверняка куда прочнее моей. Может быть, обратиться к нему?

— И как ты себе это представляешь? — Тео хмыкнул. — "Ваша светлость, не будете ли вы так любезны поискать артефакт, который был вопиющим образом утрачен ввиду преступного умысла и бессовестной халатности ваших же подданных?" Абсурд. Ставлю червонец, что смельчаку, отважившемуся на подобную просьбу, будут приданы такой вектор и ускорение, что он долетит до другого берега Невы.

Максимилиан кисло улыбнулся.

— Да, мой отец и не на такое способен, особенно когда не в духе.

— К тому же, грифоны выразились определённо: они упоминали именно наследника фортучента, а не его самого.

Наследник угрюмо кивнул.

— Думаешь, я не хочу помочь? — в сердцах воскликнул он. — Я не понимаю, почему у меня ничего не выходит!

А вот Рита понимала. Точнее, подозревала. И в конце концов не выдержала.

— Возможно, потому, что здесь слишком шумно и слишком много людей вокруг... — она запнулась, повертела головой и толерантно добавила: — А также нелюдей. Я, конечно, дилетант, но сдаётся мне, такие вещи стоит проделывать в более подходящей... атмосфере. Пойдемте куда-нибудь, где поспокойнее и потише. Может, там всё получится.

— Ты мыслишь ограниченными категориями своего мира, — возразил Тео. — Вернее даже, шаблонами вашей фантастической литературы, — в это определение он вложил столько сарказма, что