Чёртов плод - Свенья Ларк

на верёвочку бусина, блестел гигантский мутный осколок от так удачно созданного Аспидом совсем недавно бура.

Ящер напряг зрение и разглядел в мутной голубоватой дымке под собой кажущиеся с такой высоты ещё совсем тоненькими железнодорожные пути. Точно, вот и поезд по ним бежит вон там, вдалеке…

Аспида вдруг прошибло жаром.

Поезд…

Как же…

…таран непросто создать, зато непросто и уничтожить. Недаром этой огненной полумедведице, которая была, как показалось Аспиду, очень даже сильным воином, удалось лишь расколоть его на части. И это было, в общем-то, здорово…

Но это же означало, что сама по себе эта штука очень нескоро растворится в воздухе даже после падения.

Совершенно непроизвольно, не думая, Аспид стрелой рванул вниз.

Большущий, величиной с грузовой автомобиль, изломанных очертаний обломок мутной плиты действительно покоился прямо на рельсах, искрясь на солнце множеством зеркальных граней.

Аспид на лету метнул в него несколько пылающих огненных шариков, но те раз за разом отскакивали от гладкой поверхности плиты резиновыми мячиками – даже царапин не оставалось. Тогда он с размаху швырнул вниз серебристую силовую сетку, пытаясь оттащить обломок в сторону, но все его усилия снова не возымели никакого эффекта.

Слишком тяжёлый…

Ящер с силой выдохнул и выпустил из обеих лап одновременно две вибрирующие, словно туго натянутые струны, световые ленты.

Ленты заострились на концах, вонзаясь в полупрозрачную плиту, та покрылась трещинами…

Ещё чуть-чуть, и он сможет её развоплотить.

Аспид уже совсем чётко видел под собой быстро-быстро ползущую вдалеке ниточку приближающегося поезда, необыкновенно длинного, блестящего, словно стальная змейка.

Явно не грузового…

«Ну… ну! Ещё немного!»

Ничего не срабатывало.

«Сил не хватает, – понял Аспид. – Их просто не хватает, слишком много энергии уходит на то, чтобы удержаться в воздухе…»

Ящер спикировал на землю с такой скоростью, что в ушах у него пронзительно свистнуло. Он совсем не подумал об ускорении, и приземлился в итоге неловко, на четыре лапы, в кровь разодрав себе локти и колени, вспахав ими сухую землю и оставив на ней глубокие борозды. Аспиду показалось, что земля под ним дрогнула от удара; перед глазами потемнело от боли, и он, почти не думая, закрыл боль мгновенным блоком и вытянул вперёд руки, мучительно напрягая волю.

«Ну же! Давай, ну!»

Поезд приближался. Уже видна была голова состава – квадратная, жёлтая, с синим силуэтом какой-то птицы на махине локомотива. Ещё мгновение – и он врежется в невидимую машинисту преграду, и тогда…

Из ладоней Аспида снова потекла струя ослепительного голубоватого света, как от кинопрожектора. Все мышцы свело, словно от удара током, из горла вырвался протяжный, захлёбывающийся крик – и тут он увидел, как лежащая на рельсах монолитная глыба тает, оседая под собственной тяжестью.

Растворяется в воздухе, превращается в клубы еле заметного пара…

Железнодорожный состав с грохотом пронесся мимо, слившись перед глазами в одну сплошную серую линию, окатив волной горячего душного воздуха, пахнущего металлом и ещё чем-то горьким. Перед глазами у Аспида всё плыло и двоилось от отпустившего напряжения; во рту ощущался медный привкус крови. Голова кружилась; он опустился на колени, вцепившись перепончатыми пальцами в пучки редкой желтоватой травы, тут и там виднеющейся на земле, и на некоторое время закрыл глаза, заставляя себя выровнять дыхание.

А когда снова открыл их, состав был уже далеко, а вокруг осталась лишь безмолвная, залитая солнцем пустыня.

Без единой возвышенности, без единого высокого деревца…

Правда, здесь не видно было никакого песка – лишь красноватый массив спёкшейся земли, рассыпанные по нему осколки камней, и так – до самого далёкого, дрожащего от жара горизонта…

Всё ещё жадно хватая воздух пересохшей пастью, Аспид посмотрел в тёмно-синее безоблачное небо. Зрение тули-па ещё отказывалось ему подчиняться – видимо, он сейчас потратил слишком много сил. Но он всё равно мог отчётливо видеть против света едва заметные силуэты дерущихся, похожие с этого расстояния на крошечные тёмные пятнышки.

«Надо к ним немедленно, – успел ещё подумать Аспид. – Немедленно…»

И в этот момент с неба гигантским черным покрывалом стремительно упала густая липкая тень, а потом кисти рук ящера пронзило острой болью, и сразу же следом на него обрушилась оглушительная липкая темнота.

* * *

Все силы у Навида уходили на то, чтобы не дать этой парочке совершить слияние. Он помнил по предыдущим боям, что в слиянии те становятся невероятно сильны, как безупречная боевая машина, и одолеть их очень непросто. В одиночку Навид просто не выдержит такую дуэль, а Искра сейчас вряд ли сможет прийти ему на помощь…

Только вот поодиночке твари были гораздо более маневренны, и отражать их слаженные одновременные атаки с каждой минутой становилось всё труднее.

Страшные птицы в очередной раз с гортанным клёкотом налетели на него с двух сторон, выпуская из-под крыльев тучи тонких полупрозрачных, как стеклянные иглы, стрел, сливающихся в одну дрожащую силовую волну. Глаза обожгло болью, одна из стрел едва не клюнула его в солнечное сплетение, и Навид тут же кинулся вниз, окружая себя плотным облаком плазменного кокона.

Кокон ярко полыхнул и стал расширяться, оттесняя монстроподобные фигуры в стороны, но Навид понимал, что долго удерживать подобную защиту в одиночку он будет не в состоянии.

«Надо отступать, – понял он. – Двое против четверых – это просто слишком много… кстати, а где четвёртый?»

Совсем рядом мелькнула фигура Искры, сцепившейся с чёрным волчеголовым монстром. С рёвом рассекая воздух массивным туловищем, Навид скользнул ближе, стараясь удержать дистанцию. Ладони окутало мгновенным жаром, словно от костра, и он послал в волчеголового несколько заострённых на концах, похожих на короткие зеркальные копья энергетических лучей; тот громко скульнул от неожиданности, на секунду разжимая лапы.

«Уходим, Ис-скра… Ты вниз-з, я прикрою. Их больш-ше. Не в этот раз…»

Навид не увидел – лишь почувствовал, как росомаха тотчас растягивает тело в прыжке, уходя в крутое пике. Он хорошо знал, что Диана никогда не станет спорить с подобными командами, отданными в бою. Всё же она была самой юной из всех старших ни-шуур…

«И ведь крылатые гады это тоже прекрасно понимали, – осенило его вдруг. – Не могли не понимать…»

Значит, они затеяли всё это специально именно здесь, чтобы устроить бой, в котором не встретят никакого серьёзного сопротивления… и вот так, вчетвером, они бы действительно его не встретили. На Диане же не было маячка, а Навид лишь по счастливой случайности оказался сегодня с ней рядом…

Широкая каменная плита внизу, похожая с высоты на серую зубчатую пластину, парящую над поверхностью океана, стремительно приближалась. И вдруг Навид