Шепчущие никелевые идолы. Жестокие цинковые мелодии - Глен Чарльз Кук

Ознакомительный фрагмент

навстречу толстой низенькой женщине, которая уже снова направляла в мою сторону рабочий конец метлы… откуда-то с другого края города.

Бабах!

– Эй! Какого…

– Так, значит, ты и есть тот нечестивец, который заманил моего Битте в обитель греха!

Бабах!

Она вложила в удар весь свой вес.

– Послушайте, леди, я впервые увидел этого парня полчаса назад!

– Ах ты, червь! Гнойный прыщ на заднице греха! Ах ты… – последовали другие незаслуженные оскорбления. В большом количестве.

Благодаря более длинным конечностям, а также отточенным боевым навыкам мне в конце концов удалось обойти эту толстую каргу и спастись бегством.

Дама не преследовала меня.

Оказавшись за дверью, где меня уже не было видно, я остановился и стал слушать, как она обращает свой гнев на бездвижное тело никчемного, упившегося вином болвана Биттегурна Бриттигарна.

Направляясь домой, я был уверен, что знаю, почему ББ завел роман с прокисшим виноградом.

27

Вооруженный новым чудесным знанием, я не спеша перемещался в свою часть города и не обращал внимания на то, что происходило вокруг. Лишь через некоторое время я осознал, что мой полицейский ангел-хранитель куда-то делся, а Паук Уэбб снова идет за мной.

Паучок всего-навсего хотел знать, куда я иду и с кем собираюсь встретиться. Ха-ха. Я довел его до Аль-Хара и пошел себе дальше, получив очередной отказ в доступе к Тупу и Шустеру. Отрицалось даже само существование Шустера, хотя его публично провозгласили главой Конфиденциальной комиссии по королевской безопасности. Я еще раз прошелся мимо жилища Харвестера Темиска. Его не было дома. Я обошел «Пальмы», не потревожив Морли Дотса или кого-либо из его тронутых приспешников. К тому времени мои глаза уже съезжались к переносице – мне не стоило вставать так рано.

Я налетел на Плоскомордого Тарпа в четырех кварталах от дома. Он был не один. Я не успел вовремя нырнуть в сторонку.

– Эгей, тыквоголовый! – заревела Торнада. – Я тебя видела! Не вздумай пытаться улизнуть!

Эта женщина имеет склонность высказываться на полной громкости. Тарп вроде был смущен тем, что его застали в такой компании.

Торнада выглядит очень недурно. Она блондинка, и все, что надо, расположено у нее там, где надо, – причем боги не поскупились, создавая эти лучшие части. Однако есть несколько особенностей, отвлекающих от ее естественной привлекательности: размеры и манера поведения. Ростом Торнада чуть ли не выше меня, а что до манер, то она ужасная склочница… и это еще мягко сказано. К счастью, мне в последнее время, как правило, удается ее избегать.

Плоскомордый попытался соорудить на лице заискивающее выражение, не говоря при этом ничего такого, за что ему могло бы прилететь.

– Я поискал то, что ты просил меня найти. Я знаю, где оно.

– Вот как? То есть ты знаешь, где это находится в настоящий момент?

Собственно, я видел Пенни Мрак в квартале от нас: ее незаметное поведение бросалось в глаза. Она держалась в тени и выжидала. Шла следом за Тарпом и его конвоиршей – без сомнения, пытаясь выяснить, что за человек ее выслеживает и с какой целью.

Возле самого моего уха раздался писклявый голосок:

– О, вы действительно Гаррет? Тот самый Гаррет? Человек, который…

– Да, это определенно он, – подтвердила Торнада. – Человек, который.

Поставленный рядом с Торнадой, этот парень был практически невидим. Он был на десять дюймов ниже ее, худющий, как скелет, бледный, как труп, и дерганый, как шлюха на воскресной проповеди.

– Меня зовут Ион Сальватор, мистер Гаррет, и для меня огромная честь познакомиться с вами. Я так много о вас слышал!

– Его зовут Пилсудс Вильчик! – рявкнула Торнада. – А я зову его Прилипала!

Ион Сальватор вымученно улыбнулся.

– Это тот парень, о котором я тебе рассказывал, – объяснил Плоскомордый. – Он ходит за Торнадой по пятам и записывает все, что она делает.

Ион Сальватор снова улыбнулся и закивал.

– Зачем это тебе? – спросил я его.

– Потому что я обалденно героическая фигура, но на героизм уходит столько времени, что мне некогда записывать сагу о самой себе, – ответила за него Торнада.

– Не говоря уже о том, что ты и писать-то не умеешь.

Плоскомордый засмеялся и сказал:

– По правде говоря, все дело в том, что она как-то раз дала этому малому, когда нагрузилась так, что лыка не вязала. И ему так понравилось, что с тех пор ей никак не стряхнуть его с хвоста.

– Все было не так, – сердито проворчала Торнада. – Во всяком случае, не совсем.

Я взглянул на Иона Сальватора: похоже, он не возражал против того, чтобы о нем говорили так, словно его здесь не было. Наверное, так происходило на протяжении всей его жизни. Бывают такие люди – невидимки от природы. И бывают времена, когда я им завидую.

Сальватор вытащил маленькую дощечку, к лицевой поверхности которой кнопками были прикреплены несколько листков дешевой бумаги, и принялся яростно строчить. Его стило было из тех, что делают на нашей фабрике – той самой, где я владею небольшим пакетом акций.

Жалейте его, если хотите, но ведь Ионы Сальваторы не с неба берутся. Они сами стали такими, какие есть.

– Рад познакомиться, – сказал я. – Только не пиши ничего такого, что Стража могла бы использовать в качестве свидетельства.

Интересно, что он делал на войне? В любом случае он выжил.

Торнада насмешливо фыркнула.

– Дорогуша, ты ведь всегда ходишь по краю, – пояснил я ей.

Такова ее натура. Она сама не хочет ничего другого. Ну, я-то не против – пока она не втягивает меня в свои заварушки.

– Плоскомордый, скажи-ка еще раз: где, по-твоему, находится сейчас предмет нашего интереса?

– Где-то отсиживается, наверное. Не хочет лишний раз высовываться.

– Вообще-то, она как раз за твоей спиной, околачивается перед угольным амбаром Скаттлмена. И следит за тобой.

Никто не повернул голову, даже Прилипала.

– Больно она сметлива для своего возраста, – пробормотал Тарп.

– Не знаю, не знаю…

У множества ребят как раз такого возраста вполне хватает смекалки, чтобы выжить. Плоскомордый и сам когда-то был таким.

– Возможно, у нее действительно больше талантов и возможностей, чем у других.

Плоскомордый выжидательно уставился на меня.

– Я иду домой, – сказал я. – Если кто-нибудь завернет ко мне с особым призом, возможно, я выйду к нему, держа в руках жирный кусок.

– Понял.

Торнада сделала попытку вмешаться, надеясь оторвать кусочек и для себя, но я проигнорировал ее. Это, впрочем, не всегда является мудрым решением: она способна сбить тебя с ног просто для того, чтобы привлечь к себе внимание.

– Неплохая работа, Плоскомордый. Следующее, что ты можешь для меня сделать, – это найти Жнеца Темиска.