Оборотни Аррет. Когда рушатся стены - Анастасия Максименко

ума, наслаждалась его уверенными прикосновениями. Подставлялась под его ладони, играющие с моим телом, отдавая весь свой контроль мужчине, своему мужу. Попросту горела в его руках, готовая отдаться прямо там, на песке, но кое-кто из нас держал свои желания в ежовых рукавицах и не дал случиться нечаянной близости.

Лис ласково провел языком по моим приоткрытым губам и отстранился первым.

— Не думаю, что хорошая идея ― заняться любовью на грязном песке черт знает где.

Кивнула, уткнувшись лбом в черную рубашку, потеребила пуговицу.

— Ты прав, хоть мне очень тебя хочется, мой коварный. Сначала довел меня до искр в глазах, а потом обманул ожидания, но ты действительно прав. Мало ли куда нас под действием эмоций потянет. Вдруг во время оргазма занесет к твоим родным, вот они будут в радостном шоке, — хмыкнула, поморщившись. — Я не удивлюсь.

— Ну, у тебя и фантазия, мисс Интересненько, — тихо рассмеялся супруг. — Но да, лучше поостеречься от такого опыта. Кстати, о родителях. Ты нашла что-нибудь по поводу восстановления памяти? Может, какие-нибудь зелья?

Помотала головой.

— Риан, с большой долей вероятности амнезия твоих родных природного происхождения. На этот случай не существует никаких заклинаний и зелий, понимаешь? Я при нашем разговоре от неожиданных вестей совсем забыла тебе об этом сказать, — муж хоть и выглядел невозмутимым при моих словах, но я ощущала пробивающиеся сквозь его завесу разочарование и досаду. — Но мы с папой попробуем им чем-нибудь помочь. Хорошо бы пригласить их на ужин к нам домой.

— Драгомир будет в восторге.

— Папа всегда рад гостям.

— Ага, гостям особенно. Но идея отличная. Как думаешь, он согласится? Теоретически?

— Согласится, и практически тоже. У него выхода нет, вы – его родственники, как-никак, — кивнула рассеяно. — Однако в первую очередь нам надо вернуться домой. Кто знает, сколько там прошло времени, возможно, нас уже хватились.

Мы помолчали. Я пыталась придумать, как нам быть, Адриан, скорей всего, ― тоже, но никаких идей по-прежнему не было.

— Поцелуй меня, — вдруг попросила, поднимая к мужчине лицо. — Поцелуй меня, Адриан, еще раз, пожалуйста.

— С радостью, любовь моя, но боюсь, не смогу на этот раз удержать себя в лапах.

— Плевать, — шепнула и потянулась к его губам.

На этот раз целовала мужа первой, со всем жаром впиваясь в его рот, но не позволила разуму погрязнуть в любовном тумане. Зарылась пальцами в песок, пропуская энергию этого места через себя. Посасывала немного шершавый мужской язык, губы, со всей страстью и яростью, но прежде всего думала о доме, о лаборатории и всем сердцем желала вернуться назад, желательно в то же время и место. И Адриан… Пусть он вернется в университет, пусть кара магистров нас не настигнет. Прошу, мироздание, услышь сумасшедшую вейдари. Черканула ногтем по пальцу, раня и проливая каплю крови в землю, и почти не удивилась, когда дрогнуло все вокруг. Даже обрадовалась рвущему ушные перепонки гулу. Земля под нами раскололась, и мы, сцепленные с мужем объятиями, ухнули в непросветную темноту.

С размаху плюхнувшись пятой точкой на стул, клацнула челюстями и схватилась за голову, судорожно выдыхая. Медленно распахнув глаза, с изумлением посмотрела перед собой, фокусируя взгляд на артефактах. Получилось? Не успела обрадоваться и связаться с лисом, в железную дверь коротко постучали. Святые зелья, неужели все-таки получилось не совсем так, как хотела, и наказания не избежать? С трудом соскребла себя со стула и, пошатываясь, доплелась до двери. Щелкнул замок, а на пороге, как ни странно, обнаружился куратор, и, судя по лицу Завьялова, ожидать хорошего не приходилось.

— Лисова, у вас есть совесть? — строго поинтересовался Альгер, и моя душа рухнула в пятки. Приехали. — Полпервого ночи, хватит работать, шагом марш в кровать!

— А-а-а… Э-э-э…

Фу-х!

— Без возражений! — припечатали. — Даю вам десять минут, чтобы вы добрались до своей комнаты, быстро! — от окрика у меня сильнее разболелась голова, но спорить я точно не собиралась, особенно когда все вроде как обошлось.

К сожалению, сил на печать своей «лаборатории» у меня не хватило.

— Брысь! Сам закрою.

Благодарно глянула на раздраженного вейдара и под его бурчание: «Доведут себя до истощения, потом еле ноги тянут», поплелась в общежитие, по дороге связываясь с мужем, что получилось далеко не с первого раза.

«Ульяна? Ведьма моя непоседливая, как у тебя это вышло?»

«Сама не знаю, Риан, честно. У тебя вес хорошо?»

«Более чем. Я в своей комнате и, кажется, вернулся в то время, в какое меня утянуло порталом. Не понимаю, как такое возможно».

«Пока сама не знаю, но постараюсь аккуратно выяснить. Я люблю тебя».

«И я тебя. Будь осторожна».

«Буду. Завтра свяжусь с отцом. Выходные через три дня, надеюсь, удастся уломать его на ужин».

«Спасибо, милая. Держи меня в курсе».

Глава 12

Глава 12

Глава 12. Невыносимая боль утраты

Ульяна

Время до знаменательных выходных, на которых мы условились собрать «семейный-ужино-совет», пролетело как-то уж очень стремительно, и уже сегодняшним вечером меня и папу ждало удивительное по своей сути знакомство с потерянными родными супруга, которые теперь тоже являлись частью нашей маленькой-большой семьи, семьи – Лисовых, собственно, как Ариадна и Шер.

Эх, интересно, как там подруга, как малыш, все ли хорошо… Хотя о чем я, естественно, хорошо, по другому и быть не может с таким-то предначертанным. Шер себе быстрее лапы откусит, чем даст Ариадну в обиду, да и сама девушка далеко не проста. Впрочем, за свою хвостатую подругу в большей степени я была спокойна, поскольку у нее имелся мой оберег. К выходным, работая в усиленном режиме, чем немного раздражала куратора, успела сотворить еще четыре амулета – для Алины и Леонардо, поскольку камни для этой парочки подобрались достаточно быстро. И парням – Шеру и Картену. Дину – с сердцем – песочная яшма, а Шеру – кальцит.

Остались дети, для них требовались куда более сложные артефакты с драгоценными камнями, так что придется повозиться, Ларе и Айсару – обязательно, Бьорнам и теперь вот родителям Адриана, м-да, работы непочатый край. А ведь еще желательно сварганить что-то годное для супруга и меня самой, на всякий непредвиденный случай. У нас, конечно, имелась магия, и мы не были так беззащитны, как наши близкие, хотя, о беззащитности в отношении двуликих и слышится как-то смешно, но самонадеянными быть точно не