Первородный. Цена магии - Евгений Валерьевич Решетов

создавать свет и поглощать его. Уровень моего стартового дара выше среднего, — без всякого хвастовства проговорила красавица и элегантным движением руки поправила длинные волнистые волосы цвета воронова крыла.

— Поздравляю, — отвлечённо сказал я, подумав, что сейчас самое время заправиться магическим топливом, а то у меня его кот наплакал.

Что ж, наверное, мне следует набрать такое количество маны, которое будет соответствовать среднему уровня дара. Если замахнусь на что-то большее, то сразу же начнутся вопросы откуда у меня такая силища. А ежели прикинусь слабым, то усложню свою задачу по сокрытию своей истинной магической силы. А она, кажется, довольно большая. Поэтому в роли слабака мне постоянно придётся сливать магическое топливо и ходить всего лишь с крошками маны в груди.

Придя к такому выводу, я врубил «взгляд мага», посмотрел на Морозову и оценил насыщенность её сияния. Ага, ясно, значит, так выглядит первокурсник с даром выше среднего.

— Чего это вы так пристально на меня посмотрели? — подозрительно сощурилась баронесса.

— Пытаюсь понять, на кого вы учитесь, сударыня.

— Я буду биологом. У моего отца есть несколько лабораторий по выведению химер. Думаю, что после университета займу должность в одной из них.

— Хороший жизненный план, — приподнято произнёс я и начал украдкой прикасаться ко всем подряд студентам, пользуясь тем, что их на лестнице оказалось великое множество.

Конечно, воровал я очень мало, как самый робкий имперский чинуша. Однако огонёк маны в моей груди рос довольно быстро.

— Благодарю за одобрение, — насмешливо улыбнулась красавица.

— Обращайтесь, сударыня, — усмехнулся я и вместе с баронессой покинул лестницу.

Дальше мы пошли по запруженному людьми коридору, где я тоже принялся воровать ману.

В итоге мне удалось стибрить нужное количество магической энергии. При этом я чувствовал, что могу запасать ману ещё и ещё.

Что же у меня за дар такой? Может, в гипотетической палёной «синьке» была кровь Императрицы, всех архимагов и эссенция самой сути магии?

— А вон, кажется, и кабинет профессора Еремина, — посмотрела баронесса на дубовую дверь с табличкой.

Около кабинета уже ждали своей очереди довольные, хохочущие парни, переполненные возбуждением, вызванным только-только открывшимся даром. Все трое посматривали искрящимися от куража глазами на таких же, как они сами первокурсников.

— Когда у тебя в руке молоток всё начинает напоминать гвоздь… — неслышно пробормотал я, предчувствуя, что вряд ли разойдусь миром с этими парнями.

Морозова слегка сморщила носик, глядя на трио студентов. А те с неприкрытым восхищением посмотрели на неё. У одного даже чуть слюни не начали капать изо рта.

— Доброе утро, сударыня, — проблеял самый крупный из этой троицы студент, белобрысый здоровяк с жидкой козлиной порослью, растущей на квадратном подбородке. — Позвольте пропустить вас без очереди. Мои спутники не будут против. Я ручаюсь за это.

— Позволяю, — величественно сказала баронесса, будто боярыня своим крепостным.

Белобрысый растянул губы в улыбке и вышел чуть вперёд, оставив позади себя пару других студентов. Он будто всем своим видом показывал, кто тут альфа-самец. И на меня этот гад глянул с показным пренебрежением, даже поморщился, будто заметил кусок дерьма.

Я ответил ему снисходительным взглядом взрослого человека, увидевшего подростка, отчаянно пытающегося показать, какой он важный и сильный.

Белобрысый со скрытой угрозой поиграл желваками, возвышаясь надо мной чуть ли не на целую голову, а затем гордо бросил Морозовой, щёлкнув каблуками ботинок:

— Разрешите представиться, Игорь Никитин. И сразу простите меня, сударыня, за то, что вам приходится ждать. Но, думаю, уже через минуту-другую из кабинета выйдет студент, которого сейчас принимает профессор. А ежели этого не произойдёт, то я сам вытащу его оттуда за уши, чтобы вы не теряли своего драгоценного времени, сударыня…

Он сделал многозначительную паузу, посмотрев на красавицу.

— Баронесса Александра Морозова, — холодно проговорила та.

— О, какая честь! Я слышал о вашей красоте, но она оказалась даже более пленительной, чем о ней говорили слухи! — восторженно выдохнул Никитин и снова выдал улыбку, призванную очаровать красавицу. Но у той в глазах всё отчётливее нарастало отвращение.

— Вы слышали о моей красоте? Поздравляю, у вас всё в порядке со слухом.

Позади белобрысого хихикнул один из его спутников, худой брюнет с треугольной подхалимской физиономией.

Он выступил вперёд и представился:

— Олег Иванов.

— Пётр Лихов, — подал голос третий студент, тучный, деревенского вида рыжий парень с конопушками.

— Ян Горин, — скучающим голосом представился и я, раз уж все назвали свои имена.

— Горин? — удивлённо вскинул брови брюнет. — Вы тот самый Горин, принявший вызов Герхарда фон Брауна?

— Угу, — бесстрастно проронил я, заметив на себе удивлённый взор баронессы.

Она открыла ротик, вознамерившись что-то произнести. Но тут вдруг открылась дверь кабинета, и перед нами предстал худой паренёк. Он одарил нас счастливой улыбкой и быстро умчался прочь.

— Следующий! — вырвался из кабинета низкий мужской голос, похожий на медвежье рычание.

Морозова захлопнула ротик и проскользнула в кабинет. А я остался в обществе троицы студентов, обступивших меня.

— Фон Браун сделает из вас блин, Горин, — насмешливо оскалился белобрысый Никитин, сложив жилистые руки на выпуклой груди.

— Блин? Нет, думаю, что всё-таки оладушек, — иронично сказал я, непринуждённо улыбаясь.

— Вы даже не отрицаете, что проиграете? — удивился брюнет.

— А зачем мне что-то отрицать? Дуэль всё покажет.

— Она покажет, что вы ничто по сравнению с фон Брауном, — презрительно выдал Никитин. — Вы даже трёх секунд не продержитесь против него.

— А давайте поспорим? Если я продержусь дольше трёх секунд, то вы будете должны мне одну услугу. Или вы не отвечаете за свои слова? Все же их слышали, — ловко подловил я идиота.

Спутники белобрысого не без толики злорадства посмотрели на него. А тот лихорадочно облизал толстые губы, поняв, что ляпнул лишнего. Но как теперь