Шатер отверженных - Марина Леонидовна Ясинская

бы это мог быть? Точно не мама с папой. Учительница? Но она не стала бы запирать Юрку в темной кладовке!

А может, Кристина? Да, она пропала, но вдруг она рядом и невидимо его опекает? И вот решила вмешаться и защитить его от того, кто постоянно его дразнил и связывал ему шнурки?

Эта мысль Кирюше очень понравилась. Да, если кто и мог за него вступиться, то только его сестра. Правда, уж как-то слишком круто она действовала. Юрка, конечно, хулиган, но можно было бы обойтись мерами и помягче.

«Найду Кристину – и так ей и скажу: спасибо, что защищала меня. Но Юрка не такой плохой, не надо было его сильно пугать», – решил Кирюша.

Дело оставалось за малым – найти настоящую Кристину.

* * *

На этот раз Вив появилась одна. Она нагнала Тину на полпути из школы, лихо притормозив у обочины и распахнув пассажирскую дверь ярко-желтого спортивного купе. Оценив вызывающий внешний вид машины, Тина усмехнулась: эти хостильеры явно не отказывали себе в маленьких радостях жизни. И быть незаметными тоже не старались; яркий автомобиль смотрелся на улицах Верходновска неуместно и вызывающе.

– Привет, – поздоровалась Тина первой.

Вив не стала затруднять себя изображением даже самой поверхностной вежливости.

– Твой яггер на месте? – спросила она, даже не взглянув на Тину, и, подвинув зеркало заднего вида, стала подкрашивать губы.

– Как у меня дела? Неплохо, спасибо. А у тебя? – ответила Тина.

Вив перевела взгляд на собеседницу; безупречно накрашенные губы искривились.

– Тебе так нравится играть в человека, что ты готова тратить время на бессмыслицу?

– Вообще-то я думала, что в этом и есть вся суть: стать человеком.

Вив хмыкнула и насмешливо качнула головой.

– Смысл – остаться в этом мире и жить жизнь. А вот подражать его серым, скучным и унылым обитателям, тратящим время на что угодно, кроме того, что имеет значение, – увольте!

– А что, по-твоему, имеет значение?

– Тебе хочется подискутировать на философские темы? Или просто не с кем поболтать?

– Пытаюсь набраться знаний от более опытных хостильеров, которые провели в этом мире куда больше времени, чем я. Но, вижу, зря.

– Зря, – подтвердила Вив, проигнорировав шпильку. – Так что, твой яггер уже на месте?

– Да.

– Прекрасно. Тогда передаешь ему первое задание. Сумеешь?

– Если уж я сумела его вызвать – и без вашей экспертной помощи, – снова не удержалась от сарказма Тина (ну не нравилась ей эта Вив!), – то уж как-нибудь справлюсь и с этим.

– Надеюсь. Итак, вот что он должен будет сделать…

Глава 9

Кристина впервые видела, чтобы в зрительном зале оставалось столько свободных мест. Объективно, заполнен он был на три четверти, не меньше, но Кристина привыкла видеть, что обычно если яблоку и есть где упасть, то прежде надо старательно поискать для этого яблока местечко. И сейчас, стоя за кулисами и подглядывая из-за них, она гадала, почему зал не заполнен. Потому что город – самой высокой категории сложности? Или потому, что шатер «Обскуриона» был заметно вместительнее их собственного?

Устройство чужой арены, как и говорил Мануэль, и впрямь практически не отличалось от «Колизиона»: то же оборудование, те же леса и крепления, аналогичная система страховочных тросов, похожие освещение и аудиосистемы. И та же самая рабочая суета, скрытая плотными занавесями шатра от зрителей; публике нельзя видеть, как творится та красочная магия, которую им покажут на арене.

Вит и Летун что-то деловито обсуждали с коллегами из «Обскуриона», а потом вместе тут и там что-то подправляли в оборудовании. Кабар не отходил от Джордана с Рондой; директор «Обскуриона» делал обход цирка, изредка бросая тут и там короткие указания, а метатель ножей, старательно подстраиваясь под его шаг, увивался вокруг и что-то говорил. Слушал ли его Джордан, было совершенно непонятно, потому что большей частью казалось, что он никак не реагирует, но Кабара это не останавливало, он просто переключался на Ронду. Та, как и прежде, принимала его внимание с легкой снисходительной улыбкой, и было неясно, нравится ли ей это или же только забавляет.

«Надеюсь, Кабар договорился о том, как именно будет происходить выступление, – подумала Кристина, провожая взглядом этих троих. – И что он не забудет сообщить нам».

Нам. Да, сегодня Кристина впервые чувствовала себя частью «Колизиона». Сегодня она выйдет на арену. И пусть она так и не ощутила в себе того особого дара, которым, по идее, должен был наделить ее цирк, да и ее функция будет сводиться к тому, чтобы просто стоять на месте, пока Фьор будет творить вокруг нее свое огненное шоу, – все равно Кристина наконец-то не ощущала себя совершенно лишней в этой подготовительной суете.

Тут и там циркачи разминались перед выступлением. Гимнасты растягивались, акробаты разогревались, эквилибристы разминались, жонглеры натирали руки тальком, клоуны поправляли свои костюмы, иллюзионисты проверяли грим, глядя в маленькие зеркальца, а канатоходец изучал крепления на запястьях Апи, заботливо одергивал его костюм и что-то тихонько говорил мальчику. «Обезьяныш» смотрел на него так, как дети обычно смотрят на родителей, улыбался и кивал ушастой головой. Канатоходец потрепал Апи по голове, и Кристина почувствовала, как от этой совершенно, казалось бы, обыденной сцены защемило сердце. Все они тут одиноки, и если ей тяжело, можно только догадываться, насколько тяжелее переносить такую жизнь ребенку. И оттого было неожиданно радостно, пусть и с оттенком боли, видеть, что Апи обрел хотя бы некоторое подобие отца, – если, конечно, тот у него вообще был в прошлой жизни. А ее выбрал себе старшей сестрой.

Мысли о старшей сестре сразу вызвали в памяти Кирюшу, сердце тут же болезненно сжалось, и на глаза навернулись слезы. Как можно переживать о том, чего ты никогда не имела? Кристина никогда не испытывала сестринских чувств к Кирюше – почему же тогда сейчас ей так плохо при мысли о брате?

Чтобы прогнать непрошеные слезы, Кристина заставила себя отвлечься. Тем более было на что – циркачи «Обскуриона»! Их можно было различить с первого же взгляда – они все были в черном. Кристина настолько не ожидала ничего подобного, что подумала: наверное, они все еще в тренировочных костюмах и вот-вот переоденутся. Но нет, до начала представления оставалось всего ничего, а никто не торопился в гримерки… Разве можно давать цирковое представление в черном?

На этом черном фоне красочные, яркие костюмы циркачей «Колизиона» выглядели не столько нарядными, сколько пестрыми и кричащими. Кристина слегка поморщилась. Ну почему в присутствии «Обскуриона» абсолютно все в их цирке вдруг