Арбитр Пушкин - Сергей Александрович Богдашов

— Подождите нас, барон, — окликнул подошедший ко мне Великий Князь Николай Павлович, за руку которого держалась его сестра, Мария Павловна. — Александр Сергеевич, я ненавижу дуэли, но история развивалась у меня на глазах, и я понимаю, что у вас не было выбора. Так что не переживайте о последствиях — в глазах Императора вы будете выглядеть в выгодном для вас свете. В очередной раз позвольте восхититься вашей предусмотрительностью — проведя поединок в герцогстве моей сестры вы, как и все участники дуэли, не являетесь преступниками. По идее, вас даже из столицы выслать не за что.

— Не думала, что такой способный артефактор как вы, окажется ещё и великолепным стрелком, — поджав губы, посмотрела на меня герцогиня. — Рада, что с вами ничего не случилось.

Не случилось…

Это с какой стороны посмотреть.

Я только что человека убил.

Правда, человеком Пестеля можно было считать только условно.

Дерьмо это было, а не человек.

Всё началось с первого нашего знакомства в Царском Селе. Тогда меня ещё удивило появление рядом с Великим Князем одного из основных и самых радикальных идеологов декабристов.

Я даже пробовал с Пестелем полемизировать, наивно полагая, что мои аргументы заставят изменить его точку зрения, и он станет соратником.

Но, нет. Для него существовало только два мнения — его и неправильное.

Постепенно я начал замечать в его речах идеи, которые в моей реальности он сформулировал в своей «Русской правде» — этаком то ли манифесте, то ли проекте конституции.

Не спорю, что-то в манифесте Пестеля заслуживало внимания. Однако большинство его людоедских предложений не только пугало, но и делала его persona non grata.

Взять, к примеру, свержение монархии — лозунг не новый и в чём-то справедливый.

Вот только Пестель предлагал вырезать под корень весь род Романовых, чтобы не осталось потомков, имеющих права крови претендовать когда-либо на царствование в России.

А как вам предложение заставить всех мусульман принять православие и подвергнуть их насильственной русификации?

А «усмирение» кавказских народностей с последующим их переселением вглубь Сибири ничего не напоминает?

А предполагаемая депортация двух миллионов евреев в Палестину, находящуюся в то время под управлением Османской Империи — это что?

Видя, что до будущего фашиствующего деспота окружающим, в том числе и Николаю Павловичу, нет дела, я пришёл к выводу, что пришло время второй ипостаси Арбитра.

В том же футболе Арбитр не только карточки показывает, но и имеет право выгнать с поля спортсмена. Вот и я решил вывести из игры Пестеля раньше, чем он начнёт толкать свои реакционные идеи в дворянские и офицерские массы. Для этого я на одном из собраний потихонечку начал подзуживать и подначивать подполковника.

Выглядело это следующим образом. Стоило Пестелю начать общаться с кем-то, как я присоединялся к беседе и вставлял несколько аргументированных возражений, ставящих под сомнение не только слова Павла Ивановича, но и его идеи.

Так повторялось несколько раз до тех пор, пока Пестель в присутствии Великого Князя не потерял самообладание и не швырнул в меня пустым бокалом, подправив его траекторию полёта воздушным Перлом.

Я, конечно, не ожидал, что подполковник, как баба начнёт швыряться посудой, но всё равно был на стороже. Как оказалось на зря, и мне очень пригодился вовремя активированный Перл Ловкости. А кто-то думал, что только моя жена ловкая и способна ходить по натянутому между столбами канату? Я тоже кое-что умею. Например, могу схватить летящую муху всего двумя пальцами. Что мне какой-то бокал.

— Милостивый государь, — поставил я пойманную посуду на стол, — Скажите адрес, по которому вас завтра сможет найти мой секундант.

Пестель побледнел, что-то промямлил и сбежал.

— Александр Сергеевич, — обратился ко мне подошедший Великий Князь. — Вы понимаете, что обозначает произошедшее?

— Конечно. Оскорбление действием, не допускающее перемирия и дающее мне право на выбор оружия. Я выбираю пистолеты, — под всеобщие одобрительные кивки окружающих ответил я Николаю Павловичу и, снизив тон, продолжил. — У меня к вам небольшая просьба — не могли бы вы посодействовать, чтобы дуэль прошла не в Российской Империи, а, к примеру, в Великом герцогстве Саксен-Веймар-Эйзенахском, где ваша сестра является правительницей?

— Я хоть и противник дуэлей, но готов вам оказать всяческое содействие, — заверил меня Великий Князь. — Только почему вы хотите устроить поединок на земле моей сестры?

— Если я буду стреляться у Чёрной речки, то при победе в поединке, на следующий день в лучшем случае окажусь просто в опале и буду выслан из столицы. В худшем — меня будут судить и лишат дворянства и собственности. Так же я не хочу, чтобы гонениям подверглись все участники дуэли, в том числе и мой секундант. В землях вашей сестры дуэли не запрещены, то есть по законам герцогства я не совершу преступления и буду неподсуден, а значит…

— Дальше можете не продолжать, — остановил меня князь. — Я понял вашу мысль и вполне с ней согласен, хоть вы и создаёте прецедент. Думаю, ваших аргументов хватит для того, чтобы Император не предпринял против вас репрессивных мер. Более того, я лично с вами отправлюсь к сестре и замолвлю перед ней словечко.

Согласования секундантов, выбор распорядителя и доктора, перелёт и всё остальное — это уже технические мелочи, описывать которые нет смысла.

За исключением того, что пуля из моего пистолета пробила защиту Пестеля.

Здесь всё очень просто. В поединке использование магии допускается по умолчанию, если нет отдельных договорённостей. Естественно, нельзя использовать магию, как оружие — если выбрал поединок на шпагах, то и будь добр махать металлом, а не швыряться воздушными лезвиями. Но улучшить сноровку с помощью Перлов, или поставить себе защиту — не возбраняется. В результате, дуэль, как я уже говорил, зачастую становится похожа на цирк.

Наши секунданты запрет на использование Перлов не обговаривали. В итоге подполковник слишком понадеялся на свой воздушный Перл, который я просто-напросто отключил дистанционно в момент своего выстрела.

Дело в том, что тягу на моих самолётах создают Перлы Воздуха. Чтобы предотвратить в небе эксцессы с курсантами, я с самого начала становления школы лётчиков создал для инструкторов артефакт, позволяющий нейтрализовать действие любого воздушного Перла, находящегося поблизости. Таким образом, в случае опасности курсант не имеет возможности влиять на полёт и в то же время артефакт не отменяет действия воздушного Перла инструктора. Широкой огласки наличие анти-перлов у моих инструкторов, конечно, не имеет, но каждый курсант