Эспер 23 века - Марк Грайдер

данным, что мы получили, держателем этой лаборатории был Павел Иллюзоров, — отвечал госслужащий. — Долгое время он находился в психиатрической больнице. После того, как его выписали, долгое время о нём не было никаких данных. Точно так же, как и о пропаже детей. Есть вероятность, что у него есть знакомые в госорганах или более высоких кругах.

— Хорошо, но при чём здесь мой сын? — не понимал Сергей.

— Пусть у Павла и имелся диагноз, однако он довольно сильный эспер. Справиться с ним ребёнку. Бросьте, не смешите.

— Тогда, — влез я в их разговор. — Зачем мне это? Какой в этом смысл?

— Во-первых, — хмыкнул мужчина, — ты необычайно странный ребёнок. Ещё при первой встречи все заметили, что ты довольно сообразительный и умный. Что уже наводит на подозрения.

Ага. Значит, к вундеркиндам здесь особое отношение и не очень хорошее. Понятно.

— Ну а, во-вторых, — он сплёл пальцы между собой, сцепив их в замок. — У тебя ведь уже есть бесцветный камень, так?

Я молча поджал губы и кивнул.

— Вы думаете, — снова влез в разговор Сергей. — Что он решил использовать свой камень? Но почему тогда помог всем выбраться, если верить вашей теории? Это не имеет никакого смысла! — его голос стал более грозным. — Если у вас нет никаких доказательств вины моего сына, — грубо произнёс Волков, поднявшись с кресла и указав рукой в сторону выхода. — То прошу вас покинуть наш дом.

Мужчина ещё раз взглянул на меня с прищуром, а после поднялся с кресла.

— Не переживайте, мы обязательно всё проверим, — кивнул он. — Всего доброго.

После этого в дверях появился робот дворецкий. Михаил поклонился мужчине и произнёс:

— Я провожу вас.

Когда в комнате остались мы вчетвером, я заметил, как на скулах Сергея заиграли желваки. Кажется, он был очень зол и недоволен этим разговором.

Ну, неудивительно. Его сына обвинили в довольно крупном преступлении, что может повлиять на статус и честь семьи. За это время я узнал, что статус родовых семей в большей части играет бизнес, которого у Волкова после смерти отца практически не было.

Из-за его работы на бюро, он никогда не лез в дела своей семьи. Единственное, что ему осталось в наследство тот самый научный институт, который сейчас находился в полном упадке. Насколько я понимал, Сергей планировал продать его, однако это не решило бы тех проблем, которые навалились на наследника рода после того, как умер Волков старший.

— Идите к себе в комнату, — грубо произнёс Сергей, подойдя к шкафу с элитным алкоголем.

— Дорогой, тебе же… — тут же забеспокоилась Мария.

— Замолчи! — рыкнул он. Однако поняв, что сделал это с горяча, тут же смягчился. — Сегодня, можно.

И снова узнаю своего брата. Все проблемы решает за счёт чего-то, в данном случае, за счёт алкоголя. Только от этого вряд ли всё встанет на свои места.

Когда Марина вышла из комнаты, я остановился на пороге. Не хотелось, чтобы из-за меня всё пошло к чертям. Хотя по сути я ничего такого и не сделал. Однако понимал, что предупреждение того государственного служащего, не простые слова. Теперь за мной, действительно, будут пристально наблюдать, что не очень хорошо скажется на статусе.

— Отец, — повернулся я к Сергею и поклонился. — Прошу, не продавай научный институт.

— С чего ты решил поднять эту тему? — удивлённо изогнул он бровь.

Я выпрямился и посмотрел ему в глаза.

— Если верить новостям, то сейчас рынок переполнен всевозможными роботизированными системами. Пробиться туда, практически, невозможно. Однако, если усовершенствовать имеющуюся продукцию и предоставить, как что-то новое, то есть вероятность закрепиться на рынке. А с учётом того, что он самый перспективный, то…

— Хах, — усмехнулся Волков, сделав глоток из бокала. — Для этого нужны инициативные люди.

— Тогда прошу, предоставь это мне.

— Ты, действительно, изменился после аварии. Однако я не могу доверить это дело такому мальчишке, как ты.

— Тогда просто подожди, — не переставал я давить на него. — Я смогу тебе помочь. Я сделаю наш род самым влиятельным в этой империи.

— Слишком громкие слова, — снова усмехнулся он.

— Я не собираюсь ими ограничиваться. Это скорее обещание, — бросил я напоследок, снова поклонился удивлённым Марии и Сергею и вышел из комнаты.

///

На следующий день наши родственники, в лице Марины и её семьи, покинули наше поместье. Правда, девочка до конца не хотела уезжать, прося родителей остаться вместе со мной. Те же пообещали ей, что в скором времени они вернуться, а Марина взяла с меня слово, что мы часто будем общаться по сети.

Я не очень любил общаться с кем-то в прошлом, однако эта девочка смогла заинтересовать даже меня.

Следующая неделя проходила у меня за книгами и исследованием этого мира. Для того, чтобы понимать, чем именно я мог помочь отцу, я должен был чётко знать, как именно здесь всё работает. Пусть эта реальность не сильно отличалась от моей, но всё же здесь были некоторые нюансы.

— Но даже с этим, — сидя за столом и отклонившись на спинку своего кресла, тихо произнёс я. — Без статуса, ничего не достигнуть.

Причём неважно какого ты рода. Пусть у тебя хоть самая известная в империи семья была. Пусть ты даже и был императорских кровей. Здесь, как оказалось, без заслуг никто тебя и слушать не будет. Поэтому и вести дела, даже будь мне сорок лет, не было никакого смысла.

Всё решают действия. Именно такой закон сформировался в этом мире. Чем больше ты показал себя — тем выше у тебя статус. И это можно было сделать несколькими путями: первый — через долгое накопление авторитета, второй — через победы, которые приносят борьба с исксидами или способностями, которые выбрались наружу.

И если легче всего было пойти первым вариантом, то я бы не отказался от обоих. Тем более, что я так и не понял, что именно из себя представляют существа, от которых раз в месяц нужно защищать империю.

Любопытство? Да, наверное, именно так я и мог это описать. Но помимо этого, ещё и личный интерес.

Через несколько минут до ушей донёсся бой часов. Старинный антиквариат, который был раритетом в доме и означал, что пора спускаться к обеду или ужину. Он слегка раздражал, но наводил на воспоминания. Пусть я из детства мало что помнил, но ощущение прошлого наводило на приятные ассоциации. Хотя приятностей, даже при всём моём уважении к семье, было совсем немного.

Спустившись в зал, где за широким обеденным столом, в очередной раз собралось всё семейство, я сел по правую сторону от отца. Теперь это было моё