Крылья Мальгуса. Ступень Четвертая. Часть первая - Инди Видум

— Так что заявление мы писать не будем, — согласился я. — Разумеется, при условии, что инцидент дойдет до администрации, а не останется в этих стенах.

— Это мы вам гарантируем. — Проверяющий явно успокоился, но не потому, что мы отказались от заявления, а потому, что он нашел хоть что-то неположенное у Сысоева.

Неожиданно Полина подергала меня за рукав.

— Ярослав, там же не все конфеты с зельем. Может выбросить только те, что испорчены?

— А остальные он лапал грязными руками, — ответил я, не желая копаться в сысоевских конфетах. — Кроме того, эта коробка — вещественное доказательство.

— Полина, если тебе нужны такие конфеты, я могу привезти хоть сейчас, — щедро предложил Серый, который зашел с нами на случай, если окажется, что синтезатор нельзя проносить на территорию школы. В правилах этого не было, но составлены они были так, что подвести под них можно было все что угодно. — Оставлю здесь, потом заберешь.

— Тогда ладно. — Она вздохнула, грустно посмотрела на коробку в чужих руках и протянула досматривающим уже свой рюкзак, предварительно его раскрыв.

Медвежонок Сысоева задорно покачивался, привлекая внимание не только мое, но и Серого.

— Поль, — кашлянул он, — это бы ты тоже выбросила.

Он дернул за медвежонка, собираясь его отцепить, но Полина внезапно ощетинилась:

— Он хорошенький, пусть висит. Ярослав же там ничего не нашел.

— Ничего. Но принимать подарки от кого попало — позорить клан. Мы тебе десяток таких можем купить.

— Но они уже будут другими, как ты не понимаешь! — возмутилась Полина. — Посмотри какая у него милая мордочка, а ты хочешь, чтобы я его в урну выбросила?

— Было бы идеально, — согласился Серый, не догадавшийся, что вопрос риторический.

— Значит, некоторым дорогущие зайцы, а у меня последнего медведя хотят отобрать?

Полина явно намекала на подарок Диане почти годовой давности, а в медвежонка вцепилась так, как будто собралась за него драться до последнего. Серый, не ожидавший такого отпора, отступил и растерянно на меня посмотрел.

— Полина, это подарок не от самого лучшего человека, — неожиданно сказал Тимофей.

— Но медвежонок в этом не виноват, — отрезала Полина и умоляюще спросила у меня: — Ярослав, можно я его оставлю?

Подарок нравился мне не больше, чем Серому. Я тоже подозревал какой-то подвох и то, что я его не находил, беспокоило меня в точности, как местную охрану после осмотра Сысоева. На игрушке не было ничего постороннего, и все же…

— Можно, но при условии, что в личную комнату ты не будешь его заносить, только в общую гостиную.

— Ярослав — ты лучший! — расцвела она.

А вот Серый проворчал:

— Зря ты так. Уверен, это нам еще вылезет боком.

— Что нам вылезет боком? — фыркнула Полина. — Маленькая мягкая игрушка?

— Маленькая мягкая игрушка, которую ты собираешься везде носить с собой, — отрезал Серый. — Подарок от типа весьма сомнительных достоинств, из-за которого Ярослав чуть не пострадал.

После этих слов мне показалось, что Полина все же засомневалась в желании оставить медвежонка, но тут проверяющий сказал, что она может проходить, поэтому она убежала вместе с подарком. После нее прошлись по Тимофею с Деном, и наконец очередь дошла до меня и синтезатора.

— Он вам обязательно нужен? — со вздохом спросил подступивший со сканером проверяющий. Наверное, подозревал, что такую коробку наркотиками можно доверху забить — на всю школу хватит, не только на одного Сысоева. Но поскольку я не собирался таскаться с синтезатором туда-сюда, то местная охрана прогонит его один раз через проверку и успокоится.

— Обязательно, — подтвердил я. — Жить без музыки не могу.

Вариант со слишком большим количеством свободного времени, которое нужно чем-то занимать, был намного хуже. Если проверяющие составляют доклад по результатам нашего прибытия, то могут указать это причиной желания помузицировать. А уж местная администрация найдет, чем занять чужое свободное время. Хорошо хоть принудительно не заставляет выбирать себе внеучебную деятельность, как в предыдущей школе.

— Вроде ничего нет, — неуверенно сказал тот, что водил сканером по синтезатору.

— Не вроде, а нет, — откликнулся Серый. — Мы приличный клан, не проносим всякие запрещенные вещи.

Я бы смог с ним поспорить, поскольку при мне теперь всегда был пространственный карман, а в нем наверняка найдется то, что здесь будет запрещено. Но сканерами это, конечно, не обнаружить, так что Серый в чем-то даже был прав.

Пропустили меня с синтезатором, поэтому я попрощался с Серым, напомнив ему про обещанные Полине конфеты.

— Прямо сейчас съезжу, — пообещал он. — И смотрите, чтобы она там не путалась с Сысоевым. Ничего хорошего от этого типа не будет.

С ним я был совершенно согласен, но боялся я не того, что Тихон планирует Полину увести из клана, а того, что он под предлогом собственных чувств собирается ее как-то использовать. И то, что я не понимал, как он это собирается делать, меня сильно беспокоило.

Интерлюдия 7

Гибель Воронцова не прошла для тайной организации даром. Там царило похоронное настроение. Мальчишка, еще не вошедший в полную силу, не просто смог противостоять одному из самых серьезных магов в их организации, но и привел того к гибели. Весьма показательной гибели — теперь каждый наглядно увидел, что случится с тем, кто попытается предать, а значит дороги назад не было. Они или победят, или будут похоронены в таких же закрытых гробах, как Воронцов, от которого еще неизвестно, было ли что в том самом гробу.

Нынешний совет был весьма малочисленным, но не потому, что у всех резко нашлись срочные дела, а потому, что главарь пригласил лишь небольшую группу. Тех, кто были наиболее влиятельны, а значит, тех, кто ранее постоянно общался с покойным Воронцовым. Кто-то из них был под полным ментальным контролем, а кто-то сохранял относительную независимость.

— Мы отказываемся от попыток добраться до Светланы Тумановой? — внезапно спросил один из присутствующих.

— С чего бы? — изумленно повернулся к нему главарь. В отличие от большинства, он ничуть не был расстроен смертью Воронцова, напротив, сиял как начищенный пятак, портя настроение остальным еще сильнее. — Разумеется, нет. Это было и остается самым простым путем к Тумановым.

— Но Елисеев представляет существенную угрозу нашим планам. Он слишком непредсказуем. Может, попытаться добраться до