Петербургские истории - Валерия Сергеевна Праздникова

— Дай-то богиня!

Тем временем вернулась Софья Платоновна:

— Поехали, Юдифь Георгиевна, они дома и нас ждут! А эти, черти полосатые, играют!

И мы поехали.

* * *

Гороховая улица сияла весенней чистотой и свежим лоском магазинов и бутиков. Платоновна провела нас через дворы, вошла в один из подъездов и направилась к старинному лифту. Впрочем, тот оказался сломан.

— Ну вот! — она явно расстроилась, — придется пешком на четвертый этаж топать.

— Ничего, дойдем.

На третьем этаже Софья приостановилась и подняла палец к потолку:

— О! Слышите?

Я навострила уши:

— И в самом деле, толи воют, толи поют.

Зина ждала нас в дверях:

— Третий час уже развлекаются. Сосед только что ходил, скандалил, а этим все нипочем. Я слышала через дверь, как он ругался. Да вы проходите, сейчас я чаю согрею!

Поблагодарив, мы прошли на кухню. Зина хлопотала у плиты. В кухню заглянули ее муж и сын — парень лет двенадцати. Поздоровавшись, они ретировались. Вскоре на столе уже красовался начищенный до блеска чайник, вазочка с карамельками и початый пирог с капустой.

Пирог был вкусным. Пока пили чай, прислушивались. Странное, в самом деле, пение. Совсем не: «харе, Кришна!», как часто возле метро сейчас распевают. И не христианское, насколько я разбираюсь. Заунывное, странное. И зубы от этого ныть начинают, словно от низких частот. Бррр!..

— М-да… — бабушка подошла к вентиляционной отдушине, где было лучше слышно, и подняла палец.

Мы послушно замерли. Она прислушалась, явно что-то узнав: вон, как нахмурилась. Что-то серьезное?

— Софья, у вас тут церковных свечек и святой воды не найдется?

— Найдется, а как же! — женщины засуетились и принесли из комнаты требуемое.

— Ба?

— Coizione di Baal[26] — она поджала губы, а я наморщила лоб, вспоминая.

Нет, не помню.

— А?..

Бабушка тоже вспомнила, что этого я еще не изучала, и пояснила для всех:

— Точно, сатанисты. Эх, и откуда они только вылезают?..

Она подумала.

— Так, говорите, из какой они квартиры?

— Тринадцатой, как по заказу. Под нами.

— Понятно. Можно от вас позвонить?

— Конечно, конечно!

Зина увела бабушку, а Софья уставилась на меня с немым вопросом. Я пожала плечами. До таких высот мне еще учиться и учиться.

Вскоре бабушка вернулась, и мы в шесть рук начали кропить углы святой водой, обходить все-все закоулки со свечками. Те дымили и чадили.

— Вот так, — завершив круг, ба велела составить все свечи на столе, — пусть догорят до конца, и огарки надо сразу вынести и выкинуть, подальше, не в мусоропровод, а куда-нибудь на помойку, лучше, если вообще в чужом дворе, или в канал.

— Я Гарика пошлю, — Зина покивала, — спасибо вам.

— Рано еще спасибо говорить, — ба была сурова и серьезна, — это мы только начали. Сейчас я тут одним серьезным людям позвонила, посмотрим, что они найдут. Возможно, очень даже, еще придется кое-что сделать. Но это уже после того, как дело завершится. А пока ждем.

— Тогда, может, еще чайку?

После третьего чайника во дворе зарокотали моторы. Гарик вскочил и рванул к окну.

— Ух, ты! — в полном восторге завопил он, — менты и ОМОН!! Вау!!.

— Сиди! — рыкнул глава семейства.

Пацан вынужденно вернулся на табурет. Зато поднялась бабушка и поманила меня:

— Идем, Криста, встретим. А вы посидите, но двери пока не закрывайте. Наверняка надо будет показания ваши собрать. Соседи ваши как, согласятся?

— Дум Думыч точно согласится, — кивнул зять, — это он как раз с ними ругался.

Нас в подъезде встретил майор Мельников и еще один мужчина в штатском.

— Майор Лютиков Илья Сергеевич, — отрекомендовался он, — оперуполномоченный по особым делам Санкт-Петербургского УВД.

— Очень приятно.

— Где?

— Тринадцатая. Да вы сами прислушайтесь.

Они последовали нашей просьбе. Переглянулись. Мельников кивнул, а Лютиков достал рацию:

— Внимание! Группа, захват!

Дальше было все как в боевике: толпа крепких ребят в масках, с оружием и щитами, заполнили лестницу. Подсадной пришлось стать мне. Я вздохнула, но с одобрительного кивка бабушки позвонила в дверь. Громко и требовательно. Потом поколотила ногой в филенку и еще раз позвонила:

— Открывайте, сволочи!!

За дверью притихли и потом чей-то голос спросил:

— Кто там?

— Соседи снизу! У нас с потолка течет! И воняет как из помойки! Открывай, давай! Что у вас там, в ванной, трубы прорвало?!

— Э… нет, ничего не прорвало.

— А у нас течет!!! Ничего не знаю, открывай, давай, показывай ванную!

Замок щелкнул, дверь начала приоткрываться. Но я уже отскочила, потому что меня рванули назад крепкие руки в перчатках. Дверь они же распахнули рывком, небритого мужика скрутили как тряпочку, вытащив на лестницу.

— Всем стоять!!! — с громкими воплями служивые приступили к работе.

Вскоре нас, как понятых, пригласили внутрь. Бабушка огляделась и кивнула:

— Улики, как говорится, на лицо.

В большой комнате у стены стоял низкий стол, на нем статуэтка козла, черные свечи, какая-то гадость. Повсюду намалеваны перевернутые пентаграммы и странные знаки. Куча оборванцев странного вида. А вот главарь принес всем сюрприз:

— Волк?! — бабушка остолбенела.

Крепкий чернявый мужик лет сорока с бельмом и шрамом через правое веко ощерился действительно по-волчьи.

— Вы знакомы? — тут же встали в стойку следователи.

— Да век бы его не знать, — указала бабушка подбородком на чернявого, — только еще мой отец с ним враждовал. Вполне возможно, что именно он сиротой мою внучку и оставил.

— Отец?!. - следователи, как по команде, посмотрели на Волка и снова повернулись к бабушке.

— Не смотрите, что выглядит молодо. Ему уже больше ста лет, только молодость эта куплена ценой чужих жизней.

— Так… — Лютиков сделал жест омоновцам в сторону задержанного, — этого пакуем отдельно.

— Погодите! — бабушка подошла к Волку и вынутым из кармана мягким карандашом быстро нарисовала странный символ, вписанный в круг, ему на лбу, — вот так! Знак не стирать и не трогать, пока я не разрешу. И руки ему надо связать сзади и покрепче. Сможете повязать еще и за локти — вообще будет хорошо.

— Слышали? Делаем, как сказано.

Дюжий омоновец в плотной маске кивнул, заковал пойманного в толстенные наручники, откуда-то из многочисленных карманов разгрузки достал пластиковую стяжку, без жалости стянул пленнику локти так, что Волк, обмякший было после нарисованного знака, заскулил, и вдвоем с напарником поволок его вниз.

Следователи обошли соседей, собрали показания. В присутствии понятых (нас с бабушкой) осмотрели квартиру, нашли несколько растерзанных собак в ванной и, на закуску, в кладовке — свеженький труп бомжа. Меня, если честно, вырвало — жуткое зрелище! Кстати, то, что беднягу убили совсем недавно — сообщил эксперт, осматривавший вместе со следователями улики.

— Чудно, чудно! — благообразный дядечка потер руки в резиновых