Оборотни Аррет. Когда рушатся стены - Анастасия Максименко

с надеждой повернулась ко мне: — А твоя Ульяна, она случайно не?..

Отрицательно мотнул головой.

— Нет, мам. И хорошо, нам сейчас немного не до этого.

— Что такое? — заволновалась родительница.

— У Ульяны пространственный личный дар. Она…

— О-о-о… ХИРО, — с пониманием закончила за меня она.

— Ты и это знаешь.

— По долгу службы я знаю многое, — улыбнулась женщина и похлопала меня по плечу. — Ничего, к году срока…

— Мам!

— Ладно, все, оставим эту тему, поняла. О, Адриан! — на этот раз мама подскочила. — Это же получается, моя драгоценная невестка может перенести Риюшку сюда, — и посмурнела. — Нет, не может, слишком опасно.

— Опасно, — согласился. — Кстати, да, почему вы сами не наняли пространственника для возврата домой?

— Все потому, мой дорогой сын, что отыскать вейдара с таким редким даром не так легко, ведь в ХИРО вход посторонним категорически запрещен, и даже при его нахождении объяснить, куда именно требуется построить переход, невозможно.

— Да? Куратор Завьялов спокойно смог построить переход без координат, я не обвиняю тебя и не пытаюсь уличить в чем-то, просто это странно.

— Ты с ним был во время построения перехода?

— Естественно.

— Тогда не странно, если проводник, то есть, один из «нанимателей» знает свой мир, как он выглядит, в каком созвездии находится, в отличие от нас. Ни я, ни Дан не располагаем никакой информацией об… о том, где жили раньше, понимаешь? Только то, что не родились в Реа, и обрывки воспоминаний. К тому же, Адриан, даже если бы и знали, не просто ворваться в прежнюю жизнь, когда тебя вот уже чуть больше сорока шести лет считают мертвым.

Непроизвольно отшатнулся.

— Как сорок шесть лет? — и принялся высчитывать, резко вспомнив, что в Реа один месяц за три, высчитав, помрачнел: — Твою ж армию, и правда, сорок шесть.

Мама горько улыбнулась.

— Именно сорок шесть лет прошло с того момента, как мы очнулись в Минэре, сынок.

— Мне жаль.

Родительница махнула рукой.

— Мы уже смирились, но как понимаю теперь, там время течет по-другому.

— Да, вас нет уже шестнадцать лет.

— Это лучше, чем сорок шесть.

Промолчал, не находя слов.

— Ладно, нам пора расходиться, малыш, — потрепала она меня по волосам. — Как думаешь, когда мы сможем встретиться за пределами университета и поговорить? Мы с папой с радостью познакомимся с твоей женой. Дан, к слову, уже в курсе, я ему сообщила.

— Как он воспринял?

— Хорошо. Разве могло быть по-другому? Волновался, конечно, грозился таранить АрхиО, но я его успокоила.

Усмехнулся.

— Папа никогда не отличался терпеливостью.

— Огненный, — пожала плечами мама.

— И я огненный, но с терпением у меня…

— Тоже швах, — закончила женщина и прыснула смешком.

— Неправда. Насчет встречи поговорю с Ульяной, правда, представляю, в каком она будет восторге, она очень опечалилась фактом вашей «смерти». Если все будет хорошо, то думаю, на ближайших выходных сможем нормально посидеть.

— Мне твоя пара уже нравится. Хорошо, договорились. Будь послушным лисенком, милый. И спокойной ночи, — быстро клюнула она меня в щеку и выскользнула из арены.

— Спокойной ночи, — с теплотой сказал в пустоту.

Постояв несколько минут на месте, вернулся к бревнам, на которых недавно сидели с матушкой, и разблокировал связь со своей ведьмой, чтобы тут же услышать ледяное:

«Ну, неужели! Мой дорогой супруг соизволил наконец со мной связаться. А теперь рассказывай быстро, что, как, почему и за каким надом!»

По ощущениям, к горлу будто приставили остро заточенный клинок.

«Ульяна. Оказалось так, что оба мои родителя живы, и они здесь, в Реа. А мама…»

«Что-о-о-о?!!» — оглушающий ведьминский крик, наверное, могли бы услышать и в Аррет. — «Как?!»

«Именно об этом я и пытаюсь сказать. Мама преподает с этого года предмет. Так я с ней и встретился этим утром. Прости, что сразу не сказал такую новость, дорогая…»

Ульяна ошарашенно молчала.

«Родная?»

«Я в шоке. Немного злюсь, но не виню. ТАКУЮ новость и я бы не знала, как преподнести. У меня столько вопросов, что голова разрывается. Риан, не знаю, что и сказать».

«Ничего пока не говори. На ближайших выходных и я, и сами родители хотят встретиться и обо всем спокойно поговорить. Обсудить».

«Да, да, конечно. Но как они… Как же они… Почему не вернулись? Что вообще с ними произошло, Адриан, твоя мама сказала?»

«Сказала, и это самое интересное. Но прежде скажи мне, Ульяна, утраченную память каким-нибудь образом можно восстановить?»

Глава 11. Ошибка ведьмы

Ульяна

Поджав под себя ногу, сидела в подвальной аудитории, щедро выделенной Завьяловым под мои «опасные» эксперименты, кусала губы, перебирала в пальцах заготовки для будущих защитных артефактов. Сегодняшний день вместе со всеми лекциями прошел будто сквозь меня. Толком даже и не осознавала, о чем говорят преподаватели. Методично записывала материал, но все мое сознание было направленно на систематизацию сказанного супругом вчерашним вечером. От свалившейся неожиданности в лице внезапно воскресших родителей Адриана пухла голова. Вместе с тем я чувствовала себя несколько виноватой за то, что не смогла увидеть их пульсирующую по нитям жизнь, только обрывки.

Впрочем, если вдаваться в логику, все верно. Мне и в голову не приходило, что родители Адриана могли, как я в свое время, провалиться в другой мир. Ведь я полагала – дело в моем даре, но теперь в этом откровенно сомневалась, но не суть. Поскольку обряд кровного поиска я проводила в Аррете и никогда ― в Реа, неудивительно, что их жизненные нити оборвались в родном мире. Меня, например, инквизиторы тоже не чувствовали живой, пока я находилась на родине мужа. Верховная только знала – я жива, не более, но на то она и верховная. Являлась бы я ведьмой такой силы, с огромной долей вероятности тоже бы ощутила тонкую пульсацию жизни в родичах Адриана.

Самое главное – они живы, здоровы, нашли свое место здесь и в принципе вполне себе счастливы, по словам огонька. Единственное, насколько я поняла по характерному вопросу своего хвостатого супруга, не помнили очень многих вещей из своего прошлого, почти все. Собственно, основное, а именно своих детей, они вспомнили, остальное мелочи. А вот на закономерный вопрос супруга о восстановлении памяти, к своему огорчению, ответить я не могла. Чтобы