Амина-кислота - Константин Владимирович Денисов

Тот выпрыгнул из-за укрытия и, топнув ногой, наклонился вперёд, посылая волну огня на противника. Отстрелявшись, он демонстративно отряхнул руки одну о другую, и выпятив грудь, поставил их на пояс.

— Чего стоишь, дебил, прячься! — заорала Амина.

Но Фаер, вместо того чтобы убежать, повернулся к ней и удивлённо спросил:

— Чего?

— Да чтоб тебя! — заорала Амина и бросилась к Фаеру.

— Ты чо? — удивлённо сказал он, всё ещё не понимая, что происходит.

Мы не видели противника, и о происходящем судили только по действиям Амины. Всё произошло так быстро, что вмешаться мы просто не успели.

Амина, рванув к Фаеру, увидела, что не успевает, и прыгнула вперёд, закрывая его собой. Когда она пролетала как раз перед дедом, в неё что-то врезалось со страшной силой, швырнув её на старика, который не устоял и опрокинулся вместе с врезавшейся в него Аминой назад.

Тут уже среагировала Маша и, подхватив их, при помощи своего дара, перенесла в наше укрытие.

— Ё! Как? Это, чего? — бормотал Фаер, держась за Амину, которая так и лежала на нём, как и в тот момент, когда они грохнулись вместе. Глаза у него блестели, и набухшие капли слёз того и гляди могли сорваться и побежать по щекам.

Я подбежал к углу и быстро выглянул из-за него. Там, за ближайшими кучами кирпичей и бетона, угадывалось какое-то движение, и производил его не один человек. Фаер, конечно, сглупил. Ну разве можно так вот стоять, даже если ты попал в того, в кого целился?

Фаер с трудом сел, продолжая прижимать к себе Амину.

— Девочка моя, как же так-то, а? — бормотал он, — это что же получается, ты от выстрела меня своей грудью прикрыла?

Амина вдруг издала протяжный стон и открыла глаза.

— Что, старый? Ты хотел её пощупать, а я тебя ею прикрыла? Нет в жизни счастья, да? — сказала Амина, и, издав хрип, уронила голову.

— Как? Как? Не умирай! — запричитал Фаер, — уж лучше бы я, дурак старый, умер!

— В следующий раз умрёшь! — снова подняв голову, слабым голосом сказала Амина, — мы старый с тобой теперь в расчёте. Один должок я, значит, закрыла. Осталось ещё два! — и она перевела взгляд сначала на меня, потом на Машу, — но у меня осталась только одна целая сиська, боюсь, я вас двоих ей не вывезу… — и, захрипев, Амина вновь уронила голову.

— Ты знала, что не умрёшь? — спросил я, быстро выглянув наружу, чтобы убедиться, что нас не атакуют.

Амина снова подняла голову и уже спокойным и трезвым голосом сказала:

— Второй раз не сработало, да?

— Да и в первый тоже так себе, — сказал я, — как только ты заговорила, я сразу понял, что ты придуриваешься.

— Почему? — с любопытством спросила Амина, — где я прокололась?

— У тебя железный штырь из сердца торчит, — сказал я и снова выглянул за угол.

— А, чёрт, точно! — сказала Амина, оттолкнула Фаера, перекатилась на спину, и взявшись за железку двумя руками, вырвала её из груди, — мой актёрский талант применён зря! — сказала она, теперь уже с настоящим хрипом.

Ей самой этот хрип не понравился и она, продолжая лежать на спине, начала глубоко вдыхать и выдыхать, прочищая лёгкие. И сначала хрипела сильно, особенно на выдохах, но постепенно посторонние шумы стали исчезать, и дыхание начало очищаться.

— Хреновые ощущения, — с трудом вставая, сказала Амина, — больше такое повторять не буду.

— Ты же обещала прикрыть нас второй сиськой! — возмутилась Маша.

— Когда? — удивилась Амина, — я, наоборот, сказала, что не вывезу на ней вас двоих!

— Ты не ответила на мой вопрос, — сказал я, — ты знала, что не умрёшь?

— Я очень на это надеялась, — сказала Амина и встала на ноги, — фу-у-у-ух! Как заново родилась! Второй раз за день!

— Так это всё не по-настоящему было? — медленно проговорил Фаер, продолжая сидеть на полу.

— По-настоящему, дед, по-настоящему, — сказал я, — она надеялась, что выживет. Но точно этого не знала. А что было бы, если бы эта железка попала ей в голову?

— По-настоящему, — прикусив губу, сказал Фаер, и в уголках глаз у него снова что-то блеснуло.

— Должна сказать, эти укурки меня разозлили! — сказала Амина, потягиваясь, — ведь даже поговорить с нами не пытались, сразу стрелять начали. Ну как так-то, а?

— Никакой культуры, — согласился я, — Амина, слушай…

— Да, пупсик! — тут же шагнула она ко мне, с немного преувеличенным вниманием, глядя прямо в глаза.

— Ты, правда, так больше не делай. Ты думаешь, что бессмертная, но это вряд ли так. Не теряй связь с реальностью. Обычно людей губит излишняя самоуверенность. Помнишь, ты про Воланда также говорила. Не повторяй его ошибок, — сказал я.

— Милый, ты за меня переживаешь? — Амина подошла ко мне вплотную и провела ладонью по моему лицу, — это так мило.

— Можешь считать это милым, а можешь считать прагматичным, или даже корыстным, — сказал я, — ты нас ещё отсюда вывести должна!

— Ну зачем ты портишь момент, — с сожалением, глядя мне в глаза, сказала Амина.

— Специально, — честно признался я, — потому что ты делаешь из нормального момента слащавый. Не надо!

— Это не слащавость, это романтика… — вздохнула Амина, — хотя правда, чего это я? В жопу романтику, пойдёмте лучше черепа крошить! Йох-ху-у-у-у! — вскинув руки, закричала Амина.

Она, конечно, дурачилась, но я решил её поддержать.

— Йох-ху-у-у-у! — что есть мочи, заорал я.

— Йох-ху-у-у-у! — заорала Маша.

— Йох-ху-у-у-у! — последним присоединился к нам Фаер.

— Круто! — хлопнув в ладоши, прокричала Амина, и пулей выскочила из нашего укрытия, перебежав на своё прежнее место за контейнером.

Я как будто со стеной до этого разговаривал, ничего не хочет слушать!

— Маш, перекидай-ка туда вот эти рельсы! — указал я ей на целую гору швеллеров, но не стал их так называть, а использовал более распространённое слово, — прямо запускай их туда как копья одно за другим, можешь даже не глядя и не целясь. Проведи нам артподготовку.

— Что провести? — спросила Маша.

— Обстреляй их рельсами, — сказал я.