Отпрыск рода Орловых. Том 3 - D. Wismurt

давно поселилась в моей голове, но проверить ее на практике пока не получалось.

Вместо того, чтобы рассеять освобожденную энергию разрушаемого плетения, я постарался ее поглотить. Не спеша, потихоньку, потянул энергию на себя, впитывая внутрь, перерабатывая и распределяя по организму.

Удивительно, но получилось довольно легко.

Ха-х, не ожидал.

Еще один способ питания. Это же теперь, если приноровиться, то все атакующие заклинания можно не рассеивать, а проглатывать. Единственное, энергия из плетений ни шла ни в какое сравнение с той, что я получал во время секса: там она была чистая, насыщенная, а эта казалась ослабленной, менее концентрированной и с какими-то непонятными примесями. Ее приходилось фильтровать, отсортировывая ненужные части, и в итоге — на выходе, получать с гулькин нос, но в бою даже самая малость может сыграть решающую роль. Любой даже самый скудный запас может пригодиться и стать тем фактором, который приведет к победе или убережет от смерти.

Я был доволен как слон новым открытием, оставалось только научиться, не задумываясь ни на долю секунды. поглощать энергию из плетений.

— Господин, почему Сережа не просыпается? — начал беспокоиться Саврасов.

— Сейчас. Еще минуту.

Я распределил последнюю кроху энергии и уставился на пацана. Глазные яблоки нервно дернулись под закрытыми веками, кулаки сжались, челюсть сомкнулась так сильно, что я, грешным делом подумал — зубы раскрошатся, а затем, мальчишка резко распахнул глаза, в которых читалась неприкрытая злоба.

Он уже готов был рвануть на меня с кулаками, забыв о использовании магии, но Саврасов успел вмешаться, кинувшись наперерез и ухватив парня за тонкие плечи.

— Тихо-тихо, Сережа. Все хорошо. Успокойся.

Пацан непонимающе хлопнул несколько раз глазами.

— Дядя Антон? Ты… Живой?

— Да, малыш, живой, благодаря вот этому юному господину.

Сережка перевел на меня настороженный взгляд.

— Кто вы?

— Кажется ты уже задавал этот вопрос, но выслушать не соизволил, начав кидаться заклинаниями.

Сережа стыдливо опустил голову.

— Простите. Я подумал, что вы пришли нас убивать.

— Наоборот, я хотел помочь. Меня зовут Максим и меня послала твоя мама.

Пацан вскинулся, смотря круглыми, расширенными от удивления глазами.

— Ма-ма? — прошептал он.

Нижняя губа мальчишки задрожала, а из глаз покатились слезы.

— Ага, — кивнул подтверждая.

— Вы не врете? Поклянитесь, что вы не врете.

— Клянусь. Больше скажу, я постараюсь сделать так, чтобы твоя мама приехала сюда.

Сережка шмыгнул носом и робко улыбнулся, а затем поднялся с постели и низко мне поклонился.

— Благодарю вас, господин.

Я поморщился.

Вот ведь, негоже наследнику рода Романовых кланяться простому графу, который в данный момент вообще обретается под титулом барона.

— Ээ-э, нет, так не пойдет. Никакого господина, просто Максим. Договорились?

— Угу.

— Вот и молодец. Еще одна просьба: не применяй в этом доме никаких заклинаний. Некромантию легко отследить. Ты же не хочешь, чтобы за тобой пришли?

— Не-е-т.

— Тогда делай как я говорю.

— Но я иногда не могу контролировать свою силу, и она выплескивается сама по себе.

— Для этого у тебя есть амулет, — я указал на маленький круглый камушек, болтающийся на шее парня, — Он скрывает некротические проявления и не позволяет твоей энергии хлынуть наружу. На некоторое время его действия хватит, а потом ты начнешь учиться. Я что-нибудь придумаю: или найду учителя, или попробуем сами, только надо будет достать поглотители некротической энергии, чтобы тебя не смогли отследить. А теперь ступай в душ, переоденься и спускайся в обеденный зал. Скоро ужин, к тому же, внизу ждут люди, которым не терпится с тобой познакомиться.

Глава 18

Знакомство прошло очень хорошо. Славка с Серегой почти сразу нашли общий язык. Надежда с Оксаной начали откармливать оголодавшего пацана, подкладывая лучшие кусочки и постоянно воркуя.

Сергей, не привыкший к такому вниманию: смущался, краснел, прятал глаза, пока после окончания ужина, Вячеслав не вытащил его из-за стола и под неодобрительное ворчание женщин, не утащил к себе в комнату.

Я лишь тихо посмеивался, радуясь, что все хорошо складывается, правда полностью успокоиться не давали назойливые мысли о «бессмертном» крючконосе, Стелле Яковлевне, Светлане, которую люди Прохора должны были вытащить из усадьбы Орловых и конечно же — Анастасии Зотовой. Последняя беспокоила больше остальных. Я всеми внутренностями чувствовал связанные с родственницей неприятности. Меньше всего меня волновала учеба, с ней я должен был справиться. Пусть и пришлось бы поднапрячься, посещая помимо основных занятий кучу факультативов, а еще: надо было оборудовать задний двор для работы с Сергеем, найти артефакты и амулеты, поглощающие некротику и блокирующие ее выход за пределы определенной территории. После занятий с мальчишкой, зная нужное плетение, которое я подсмотрел у Георгия, остаточные явления убрать оказалось бы несложно, но вот найти все остальное и в больших количествах, думаю, даже Прохору было не под силу.

Последний день перед занятиями провел в уединении, попросив меня не беспокоить: только Петрович знал, чем именно я занят.

Расположившись у себя в комнате, я гонял энергию взад-вперед, пытаясь хоть немного почувствовать свой родовой атрибут. Необходимо было научиться его применять в спокойной обстановке, чтобы в случае опасности, не произошло никаких непредвиденных эксцессов.

В критической ситуации у меня получалось уже не раз остановить время, но не факт, вышло бы в будущем. Без тренировок и доведения до автоматизма, нечего было рассчитывать на успех. В этот раз полагаться на авось я не собирался, ибо осознавал опасность исходящую от крючконоса, и понимал — столкновения с «бессмертным» мне не избежать.

Илья Генрихович выглядел очень серьезным противником. Смертельным противником. Сдается мне, если он проткнет меня своей тростью, то я точно сдохну, причем окончательно, и никакая загробная подруга воскресить меня больше не сможет.

Надо обязательно выяснить, что за артефакт таскает с собой «бессмертный».

Еще немного поработав с энергией и внутренним миром, я устало вздохнул, понимая, что без нависшей над головой угрозы, остановить время пока не смогу.

Казалось, что только начинал нащупывать ту грань, где стирается настоящее и появляется прошлое, но тут же ее терял, поэтому прекратил себя мучить, решив завтра вечером повторить попытку, а пока взял листок бумаги и карандаш, начиная рисовать.

Минут через десять перед моими глазами предстала черная трость с набалдашником. Я попытался передать на бумаге каждую мелочь, что сумел разглядеть и запомнить в артефакте «бессмертного».

Теперь вставал вопрос: где искать информацию?

Порывшись в мировой паутине, не нашел ровным счетом ничего. Значит, надо отправляться в библиотеку… и не простую, а государеву, ту — которая находилась в столице, вот только туда мне хода не было, во всяком случае — не сейчас. Можно было попробовать поискать в академии, но я не уверен, что в Рязанском учебном заведении найдется подобная информация. В принципе, этот вариант тоже не стоило сбрасывать со счетов, но почему-то в него мало верилось.

Конечно, всегда можно было сигануть под машину или броситься с высотки, но это совсем на крайняк. Смерть точно должна знать, что за гадость таскает с собой Бессмертный, только вот больно неприятна дорога в гости к моей работодательнице. Надо найти другую возможность для встреч.

С этими мыслями я заснул, а когда проснулся, настало время отправляться на учебу.

Быстро спустившись вниз, запихнул в себя пару бутербродов, запил клюквенным морсом, и прихватив две витушки с маком, попытался улизнуть, под ворчание заботливой Шурочки.

— Максим, да что же это такое. Разве так можно? Позавтракай нормально. Я вот и кашу с фруктами сварила и блинчиков уже напекла. Что ты все в сухомятку, да в сухомятку?

— Некогда, теть Шур, — пробурчал в ответ и чмокнул женщину в морщинистую щеку.

— Дай хоть нормальный обед с собой положу.

— Нее-е, в академии столовка есть, там покушаю.

— Точно? — прищурилась Шура, — А булочки тогда зачем стащил?

— По дороге съем! — усмехнулся я и показательно откусил от одной из них.

Шел тихо, намереваясь незаметно выскользнуть из дома, ибо встреть я кого-то из своих дам, то обязательно опоздал: что Надежда, что Олеся и даже Алина — не оставили бы меня в покое, пока не выдали кучу наставлений.

— Уф-ф, — выдохнул облегчённо, после того как притворил за собой дверь, и в припрыжку побежал к Верхолетке.

У академии толпился народ. Студенты спешили на учебу, вокруг стоял шум и гам.

Поморщился.

Отвык я от подобной кутерьмы, а ведь придется вливаться в коллектив. Хотя, можно сказать: два друга у меня уже имеются.

— Макс! Стрижнев! — раздался звонкий девичий голос.