Тень. Возможность - SkillSoul

только тогда, когда я пробудил Бессилие. Но тогда я вроде как отмазался. Возможно ли, что это было лишь проверкой? Хотя отправлять Владыку как обычную проверку? Или они знают, какой силой я обладаю? Тогда всё более-менее обретает смысл.

Отправлять на Владеющего Владыку глупо и расточительно, если, конечно, они не знали бы о этих странных дверях больше меня. И, учитывая показанную мной силу на турнире, они вполне могли прикинуть или же положиться на уже имеющуюся информацию…

Тогда, получается, эти люди уже знали людей с точно такими же способностями, как у меня. Отец говорил о них, значит, с ними уже взаимодействовал. Если они смогли погубить его, то… нет, у отца не было таких способностей. Он знал о них, но ими не владел. Или же он был таким скрытным, что никто не замечал дополнительной силы?

В таком случае… они смогли убить его. Человека, что по праву мог считаться одним из сильнейших Просветлённых на земле. Я же к этому титулу не пододвинулся ни на шаг. Было бы интересно понаблюдать за битвой отца и детей, но чего нет, того нет.

Чёрт, насколько опасны эти люди? И вообще, какого хрена они ко мне прицепились? Что такого противоправного я мог сделать, чтобы на меня буквально объявили охоту? Притом охотники далеко не слабаки. Да, сейчас, думая о своём бое с Владыкой, я могу с уверенностью заявить о своей победе. С Тенью и Бессилием победа была бы получена за десяток секунд. Добавим сюда ещё мигом ставшего Повелителем меня и только вступившие на ранг Владыки Просветлённые будут достаточно простыми противниками.

Однако получившие в свои руки первый закон… тут сложнее. Барьер Милы, к примеру, сейчас пробить у меня не получиться даже при большом желании, что, в принципе, не проблема, если рядом есть ящерка. Но будем говорить честно, против меня не было использовано и толики её арсенала. Всего один барьер и тот больше ограничивающий, чем нападающий. Созданный лишь для того, чтобы выбить Просветлённого из боя, но никак не навредить ему. Даже анти-частицы вырубят тебя быстрее, чем ты помрёшь от болевого шока.

Создай она тот же огненный барьер, с её силой я мог бы пародировать жареную курочку из какой-нибудь забегаловки. Быть может возможность манипуляции температурой и чуть снизит повреждения, но несущественно. Жареной курочкой от такого я быть не перестану.

Взгляд медленно перенёсся на до сих пор развороченные алыми линиями руки, не спешащие возвращаться к изначальному виду. Пробуждение второй двери и Тени соответственно изменили тело, видимо, навсегда. И думается мне, связывает это как раз вырванная с петель вторая дверь.

Штанину что-то потащило, и я всё-таки обратил внимание на сверлящую меня обиженными глазами ящерку с камешком в зубах.

— Что это? — я протянул руку и на неё наконец упал камень, а ящерка с вздохом вернулась к изначальному виду и заползла на ногу, прикрыв глаза хвостом. — Что ты…

Камень начал быстро нагреваться. Настолько быстро, что даже на ранге Повелителя я не смог уловить этот момент. Прожигая кожу, он раскололся на мелкие частицы и проник в вену. Сознание затопила тупая боль, а в ушах появился звон, от которого желудок выворачивало наизнанку. Кое-как я пытался отключить чувства. Данная ступень позволяет полностью взять под контроль своё тело, но, как я уже предположил в голове, результат был нулевым.

Голова раскалывалась, рядом с сердцем появлялось чувство жжения, кровь бурлила. Даже невооруженным взглядом было видно, как вены вздуваются, капилляры в глазах полопались, чтобы стремительно начать регенерацию под воздействием серебряных глаз и второй двери.

И… это тоже оказалось бесполезным. Тело разрушалось быстрее, чем я успел восстанавливаться. Либо камень приглушал регенерацию, либо тело Повелителя оказалось более хрупким, чем я думал изначально. Глаза сами собой сменили цвет на чёрный.

Вокруг тела появилась тёмная дымка, укрывшая меня в подобие кокона. Я почувствовал, что боль словно остановилась на одной отметке. Чувствовал, как стремительно утекает резерв. И чувствовал, как рядом со второй душой формируется… третья?

* * *

— Он проиграл, — в полной темноте раздался голос пожилого мужчины.

Его золотые глаза осматривали помещение и чуть останавливались на местах, в которых предположительно сидели остальные люди в этой комнате.

— Да. Скорее всего вторая дверь была открыта, — предположил уже женский, достаточно молодой, чтобы называть его детским, голос.

— Тогда почему мы медлим⁈ — зал сотрясло небольшое землетрясение от вложенной в упавшие на стол ладони силы.

— Мы не можем задействовать все ресурсы на территории другой страны, в который, если вы забыли, сейчас находится одна из Пятёрки, — с вздохом уже десятый раз объяснял старик.

— Нам и не нужно задействовать все ресурсы! Пары Владык будет достаточно! — махнул рукой мужчина, оставив за своей ладонью жёлтый след — отпечаток его силы, иной раз выходящей от переизбытка энергии.

— А что если нет? В таком случае мы потеряем ещё двух Владык, — вновь раздался женский голос.

— В случае недавнего открытия второй двери, он ещё не должен полностью разобраться в этой силе!

— Пусть так, вы хотите повторения события десятилетней давности? — от этого вопроса мужчина вздрогнул, а отсутствующий кусок желудка протяжно заныл.

— Нам в любом случае нельзя дать ему войти в стадию Осознания! Тогда мы вообще потеряем возможность его найти, а о победе даже говорить не стоит!!!

— Я этим займусь, — раздался грубый голос единственного молчащего всю беседу человека.

— Вы уверены, что справитесь, мистер Горвин? — золотые глаза остановись на ещё одном немолодом человеке в этой комнате.

— Сомневаетесь? Я не провалил ещё не одного задания. Просто приготовьте деньги, — встал из-за стола мужчина и удалился.

— Ему можно доверять? — повернулась девушка.

— Нет, но он единственный из здесь присутствующий, кто может свободно действовать в пределах другой страны, — вздохнул старик.

— Откуда он вообще вылез? — сжал кулаки мужчина, от осознания собственной бесполезности.

— Генетически выведенный солдат, что на ступени Владеющего мог спокойно сражаться с Повелителями за счёт подавляющей физической силы. Пёс императора, выполняющий любой его указ вплоть до полного уничтожения малой страны. Сейчас, когда он достиг своего предела в ранге Повелителя, Горвин сможет даже на какое-то время задержать одного из Пятёрки, — выдал часть информации старик. — По предварительным проверкам, его сила примерно в тридцать раз выше, чем могут показать обычные Просветлённые на его ранге. А с наркотиком, закреплённым на одном из зубов, сила увеличивается почти пятидесятикратно. Говоря по правде, из находящихся здесь людей, только я смогу его победить.

Мужчина на такое заявление фыркнул и вышел из комнаты. Девушка проанализировала информацию и неслышно исчезла из комнаты. Один лишь старик поднял взгляд к небу в размышлениях о будущем.

Правильно ли настраивать против себя владельца дверей? Что будет, если Горвин проиграет? Смогут ли они выбраться из ямы, которую сами себе и копают или же в этой яме окажутся вовсе не они?

Глава 19

Снова то тёмное пространство. Снова подсвеченная тропа. И я вновь иду по уже выложенной кем-то тропе. Здесь нет конца и нет начала. Лишь Тьма, мягко обволакивающая тело и дарующая внезапное спокойствие. Хотя не такое уж и внезапное. Я уже давно заметил, что здесь намного уютнее, чем снаружи. Тут, где нет даже мельчайшей частицы света, кроме еле заметного серого света от тропы, я словно опять оказываюсь дома. Там, где мне и место.

Где нет постоянных проблем, где единственный твой противник и друг — ты сам. Место, в котором ты не воспринимаешь себя чужим. Как бы я ни старался, как бы не оправдывал свой выбор, но я самолично убил обычного ребёнка. Незрелого, местами глупого, побитого жизнью, но имеющего свои жизненные ценности, которые я просто выкинул. Можно бесконечно оправдывать себя мыслью, что сделано это было не ради меня. Доказывать, что во всём виноват тот клон, что толкнул меня в другие врата. Жить чужой жизнью. Быть должным и осознавать, что долг так и не вернётся адресату, ведь того больше нет.

Я другой, не такой, каким был первый. Но всё чаще возвращаясь к его воспоминаниям, понимаешь, насколько в тех или иных моментах тот оказывался прав. Понимаешь, что его цели граничили с твоими, но были куда гуманнее и не шибко