Потрёпанный вечностью: Прощай родной мир - TVR

заплатите за разрушение. Всем участникам будут высланы счета.

— И всё? — в моём голосе возмущения не заметил бы слепой.

— Ты хочешь платить ещё за своё лечение? — сенсей не поняла вопроса.

— Я хочу, чтобы те твари заплатили за то, что чуть не совершили.

— Так дерзай, — сенсей пожала плечами и уже хотела идти дальше.

— Что? — я растерялся от постановки ответа.

— Иди и заставь их заплатить, как ты этого хочешь, — словно тупому объяснила Кавасаки-сенсей, так ещё в дополнение ткнула пальцем с длинным ноготком прямо мне в лоб.

— И мне за это ничего не будет? — как-то потерянно посмотрел на неё.

— Почему не будет? Слышал, что пока ты всматриваешься в бездну, бездна всматривается в тебя? — я на это механически кивнул. — Пока ты заставляешь их заплатить, тебе могут ответить.

— И школа за это ничего не сделает? — немного заинтересованно спрашиваю у неё.

— До тех пор пока ты не мешаешь учебному процессу, хоть демонические обряды проводи, — совсем ошарашила меня сенсей.

— Но… почему? — спрашиваю у неё, не в силах как-то сформировать свой запрос.

— Почему всё это позволяется в нашей школе? — сенсей меня поняла, после чего кинула на меня взгляд, который заставил меня подобраться. Стальной и даже опасный. — Чтобы таким детям как она, — она кивнула в сторону моей одноклассницы. — Не засоряли мозги о мнимом равноправии в нашем обществе. Уже в старшей школе дети начинают жить взрослой жизнью. Учителя не ограничивают ни в чём — они необходимы для регулирования учебного процесса, но не больше.

— И у школы нет проблем с законом и остальным?

— У нас разрешение на полное регулирование всего на территории нашей школы. Захоти мы, можем в награду за хорошую учёбу каждому отличнику выдавать «даму из улицы красных фонарей» и нам даже слова сказать не смогут, — сенсей как-то коварно улыбнулась, смотря на меня. — Или заставить красавчика-двоечника пойти на свидание с прыщавой заучкой.

— И что же мешает ученикам скатиться в порок и распространять наркотики?

— Сами ученики с маленькой помощью от учителей, — её губы разошлись в ехидной ухмылке, после чего ухмылка пропала, словно её и не было. — Никто не будет терпеть гниль там, где он живёт и работает.

— Весело тут у вас, — тихо пробормотал для себя.

— А как иначе? — учитель задорно улыбнулась, чем непроизвольно вызвала улыбку у меня с моей одноклассницей.

Немного пройдя в тишине, задал учителю ещё один интересующий меня вопрос.

— А вам обязательно сопровождать нас на получение счёта?

— Конечно! Ты ведь у нас новичок и скорее всего не найдёшь или даже не узнаешь места получения счёта, а там и до штрафа недалеко, — ответила Кавасаки-сенсей, но прозвучало это как-то… неубедительно?

— Какая-то слабая причина, — внимательно посмотрел в спину идущего впереди сенсея.

— Ну-у, ещё помимо этого на меня хотели дополнительно скинуть работу над ещё одним классом помимо вашего. Один из учителей упал и заработал очень неприятный перелом, так кроме этого у него дома образовались семейные проблемы и он взял отпуск. Поэтому я и убежала при первой подвернувшейся возможности, — призналась сенсей.

— Вы не боитесь нам этого говорить? — робко спросила моя одноклассница.

— А я должна Фукуи-тян? — сенсей издала небольшой смешок. — Что мне с этого будет? Кто-то услышит или вы расскажите? Это ничего не изменит, кроме наших с вами отношений.

После между нами воцарилась тишина, в которой мы и дошли до двери с табличкой, оповещающей, что это кабинет директора. Мой мозг подметил первую странность — на табличке была должность владельца кабинета, но никак не его фамилия.

Пройдя дверь мы прошли в… прихожую? Пускай будет так. В прихожей была пара диванов, столик, на котором стояли вазочки со свежими фруктами, а также картины каких-то незнакомых мне людей. В стенах справа, как и в стене слева, находились двери. Мы прошли в левую, где находился кабинет со старой женщиной, сидящей за столом и перебирающей документы.

Седые волосы были собраны в строгую причёску. Полный брючный комплект только повышал градус строгости, а взгляд серых глаз, брошенный поверх оправы очков, давал понять одну вещь — перед нами очень строгий и ответственный человек.

— Кавасаки-тян? — женщина отложила документы и сложила руки, показывая тем самым, что уделяет нам всё своё внимание. — Какими путями?

— Близкими. Моим ученикам необходимо предъявить счёт за недавний разгром туалета, — Кавасаки-сенсей выставила нас вперёд.

— Ты ведь знаешь, что вести их именно ко мне не обязательно, — женщина укоризненно покачала головой. — Опять кто-то хотел нагрузить работой?

— Вы слишком хорошо меня знаете, — сенсей неловко провела рукой по волосам.

— Конечно, — женщина по-доброму улыбнулась. — До сих пор удивляюсь, что из всего класса ты единственная вернулась в свою школу.

— Что поделать, не всем быть успешными руководителями или незаменимыми людьми в своих сферах, — сенсей раздражённо пожала плечами.

— Так и быть «не успешная» ты наша, — добрая улыбка сменилась насмешливой ухмылкой, которая была знакома мне с одноклассницей. — Только ты можешь устроить проблем своим недоброжелателям больше, нежели все они вместе взятые.

— Должна же быть в женщине загадка, — сенсей буквально отзеркалила улыбку этой женщины, а взгляд приобрёл хищный прищур.

После этого они вместе засмеялись в ладошки. Фукуи-тян, моя одноклассница, вообще стояла с широко раскрытыми глазами, пока я переводил взгляд с женщины на сенсея.

— Вижу у тебя, мальчик, есть вопросы? — женщина оценивающе посмотрела на меня, после чего полностью сняла свои очки.

— Вы с нашим сенсеем случаем не родственники? — смог сформулировать появившуюся мысль.

На мои слова они рассмеялись громким смехом и не думали как-то это скрывать.

— Нет, мы не родственники, — отвечает сенсей. — Мы намного хуже.

— Мы учитель и ученик, а эта связь порой крепче кровных уз, — женщина улыбнулась Кавасаки-сенсею, из-за чего она смутилась. — Больше не буду вас смущать своими старческими разговорами и задерживать, — сказав это, она достала из, казалось бы, целой кучи документов пару бумажек и не глядя вручила их нам.

— Спасибо, — мы с Фукуи-тян поклонились и собрались уходить вместе с учителем, как нам в спину донёсся голос женщины.

— Мия-тян, думаю, просто уйдя, ты не сможешь избежать участи стать классным руководителем за место Шо-куна. Идзуми-тян намеревается тебе отплатить за своих ребят, — после этих слов мы молча вышли из кабинета.

Каждый думал о своём, размеренно идя по коридорам школы. На меня свалился огромный пласт устоев и откровений моей новой школы, сенсей была загружена из-за неприятной для неё информации, что видно из-за её всё ухудшающегося настроения. Фукуи-тян же, похоже, сама по себе не была разговорчивой.

— Сенсей, можно вопрос? — обратился к идущей спереди девушке, попутно гладя заснувшую на моих плечах