Всадник ищет Амонну - Ульяна Туманова

свистом рассек воздух, когда я взмахнул им прямо перед Фергусом.

Капитан Сауткросса взял с подставки второй меч и виртуозно перекинул из руки в руку, демонстрируя прекрасный навык обращение с опасным оружием.

— Спрашивай.

Фергус замахнулся мечом и почти коснулся острием моего лица, пусть я и успел увернуться вовремя.

— В твоем подчинении было самое большое количество милитаров в Объединённых Землях, когда произошел переворот. Это так?

Я принял правила тренировочного боя и медленно двинулся в сторону, не сводя с противника взгляда.

— Разве это вопрос? — Фергус сделал выпад, но промахнулся.

— В мое отсутствие они последуют твоим приказам? — я попытался выбить меч из крепкой руки удивленного демона.

— Вероятно, — он прищурился, размышляя. — Что ты задумал?

— Я хочу, чтобы в нужный момент ты перенял на себя командование.

Удары меча, один за другим обрушились на Фергуса, который прекрасно отбивал все новые атаки. Я не хотел встречных вопросов, но их было не избежать. До испарины на лбу мы нападали друг на друга, пока первые лучи рассвета не стали слепить глаза.

— В какой момент я должен это сделать? — немного сбившимся голосом потребовал Фергус.

— Ты поймешь, — я поставил меч на место и вернулся в центр площадки.

Капитан милитаров Сауткросса фыркнул и небрежно бросил свой меч на землю.

— Тироль в порядке? — поинтересовался он.

— Да, — я сжал зубы, не желая говорить об отце, и сменил тему. — Совет начал уничтожать информацию о полуострове сразу после переворота. Почему?

— Полуостров… — Фергус присел на землю рядом со своим мечом и принялся натирать лезвие, — Ты же в курсе, как именно пострадал твой отец?

— В курсе, — сердце замерло, выжидая, что еще скажет Фергус.

— Я не был вхож в его дела, но кое— что для себя понял. В те дни все произошло не совсем так, как гласит признанная версия событий.

Горячая волна окатила спину, пока Фергус говорил. А признанная версия событий была следующей: Совет героически остановил кровопролитное правление наместника самого большого города Объединённых Земель. Подонка казнили таким образом, как это делают с демонами.

— После того, как Совет Красных Кресел сверг узурпатора, кто— то должен был его убить. И, как ты сам понимаешь, это не так легко…

— К чему ты ведешь? — я терял терпение.

— Твой отец бросил вызов Дамиану, жестокому и сумасшедшему подонку, который столько лет топил Объединённые Земли в крови.

Ничего не ответив, я безмолвно перематывал в голове отрывки воспоминаний, событий и слов… Я был уверен, что Тироля ранили в ходе столкновений, от которых он так оберегал свою семью. Меня.

— Продолжай.

— Он бросил вызов и проиграл, — еле слышно произнес Фергус. — Дамиан был уверен, что убил его. И только чудом твой отец остался жив.

Удивительно, но огонь внутри молчал. При этом внимательно слушал и тлел. Под тонкой коркой бурлила горячая лава, которая в любой момент проснется и затопит собой все.

— Что Совет? Что они сделали? — я сосредоточенно смотрел вперед, туда, где из— за прямой линии воды поднималось солнце. Уродливая цепочка событий тех дней уродливо складывалась в одно.

— Никто не смог его убить… — Земля на площадке потрескалась, выпуская дым и высокие желтые языки огня. Я медленно повернулся к Фергусу, который застыл на месте, будто раздумывал, стоит ли ему договаривать. — Поэтому с ним заключили сделку.

Теперь замолчал я. Дальше можно было не слушать. Полуостров вместе с населением отдали красноглазому подонку, который чуть не убил моего отца. Дважды. И это сделал Совет Красных Кресел! А ведь я знал. Догадывался. Подозревал, что Совет замешан в том, что случилось с отцом.

Глава 13

Пока в городе был траур и милитары помогали Фергусу усмирить ликующий город, я всё своё время проводил на боевых площадках, осваивая необычные мечи из коллекции местного капитана.

Потому что мне хотелось только одного: крушить и уничтожать.

И сейчас, стоя под проливным дождём, я методично рассекал смертоносным лезвием, снося набитые манекены. Некоторые из них горели, рассыпались и тлели. А от той энергии, которая выливалась наружу, нагревалось даже оружие.

Я отбросил меч и тряхнул головой, разбрызгивая вокруг себя капли дождя, словно дикий пес. Тренировка окончена, нужно привести себя в порядок. Только как бы я ни старался усмирить огонь, что взывал к мести и справедливости, ни о каком порядке в моих мыслях не было и речи.

Взывал огонь и к кое чему еще… Демоница не выходила из головы, как бы я себя ни отвлекал. Ни чужая цитадель с новыми обязанностями, ни тренировки по нескольку раз в день не помогали избавиться от наваждения. Тихого, сладкого, всепоглощающего. Наваждения, от которого я не могу и не хочу отказываться.

Сегодня последний день траура, а значит, мы возвращаемся домой. Я заметил, как необычно повел себя огонь в ответ на эту мысль. Обычно свернувшийся кольцом на животе, будто дремлющий змей, сейчас он нетерпеливо переливался под кожей, пульсировал в руках и груди, словно второе сердце. Он тоже желал Аврору.

Вернувшись с тренировочной площадки обратно в цитадель, я наткнулся на милитаров прямо у дверей в свои покои. Адриенн, Витан и Флор коротко поздоровались, и, замолчав, начали переминаться с ноги на ногу, что было на них непохоже.

— В чём дело? — я положил ладонь на дверь своего временного кабинета, намереваясь толкнуть.

— Наместника похоронили, — Адриенн ухмыльнулся и добавил: — Упрямый старик слишком долго топтал землю. Говорят, он отправился к чертям прямо из под немолодой кухарки.

— Это всё? — лениво поинтересовался я.

Власть принадлежала старому Винсенту Разору условно, и то, что он изредка противился политике Наймарра, всегда было пустым звуком. Я то понимал, кто на самом деле провоцировал старика на конфликты. И для чего.

— Вместо него делами временно заправляет вдова, — продолжил Адриенн.

— Евгеника справится, у неё хорошая хватка.

Я помнил историю демоницы, которая с радостью выскочила замуж за престарелого наместника ради власти, которую наконец получила.

— Ещё бы, — Витан покачал головой. — Она приказала взять её с собой в Наймарр, когда узнала, что мы отправляемся обратно.

Теперь я понял, что меня ждут новости поинтереснее похорон старика.

— Что значит приказала? Ей не запрещено перемещаться, но милитары не извозчики знатных дам, — подметил я, наблюдая за их реакцией.

— Она требовала встречи с Советом. Добрую сотню раз повторила, что теперь она одинокая вдова, которой нужна помощь. И…

— И?

Я знал ответ. И в любой другой раз был бы им доволен, но не сегодня.

— Она у тебя. Ждёт. И отказывается выходить.

Всё это время я так и держал руку на двери.