Сказки под глинтвейн - Настя Ващенко

вместо страниц и монитора посмотрел в окно, там брезжил рассвет. Рич спал, закрыв лицо книгой. На коленях у него лежала другая книга. Уже на автомате, и особо не вникая в свои действия, я взял её и стал читать то, что бросалось в глаза:

«Художник — варвар кистью сонной

Картину гения чернит.

И свой рисунок беззаконный

Над ней бессмысленно чертит.

Но краски чуждые, с летами,

Спадают ветхой чешуёй,

Созданье гения пред нами

Выходит с прежней красотой.

Так исчезают заблужденья

С измученной души моей

И возникают в ней виденья

Первоначальных, чистых дней»

— «Возрождение «…Пушкин… — машинально заметил я, и уже собирался кинуть книгу в одну из груд на полу, но тут я вспомнил одну вещь.

Мы с Ричем специально отбирали книги, касающиеся русского фольклора, сказок и английской детской литературы. А тут Пушкин. И я понял бы, если бы это были его сказки. Но стихотворения? Получается, книга сама перекочевала в нагромождение отобранной нами литературы. Это знак, в этих строчках заключён ответ на мой вопрос. Надо только подстроить образы под ситуацию!

Я наверно выглядел безумным, потому что, когда Рич проснулся и увидел меня, он сказал

— Всё, съехал.

— А? — отозвался я, возвращаясь на грешную землю и с трудом соображая, что от меня хотят.

— Слушай, давай прогуляемся, и зайдём куда-нибудь поесть. У тебя же опять сосиски или суп с рыбой? — скривился он

Я говорил, что моего друга начисто испортили дорогой едой? Нет? Теперь будете знать.

— А ты гурман, тебе изыски подавай — я устало потёр глаза.

— Значит, я угадал, — Рич поднялся с пола.

— Да, о великий! — Я шутливо поклонился и тоже поднялся с пола, — Кстати, ты какую тему взял для защиты диплома? — поинтересовался я, когда мы, лавируя между книгами, пробирались к двери.

— Буду про тёзку в английской литературе рассказывать. Образ Ричарда Львиное Сердце в английских легендах и литературе.

— Но это будет слишком коротко, разве нет? — я нахмурился, открывая дверь, — про него не так много написано.

— Мороки меньше, — отмахнулся друг, — я тут вообще узнал, что могу оказаться его потомком, — проворчал он.

— Родители не оставили свои поиски в архивах и докопались до правды? — улыбнулся я, вспоминая этих энергичных, уже не молодых людей. Мы вышли из подъезда.

— Да. Наша семья — действительно потомки короля Ричарда Львиное Сердце. Не прямые, конечно, какая-то ветвь, — как можно небрежнее ответил Рич, снимая машину с сигнализации, — Странно, жизнь постоянно роднит меня с теми, кто тратит годы на поиск чего-то, — задумчиво добавил парень, почесывая рыжий затылок.

— Тратит и находит. Твои родители нашли. И потом, они были обречены на успех. Ты — точная копия покойного короля.

— Не повезло монарху, раз у него такая копия, — хмыкнул Рич, садясь в автомобиль.

Я ещё раз посмотрел на своего друга. Да он невероятно похож на убитого на поле брани короля.

Рич был высоким, с классическими чертами лица, прямым носом, глубоко посаженными, но красивыми светлыми глазами, немного квадратными скулами, и тонкими губами. Отличался Рич от своего царственного предка только цветом волос (у монарха они были тёмные), стрижкой, манерой держаться и весёлым взглядом.

Я спохватился и начал вылезать из машины, — сейчас!

Рич бросил на меня убийственный взгляд, но ни останавливать, ни спрашивать ничего не стал.

Я вернулся быстро — только захватил стихотворения Пушкина.

— Мало ли, — ответил я на укоризненный взгляд друга.

— Ладно, твоё дело, но пока я не поем, и блюда мои не опустеют, свои идеи держи при себе! — Изрек Рич.

— Какой слог! Если так и дальше пойдёт, я буду называть тебя полным именем.

— Нет! — Притворно ужаснулся Рич и завёл мотор.

*****

На поездку к ресторану мы потратили час, так что приехали туда мы очень рано. Я бросил взгляд правую руку, где у меня были часы.

— 5:30. Он работает в такую рань? — С сомнением спросил я у Рича.

— Работает. — уверенно сказал он.

Мы вышли из машины и оказались перед рестораном. Рич не торопил меня, давая возможность полюбоваться местом и тем, что его окружало. А посмотреть здесь было на что: к ресторану вела небольшая дорожка, выложенная натуральным камнем, по обе стороны от неё росли кусты кремовых роз и розовые флоксы со сладким и легким запахом. Здание ресторана было одноэтажным, с плоской крышей, цвета кофе с молоком и большими арочными окнами в шоколадных рамах. На крыше были выставлены круглые белые столики для тех, кто хочет поесть под открытым небом. Вокруг было тихо, я услышал пение птиц (наверное, из парка, который находился в 5 метрах от ресторана), лучи утреннего солнца мягко освещали всю эту картину.

— И как называется это чудо?

— La clave del misterio — Ответил Рич.

Я не смог сдержать улыбки.

Друг меня не понял, — что?

— Ты знаешь, как это переводится?

— Откуда мне знать? Это тебя в 5 классе заставляли учить испанский, — фыркнул Рич.

— Ключ к тайне.

— Ооо… чувствую, мы теперь шагу не сможем ступить без мистики! — Недовольно протянул сокурсник и шагнул к ресторану.

Если бы он знал, насколько окажется прав.

*****

Как только мы вошли в ресторан, к нам тут же подлетел метрдотель. Рич бросил взгляд на книгу в моих руках, как — то подленько улыбнулся (мне стало не по себе), и, подхватив метрдотеля под локоток, отвёл его подальше и попросил тихо, но так, чтобы я слышал:

— Нам нужен столик вдали от чужих глаз. Ну, вы понимаете, — с этими словами Рич сунул ему в руку несколько купюр.

Метрдотель посмотрел на нас со смесью брезгливости и вежливости, а потом проводил к уютному столику в углу зала и ушёл. Рич с невозмутимым видом взял меню со стола и открыл его, не замечая моего укоризненно — злого взгляда.

— Выключи режим визуальной дрели и сядь, — попросил друг через пять минут, — Или тебе отодвинуть стул? — Хохотнул он и ухмыльнулся. Жаль, что мы в ресторане, а то бы вмазал по обнаглевшей физиономии.

— Чтобы твои намёки метрдотелю получили подтверждение? — Я с шумом отодвинул стул и сел, — что за гадство, Рич?

— А я предупреждал… — друг, кивнул на книгу.

Подошёл официант. Рич заказал нам вина и жареного мяса с салатом. Когда злость на друга — идиота прошла, я понял, что мне неудобно тут сидеть. Во — первых, сидя, я казался выше Рича, это в принципе нереально — этот оболтус выше меня на голову. А во — вторых, стул какой — то жёсткий…я нахмурился и встал, внимательно осматривая сиденье. На стуле лежала книга в