Только наоборот - Эля Рин

в голове другие варианты. Один краше другого. А по результатам размышлений начал отчаянно щипать себя за запястье и вслух пересчитывать пальцы. Очевидно решил, что всё это ему привиделось.

Надо отдать Сигизмунду должное. Он молниеносно сориентировался в ситуации, переместился за спину поэту и вырубил его метким ударом по затылку. А потом подхватил, перекинул через плечо и потащил в соседний номер.

Когда его котейшество вернулся, я как раз успела почистить зубы, вскипятить чайник и теперь выбирала, какой чайный пакетик заварить. Выбор, предоставленный отелем, потрясал богатством. Оба пакетика были довольно подозрительны, ибо чаем от них и близко не пахло.

– Хвали же меня. – Сигизмунд с размаху уселся на кровать и принялся раскачиваться на мягком матрасе, наблюдая, как спящая фея при каждом движении подпрыгивает и опасно движется все ближе к краю.

– Ты велик, – пожала я плечами. – Теперь он проснется и будет полностью уверен, что фея ему приснилась. А еще уверится, что может управлять сновидениями – вон как быстро вышел из кошмара, а?

– Я велик, – кивнул Сигизмунд.

– Будешь чай?

– Нет. Давай лучше сходим за молоком. Там, за углом, супермаркет.

– Надеюсь, там вы с Евгением вчера подвигов не совершали?

Сигизмунд поморщился:

– Я пас. Знаешь, никогда не думал, что летать в брюхе железной птицы так… мерзко. Потом долго не мог прийти в себя, потом валерьянка сама показалась на горизонте, ну и…

– Ну и хватит об этом. – Я уселась рядом с Сигизмундом, хлопнула его по плечу и отпила из чашки, в которой заварила в итоге оба пакетика. Правда, все равно получился эталонный столовский чай со вкусом половой тряпки. Брр. Петербург все сильнее манил обратно. Вот вернусь домой, куплю какой-нибудь улун и буду наслаждаться. А пока работаем, Алла, работаем. Не до наслаждений, телесных и душевных. – Видимо, самолеты – это не твое.

Тем временем фея принялась икать во сне.

– Кстати, – спросила я, – а где Карл?

– Спит в ящике стола, – как-то подозрительно быстро ответил Сигизмунд.

Поэтому я не могла не уточнить:

– А что не так?

– Он заперся изнутри.

– Отлично, – вздохнула я. – Тогда я точно знаю, чем мы занимаемся после завтрака, если ко времени отправки в ботанический сад наша чаечка не проснется. Ты когда-нибудь взламывал ящики, Сигизмунд?

– Не приходилось.

– Видишь, как много новых возможностей нам дарит этот август, – сказала я с интонацией коуча-инфоцыгана на тренинге по самосовершенствованию. – Ты ведь осознаешь, что всё это прекрасные челленджи от судьбы, которые ты должен исключительно ценить?

– Конечно, – кивнул Сигизмунд и хрустнул пальцами так громко, что фея абсента вздрогнула, пробудилась и сообщила:

– А мне снился мох-убийца.

Спустя час, после завтрака, мы отправились на встречу с мхом-убийцей. То есть в ботанический сад. Дорожка к его воротам, точнее, тропинка, пусть местами и асфальтированная, шла чуть ли не от самого порога нашей гостиницы через поле, заросшее кустами. Над зарослями кружились стаи комаров, крупных и очень целеустремленных, а еще вооруженных нездоровой тягой к чужой крови и весьма опасных, поэтому двигались мы не слишком торжественно. Скорее, смешно размахивая руками и грозно свернутым в трубку аптечным каталогом. Не знаю, что пугало комаров больше, зверское выражение на лице Сигизмунда или агрессивная реклама витамина D, но у его котейшества лучше всех остальных получалось отбиваться от насекомых. Так что Сигизмунд был отправлен в авангард, а все остальные тянулись за ним следом с громкими и искренними восхвалениями.

Минут через пятнадцать мы пришли. Точнее, уперлись в дорогу с художественно разбитым асфальтом, за которой виднелись ворота. Гостеприимно открытые. Местами ржавые. Высокие. Выглядящие заброшенно, как в фильмах про сталкеров и постапокалипсис. Вокруг не было видно ни души.

– Здесь точно проводят экскурсии? – задумчиво спросила я.

– Конечно, – тут же оскорбился Евгений. – Я всё на сайте прочитал.

– Надо же. У них есть сайт? – я удивленно подняла бровь.

– Представь себе. – Поэт тут же полез в телефон. – Сейчас найду.

– Ничего себе, – хмыкнула я и тут почувствовала, что меня кто-то тянет за шнурок на ботинке. Нагнувшись, я обнаружила Карла. Того самого Карла, которого, слава полной луне, не пришлось насильно вызволять из ящика. Стоило только позвать: «Карлуша, мы уходим!» И вуаля. То ли удача повернулась к нам лицом (наконец!), то ли Сигизмунд озвучил единственно верную форму имени (я бы ни в жизнь ее не приложила к этой адской птице!), но чайка открыла ящик и выбралась наружу. Глядя на нас при этом как на врагов птичьего народа.

– Ты чего? – прошептала я, в то время как Евгений предавался увлекательной игре «найди то, что тебе надо, на не оптимизированном для телефонов сайте в условиях нестабильного мобильного интернета».

Карл приложил кончик пера к клюву, воровато оглянулся по сторонам и снова потянул меня за собой. Кажется, хотел сообщить нечто важное. Я пожала плечами и шагнула вслед за ним. Раз. Другой. Третий…

– Есть! – победно воскликнул Евгений и повернулся ко мне, сияя. – Алла, иди сюда, гляди! Экскурсии для малых групп, в любой рабочий день, достаточно только зарегистрироваться.

– И ты…

– Конечно, зарегистрировался! И еще спросил, можно ли с птицами.

– Ке-ке-ке, – злобно прострекотал Карл и отвернулся, сложив крылья на груди.

– И что тебе ответили?

– Ничего, – развел руками Евгений. – Ровно ничего.

Тем временем мы прошли под сенью ворот, и в этот самый миг сработало вечное заклинание, которое, кажется, вот уже много тысячелетий как прилагалось ко всем нормальным садам и огородам.

– Эй, вы куда? Что вам тут надо? – закричали нам откуда-то издали. Очень грозно. И пронзительно.

Любой нормальный вор, нацелившийся на соседские груши, или нелегальный исследователь синестрельчатого мха, услышав претензию по поводу вторжения, тут же захотел бы убежать. Или скрыться. Или пальнуть в ответ из обреза (пока в него в самого не пальнули, превентивно, так сказать). Но не благородный Евгений, который лихо сдвинул на затылок широкополую шляпу, одернул манжеты рубашки – на этот раз строгого серо-серебристого цвета, как они только все у него в рюкзаке уместились – и завопил в ответ:

– Мы на экскурсию! Как раз вас ищем!

– Меня? – из-за кустов показалось тело неопределенной формы, в высоких резиновых сапогах, в фартуке, заляпанном глиной, с палкой непонятного назначения в одной руке и пакетом удобрений – в другой. Голову фигуры венчал затейливо завязанный на макушке платок. Когда-то, судя по всему, он был красным, но времена те давно ушли. – На какую такую экскурсию?

– Я на сайте записывался, – сказал Евгений. Потом для верности еще уточнил. – Вчера.

Фигура заливисто расхохоталась, прислонив палку к дереву и упершись обеими ладонями в колени.

– На сайте! Вчера! – отсмеявшись, заявила она. – Ты что думаешь, там форму записи каждый день проверяют?

– Ну… да. Мне же пришло подтверждение…

– А внизу было написано: «Звоните». Для кого? Вы б глаза разули, тогда бы сегодня бесполезно и не пришли…

– Почему бесполезно?

– Экскурсовода нет.

– А когда он будет?

– Она в отпуске.

– Может, он скоро зако…

– В декретном отпуске, –