Ответный удар - D. Wismurt

и до кучи фениксы спалили придорожное кафе, так что почти все бригады направились на выезд.

— Хм-м, странно все это, — потер я подбородок.

Нет, подобные происшествия происходили постоянно, но, чтобы синхронно в одно и тоже время... И что там с фениксами? Какого лешего они учудили? Надо бы позвонить Морозовой. Хотя... Я-то здесь с какого припека? Пусть безопасники сами разбираются.

Только вот сейчас-то мне что делать?

Посмотрел на шагающую рядом девушку. Кому ее сбагрить?

— Есть идея, — пробурчал себе под нос и решительно направился к кабинету Антипова.

В данный момент единственный, кто мог помочь мне решить проблему, была Улыбка.

Секретарь главы ДМБ, как всегда, находилась на своем месте.

— Постучав, приоткрыл дубовую дверь.

— Надежда Ивановна, можно? — произнес чопорно и даже склонил голову в знак уважения к темной ведьме.

— А чего это ты такой вежливый, Новиков? — спустив очки на нос и посмотрев на меня из-под оправы протянула женщина, ехидно прищурившись, и глянула за мою спину, — Кого это ты с собой притащил? Если хочешь пристроить к нам в ДМБ свою пассию, то извини, не выйдет.

— Эээ-э-э, Надежда Михайловна, ты о чем? Какая работа? — опешил я, видя, что женщина говорит совершенно серьезно.

Что вообще сегодня происходит?

Улыбка устало вздохнула.

— Извини, Стас. Всю ночь на ногах, то одно — то другое. Не поверишь, вторые сутки до дома добраться не могу, вот в голову всякая ерунда и лезет. Если ты к Денису Андреевичу, то его нет на рабочем месте.

— Нет, я не к Антипову. К вам.

— Так чего тогда в дверях встал, заходи, и барышню свою заводи. Не просто ведь так ее с собой притащил?

— Не просто. Надь, помощь твоя нужна, — отбросил я все церемонии.

Акула всего ДМБ приподняла брови, покачала головой на мое панибратство, но оговаривать не стала, приняв переход на новый уровень общения, как должное.

— Слушаю внимательно, — Улыбка указала мне и Светлане на стоящий в приемной небольшой кожаный диван, на котором я с тут же с комфортом развалился.

Приведенная мной девушка уселась на самый краешек, с опаской поглядывая на грозную женщину за столом секретаря.

Пришлось рассказывать всю историю с самого начала.

Надежда внимательно выслушала, побарабанила пальцами по столу, и прищурив газа, посмотрела на Свету.

А затем посыпались нескончаемые вопросы, адресованные гулю.

Девчонка отвечала быстро, слаженно, почти не задумываясь и ничего не утаивая, прекрасно осознавая, что от ответов будет зависеть ее дальнейшая судьба.

Я особо не вслушивался в разговор женщин. Прикрыл глаза, откинулся на спинку дивана и погрузился в дрему.

— Стас. Прекращай храпеть. Это в конце концов неприлично.

— Угу, — Просторнал я, прикрывая рот ладонью, — извиняюсь за свое неподобающее поведение.

— Не паясничай, тебе не идет. Короче, Стас, твою проблему я решила.

Только сейчас, оглядев кабинет, понял, что Светланы здесь уже не было.

— Надеюсь не кардинально? — поинтересовался я, проведя ребром ладони по горлу.

— Дурак, — фыркнула ведьма. — девочка хорошая, ответственная. Пусть в нашем морге уборщицей поработает — ей впрок, и нам какая-никакая польза.

— А-ха-ха, а ты в самом начале говорила, что никакого трудоустройства.

— Так ведь я ее не на оперативную работу беру, и не в отдел оформляю. Можно, конечно, к Нику приставить, тоже как вариант, да только не сможет она с ним сработаться. Нет в девчонке жестокости. Увидит его методы допроса, наверняка в обморок грохнется.

— Это точно, — согласился с Улыбкой, но затем сразу задал беспокоящий меня вопрос, — А жилье? Надежда, я ее в своей квартире не оставлю. Что хочешь делай, но пристрой Светку куда-нибудь.

— Чем тебе так девочка не угодила? Молодая, красивая, задорная, главное честная и правильная, сейчас таких мало.

Нахмурился и показательно засопел.

— Ты, пожалуйста, без сватовства. Я и без тебя знаю, что девчонка загляденье, да только...

Улыбка, увидев в моих глазах наползающую тень и вспомнив недавние события, выдохнула.

— Прости, не хотела напоминать.

— Все в порядке.

— Я Светлане комнату в общаге организую. Там как раз обслуживающий персонал нашего департамента проживает. Те, кому в свое время некуда было податься. Такие же, как твоя знакомая. Так что беспокоиться не о чем.

— Я не беспокоюсь, но спасибо тебе большое.

— Не за то благодаришь. Есть у меня для тебя подарочек, Новиков.

Заинтересованно посмотрел на Улыбку. Если Надежда что-то решила мне преподнести, то это должно было оказаться очень захватывающим. Надежда по пустякам не разменивалась.

Женщина встала со своего места и подошла к двери, заперев замок, а потом прошептала заклинание.

Посмотрел недоуменно.

— На всякий случай. Обновила защиту кабинета и приемной. Не хватало еще, чтобы наш разговор прослушали.

— Все интереснее и интереснее, — усмехнулся я, нетерпеливо поглядывая на Улыбку.

Отодвинув ящик стола и пошуршав бумагами, Надежда выудила из глубины небольшую распечатку.

— Вот, держи.

— Что такое? — посмотрел на сложенный лист бумаги, медленно его разворачивая и недоуменно хмурясь.

Только когда до меня дошло, что я держал в руках, поднял голову и недоверчиво уставился на секретаря ДМБ.

— Это то, что я думаю?

— Да, — усмехнулась темная ведьма, — Пришлось, конечно, потратить немало времени и сил чтобы докопаться до правды, но это действительно захоронка на твою прабабку. Я сначала думала, что ее закопали в общей могиле, чтобы потом тело никто не смог найти, но в итоге добралась до сути. Единственное — похоронили ее под другим именем, от греха подальше. Не хватало еще, чтобы какой-нибудь недотепа дегенерат раскопал могилку.

— Погоди! Погоди! Стоп! — вскочил я с места и начал наматывать круги по приемной, — Похоронили? Не сожгли? Ты уверена?

— Абсолютно, — кивнула Улыбка.

— Ты же понимаешь, что это значит? — прошептал еле слышно.

— Это значит, что твоя прабабка... Возможно... Только лишь возможно... до сих пор жива, но даже если так, то сейчас она скорее похожа на высохшую мумию.

— Уф-ф, ну и дела.

Я прекрасно знал, что единственный способ убийства ведьмы — это сжигание на костре. Душа не сможет отойти в другой мир, пока тело не исчезнет полностью.

Вспомнил, что мою «ушедшую» родственницу расстреляли в 1949 году и опечалился.

— Прошло больше семидесяти лет. Тело должно уже было окончательно разложиться, поэтому вряд ли то, что ты говоришь, может оказаться правдой,