Шепчущие никелевые идолы. Жестокие цинковые мелодии - Глен Чарльз Кук

Ознакомительный фрагмент

умудрился не обзавестись ни одним наблюдателем на том саммите, что Белинда Контагью собрала в Уайтфилд-холле.

Я продемонстрировал ему еще один ярд своей очаровательной улыбки.

– На твоем месте я бы поразмыслил и над этим тоже. Каким образом Белинде удалось обвести вокруг пальца всю Стражу? О чем вы только думали, когда с криками и воплями понеслись на южную окраину гоняться за кучкой психов, помешавшихся на правах человека? Да и были ли там психи?

– О да, целый парк, – сказал Туп, – они не ушли от нас. Обычная бюрократическая путаница: правая рука вовремя не проинформировала левую. Совершившие эту ошибку были переведены в патрульные танферского района Дно.

– И в следующий раз, когда я нанесу визит в Аль-Хар, на их местах будут сидеть их близнецы-братья.

– Ну что поделаешь, – кивнул Туп, пожав плечами, – такова человеческая природа. В Страже до сих пор есть люди, которые не прочь пополнить свой заработок, продавая внутреннюю информацию или оказывая мелкие услуги.

Он поник в кресле, словно обманутый любовник.

– Это хорошо, что ты можешь посмотреть правде в глаза.

– Ты прав, у нас в конторе многое оставляет желать лучшего. Но грядут перемены!

– Надеюсь, это так. Тебе удалось узнать что-нибудь интересное от ваших гостей в зеленом?

– О да! Они хотят спасти мир от Королевы Тьмы.

– Боже мой, скажите пожалуйста! И что это значит для нас, не ставших религиозными фанатиками?

– Не знаю. Мы ищем специалиста по йимберским культам и выясним, что здесь происходит на самом деле.

Вот почему я восхищаюсь Тупом: он понимает, что, когда в дело замешаны люди, не многое в действительности является тем, чем кажется на первый взгляд. Впрочем, никогда не ошибешься, если с самого начала предположишь худшее и будешь плясать оттуда.

Обуреваемый щедростью, я рассказал о неудачном визите в Аль-Хар.

– Они устанавливают статуэтки в стены «Бледсо»? – уточнил Туп.

– Уже нет, вы же почти всех их посадили под замок.

– Но зачем им это понадобилось?

– Лучше спроси об этом самого себя, потому что я понятия не имею.

Я почему-то сомневался, что громилы из Йимбера испытывали потребность в благотворительных деяниях. Старый циничный я.

– Все, иду на рыбалку. После разговора с тобой ничего больше не остается.

– Есть одна мысль, – сказал я. – Если предположить, что Зеленые Штаны – действительно какие-то религиозные гангстеры, тогда, может быть, то, что они затеяли в «Бледсо», имеет отношение к их религии?

Туп раскрыл рот: мой прорыв интуиции ошеломил его.

– Черт побери, Гаррет! Беру обратно все, что я о тебе говорил. Видимо, ты все же можешь найти собственные ноги без Покойника и Морли Дотса, которые показывали бы тебе, где искать. Пожалуй, тебе даже удастся пересчитать свои пальцы, не заручившись поддержкой со стороны.

– О! Острее змеиного жала жестокая зависть государственного мужа! Дин, принеси нам чая.

– Не стоит беспокоиться, я уже ухожу, ибо выяснил то, что мне было необходимо.

Здесь слышался некий зловещий подтекст.

– Мм?

Он не стал объяснять, оставив меня с растрепанными нервами. Что и было его целью.

– Вот тебе совет, Гаррет. Даже два: найди Харвестера Темиска прежде, чем это сделает кто-нибудь другой. А когда найдешь, держи его подальше от Организации.

– Мм? – Детектив Гаррет славится бурными потоками красноречия, а также тонкими блестящими репликами.

– У Дила есть друзья в низах. Среди гангстеров намечается новое веяние. Они все спрашивают себя: «Куда подевался Жнец?» Даже низшие боссы, не знающие толком, кто он такой, ищут Темиска – не хотят остаться позади всех. Пока что они недалеко продвинулись, поскольку все поголовно страдают от жесточайшего похмелья.

– Да уж, они пили так, словно это был их последний шанс надраться до самого Судного дня!

Я выбрался из кресла, намереваясь взять на себя обязанности гида, чтобы Туп не заблудился на обратном пути к входной двери. Он славился такой способностью.

– Ты не заметил, когда шел сюда, за моим домом никто не следил? – спросил я. – Не считая миссис Кардонлос и тупоумного взвода Стражи, базирующегося на ее территории?

– Тупоумного? Я уязвлен, сэр! Стража принимает в свои ряды только самые сливки из наиболее законопослушных граждан Танфера. – (Заметьте, он ничего не отрицал.) – Сказать по правде, Гаррет, я не обратил внимания. Это роскошь, которую мы теперь уже можем себе позволить.

– О чем ты говоришь?

– Мы можем позволить себе наплевать на то, что за нами кто-то наблюдает. И почему наблюдает. Это приходит от осознания, что ты делаешь свою работу достаточно хорошо, чтобы доверие к тебе людей, которые могут тебя уволить, было практически неисчерпаемым.

– Ого!

Вот это была гениальная мысль. Похоже, кому-то где-то очень нравилось, как со всем справляется Стража.

– Я пошлю ребят, пусть посмотрят под верандами и в переулках, – сказал Туп.

В ответ я молча приподнял бровь.

– Это часть нашей работы, Гаррет. Мы должны поддерживать порядок и защищать граждан.

С этими словами он шагнул в хаос, царивший на Макунадо-стрит.

Зачем он приходил? Что хотел выведать? И более тревожащая мысль: что затевали стоящие за ним люди теперь, когда война закончилась?

Вскоре после ухода полковника по окрестностям моего дома прошла волна, словно неожиданный порыв ветра в осиновой роще. Дюжина мужчин с короткими стрижками вытряхивали из кустов дюжину других, не столь откровенно официального вида. Единственным, кого я узнал, был Паук Уэбб.

Я вернулся к письменному столу, по-прежнему недоумевая, что же удалось выяснить у меня Тупу.

За время моего отсутствия чашка снова наполнилась чаем. Волшебство, не иначе: я не слышал ни единого звука.

Я взял в руки яйцеобразный камень, которым некий образцовый экземпляр деревенского простодушия пытался пробить дыру в моем черепе. Сегодня его поверхность не показалась мне скользкой или жирной на ощупь. Он был словно теплым, живым. Просто держа его в руке, вертя в пальцах, я почувствовал, что расслабляюсь. И не заметил, как задремал.

24

Проснувшись, я побрел на кухню в поисках горючего.

Дин штопал носки; на плите медленно бурлил соус из помидоров, пряностей, чеснока и мелко накрошенного лука. Перед Дином стояла внушительных размеров кружка с вином, что было не в его характере. Он плеснул немного в соус. Ага, вот в чем дело.

Синдж вылакала столько пива, что ее мутило. Пора уже посылать за новым бочонком. Мелонди Кадар развезло до состояния желе. Она издавала звуки, отдаленно напоминавшие какой-то первобытный язык.

– Надо бы положить Мел в коробку и закрыть на ключ, пока она не просохнет, – сказал я.

Синдж фыркнула, почти булькнув, – на это стоило посмотреть. Похоже, ей было совсем не так плохо, как я подумал сначала.