Я (не) твоя пара, двуликий! или Игры со временем - Анастасия Максименко

новостей и выходки одной из выпускниц ХИРО в глубоком шоке и крайне недоволен. Вздохнула. Бедовая ведьма – моё второе имя, что говорить. Сама виновата.

Скорее установив связь, поздоровалась с тонкокостным худощавым мужчиной, о чьи высокие резкие скулы можно было порезаться, светлые длиннющие волосы были забраны в низкий хвост и мотылялись у самых колен. В общем, новый ректор – истинный представитель моей расы.

— Господин Адриан уже обрисовал мне вашу проблему, — говорит сухо и хмуро. — Я, конечно, с вас поражаюсь, вейдари.

— Я с себя тоже, — вздыхаю. — Вот только не знаю, как разрешить проблему с минимальными потерями.

— Во-первых, нам придется в любом случае выравнивать ветви реальности, что по каким-то не особо понятным причинам так конкретно искорежились, что вышла замена инореальных особей. И вместе с тем, вы должны понимать: далеко не факт, что у вас получится вернуться в свою ветку. Вы вообще представляете, сколько их? Десятки, если не сотни и тысячи.

— Я понимаю. Дело не только в нашем желании вернуться в свою реальность, вейдар ректор, больше в том, что из-за искривлений наши нерожденные дети погибают в утробе, — стиснула пальцами одеяло.

— Да, архар Адриан сообщил мне эту прискорбную новость. Как и то, что вы умудрились украсть вещь, принадлежащую Реа, а именно фолиант древних предков.

Щеки обжег стыдливый румянец, на отца вообще было страшно смотреть.

— Было такое дело. Так вышло.

— Поглядите на нее, «так вышло»! Я очень этим недоволен и разочарован вами, вейдари Лисова!

Снова тяжко вздыхаю. Что тут сказать.

— Предполагаю, в гибели ваших плодов первопричина не только в зачарованном фолианте. Что вы так смотрите? Не знали, что он зачарован на проклятие, если попадет не в те руки? Точнее, в любые чужие, кроме хранителя и представителей власти. Вы — ни то и ни другое! Главная причина – откат, с временем и пространством не играют, моя дорогая вейдари, никогда! За игры со временем всегда следует наказание даже тех, кто косвенно причастен.

— Но мы ни в какие игры не играли! — возмущенно ахаю.

— Да? — иронично выгнутая бровь. — То есть, никого ни в какой мир кольца не кидали против воли? И сами не перемещались туда-сюда и обратно по вашей собственной прихоти, каждый раз тем самым делая зацепку на реальности? Так чему удивляться, что одна из них искривилась, а все причастные получили откат?

Сглатываю. Такого я не ожидала. Вспомнился мой бывший куратор, которого я закинула в немагический мир кольца. А вдруг он там умер, и в том числе поэтому я и другие невиновные вообще получили такое? Просто ужас.

— За всё и всегда следует платить, вейдари, — вздыхает Валенсо.

— Да, теперь я понимаю. Но… — облизываю сухие губы. — Как же нам всё исправить, вейдар?

Ректор хмурится, вглядываясь в мое лицо, перемещает взгляд на лица Адриана и Дина, скрещивает на груди руки и говорит коротко:

— Жду вас завтра после шести вечера в ХИРО. До встречи, вейдари, хотя вас бы вообще лишить этого гордого звания.

И отключается. На душе сильно плохо и муторно, щеки заливают соленые беззвучные слезы. Меня прижимает к себе муж и покачивает. Кругом виновата. И так от этого плохо, что просто хочется выть. На плечо опускается рука Картена. Вздрагиваю невольно и поднимаю на Дина расплывающийся взгляд.

— Ты справишься, — похлопывает легонько и уходит. У меня срывает тормоза вместе с непомерным облегчением, что Дин нашел в себе силы меня простить.

— Ну-ну, моя хорошая, ты не одна виновата, мы все, не нужно брать на себя больше, чем следует, хотя мне не нравится, что именно ты отдуваешься за всех.

— Видимо, карма, — улыбаюсь сквозь слезы. — Давай спать. Хочу завтра всё-таки отправить Картена к Снеже. И правда, за неё страшно, а Дин, если снова не выйдет переместиться, откусит мне голову.

— Пусть попробует.

Дин

Утром Ульяна обрадовала известием: она вполне справится с перемещением, и всё же не мог не испытывать долю тревоги за ребенка.

— Уверена?

— Да, думаю, да, — храбрится ведьма. — Адриан меня подпитает, и артефакты навешала, будто на елку. Да уж, Новогодье в этом году совсем уж нерадостное. Готов?

Киваю.

Льяна окидывает мою амуницию взглядом и просит стать в стабилизирующую пентаграмму. Выполняю просьбу. Льяна магичит, меня постепенно окутывает огненная воронка, и уже через некоторое время приземляюсь на ноги на сухой галечной земле, окидываю взглядом периметр.

По нахождению черного солнца, я близ Гаалы. Принюхиваюсь, зрение обостряется, когда замечаю уже давно свернувшиеся капли крови и ошметки одежды вместе с пучками волос. Поднимаю клочок белоснежных, спутанных с лиловыми, и втягиваю носом, крепко надеясь на ошибку, и в то же время понимаю: ошибки быть не может. Родной аромат забивает легкие, в груди клокочет ярость напополам с облегчением. Резко открываю глаза, ласково потирая между пальцев локоны пары.

— Снежана…

Её забрала моя сестра. Проклятая шваль СейРан, генерал Гаалы. Втянув носом воздух ещё раз, фыркнул: она утащила её порталом, мою мнимо хрупкую малышку. Найду, голову откручу, а если хоть ещё один волосок упал с её головы – раздеру.

И всё-таки новость была хорошей. Я знал, куда держать мне направление. Плохая новость — до особняка Аббадор сутки пути. Придется грабить и, если понадобится, убивать, чтобы добраться до СейРан и моей пары быстрее.

Глава 29

Снежана

Хмуро отодвигаюсь от наглой особи, только лишь лицом, что особенно обидно, так сильно похожего на моего Дина, а по характеру — полная противоположность, как я вижу, и вот этот похотливый оценивающий блеск в родных глазах крепко отвращает, заставляя неприятно тянуть сердечную жилу.

Заметив мою небольшую капитуляцию, оборотень смеется.

— Ну, очень очаровательная малышка. Не трусь, кошечка, своих не трогаем.

Удивленно кошусь на РаМона: когда это я успела своей стать? Я полагала, что в особняке лиловой стервы у меня прав не больше, чем у пленницы.

— Что смотришь? — хмыкает этот Мон, в то время как его сестра невозмутимо подчищает тарелку. — Если ты пара нашего везучего братца, то, выходит, сетхана, а родственные узы род Аббадор чтит.

Ну, очень скептично изгибаю губы с видом: да что ты? Мон фыркает:

— С недавнего времени — так точно, так что не трясись, аппетитный заячий хвостик, — тянет ко мне клешню в