Часовщик - Иванна Осипова

тех мальчишек, кто проникал на оборотную сторону в поисках приключений, исследовал границу с Пустотой и покорял крыши. С тех пор почти ничего не изменилось, только теперь Морган мог наслаждаться магией изнанки Раттема на законных основаниях.

Сидя в приёмной, Морган быстро начал тосковать по свободе, которую ему давала оборотная сторона. Кроме того, и он не желал этого признавать, ему не хватало присутствия рядом одной девчонки.

Фаррел, словно чуя будущие неприятности, укорял себя: «Сдалась она тебе, Мор. Надо было отказать в первый же день. Причина всегда бы нашлась».

Сердце заныло, как от старой раны, которая никак не желала рубцеваться.

Каждый раз, когда мысли обращались к новенькой, Морган отбрасывал в самый дальний и тёмный угол сознания образы, где они шагают по набережной рука об руку или он страхует её на крыше, ловит в объятия. Он никогда не даст ей упасть…

Сердце сжимает сильнее. Морган на миг прикрывает глаза: однажды он уже давал обещание быть рядом и оберегать. Не получилось. Выходит, предал.

Морган снова видит Мину. Глаза напарницы сияют от восхищения, на манящих губах играет улыбка. Девчонка так увлечена делом и восторгается оборотной стороной города, всем сердцем принимает её странную красоту, но изредка милое и светлое лицо отчего-то становится печальным, а взгляд наполняется тоской.

Вот бы разгадать эту тайну и навсегда изгнать грусть из сердца хрупкой, но отчаянно храброй девочки…

Морган сжал челюсти, сдвинул брови, увидел, как посуровело собственное отражение в большом зеркале напротив места, где он сидел. Таким он и должен оставаться на службе, чтобы не допустить непоправимого, не потерять контроль над ситуацией. Не дать слабости снова разрушить чью-то жизнь, уничтожить её…

В приёмной молодая, с выбеленными волосами и густо накрашенным лицом секретарь часто отрывалась от бумаг и с интересом косилась на мрачного мага, а то и откровенно, беззастенчиво его разглядывала затуманенным взором.

Морган хорошо знал эти докучливые взгляды, вызывающие с некоторых пор раздражение, и лишь один раз прямо посмотрел девице в нахальные глаза, чтобы она немедленно и надолго уткнулась в документы.

Время тянулось, а Морган терял терпение. Он не представлял, зачем начальство призвало главу отдела стражей, и постоянно дёргался, думая, как проходит дежурство у подчинённых. Привык держать всё в собственных руках. Так было спокойнее.

Моргану не нравилось, что новенькую пришлось отправить вместе с другой девушкой. И зачем их только принимают в Академию на факультет неспящих! Не место им рядом с Пустотой. На границе ветра способны сбить человека с ног, а перекати-мороки чутко улавливают эмоции. Рядом с Пустотой нужны железная воля и неженская сила.

Только никого, кроме рыжей Кранц, он подобрать не смог. Она правда была лучшей и прошла все испытания успешнее брата. Морган подумал о Вильгельмине и убеждённо поддакнул сам себе: да, Кранц – отличный вариант напарника для начинающего.

Тревога не уходила.

Из-за двери в кабинет начальника департамента слышались голоса – глухо, неразборчиво. Один звучал подобострастно и тихо, второй – властно и напористо. Неужто кто-то распекает самого руководителя всеми управлениями охраны правопорядка в городе?

Дверь резко приоткрылась. Показалась лысеющая голова начальника. Его круглые глаза налились кровью от бешенства, ноздри раздувались, будто у быка. Он уставился на секретаря, не заметив Моргана, а тот прекрасно рассмотрел главу департамента в зеркальном отражении.

– Этот… как его?! Я приказывал оповестить. Фаррел на месте? – нервно пролаял мужчина.

– Ожидает, – прощебетала секретарь и не менее свирепо вперилась взглядом в Моргана, видимо, во всём виноватого.

– Так поторопи его, – чуть ли не топнул ногой начальник.

Моргана подбросило словно на пружинах. Оправив форму стража, он вошёл в кабинет, сухо поприветствовал начальника и высокого худощавого мужчину, стоящего у окна. Этого, второго, он не знал, что усилило нехорошее предчувствие.

– Оставьте нас, – властно сказал незнакомец хозяину кабинета.

Он даже не соизволил представиться, а глава департамента немедленно попятился к выходу.

«Вот шишка!» – подумал Морган и мысленно выругался.

Дело приняло неожиданный оборот. Уходя, начальник склонил голову перед пожилым незнакомцем, а на Фаррела посмотрел как на врага, принёсшего беду. Когда закрылась дверь, неизвестный Моргану мейстари – с нитями седины во всё ещё тёмных волосах, с прямой и гордой осанкой – устроился в кресле.

«Тот ещё тип. Жди трёпки, Мор», – безмолвно резюмировал Фаррел.

Он отметил тонкие и хищные черты, требовательный взгляд и недовольно поджатые губы. Этот человек привык отдавать приказы и не объяснять подчинённым причины тех или иных решений. Сесть Моргану не предложили.

– Сколько у вас стражей, Фаррел? – так и не представившись, начал незнакомец.

Хотя Фаррел так и не узнал имени этого человека, но догадался, что тот имеет право задавать вопросы и требовать отчёта.

– Три пары в дневном дозоре. Две в ночном. Вместе со мной. Разумеется. Мейстари…? – с каменным лицом отчеканил Морган.

Вопрос был проигнорирован. Мужчина сверлил Фаррела взглядом.

– Не так много. Верно?

– Этого мало для большого города. В соседних округах столько же патрульных. График дежурств не позволяет…

Высокомерный незнакомец, отмахнувшись, перебил Моргана:

– В стражах всё равно нет смысла.

– Вы полагаете? – вкрадчиво спросил Морган и незаметно для собеседника сжал кулаки. – Кто бы вы там ни были…

– Мне говорили, что вы довольно дерзки, Фаррел, – парировал мужчина. – В отделе стражей совсем беда с кадрами, раз вас назначили на руководящую должность. Оставили после так называемого несчастного случая… Потерять напарницу во время банального дежурства. Преступное разгильдяйство!

Морган расправил плечи и задержал дыхание, с ощутимой болью в груди выдохнул:

– У меня много служебных дел, мейстари…

– Отдел, который так и не разобрался в одном-единственном преступлении, – продолжил незнакомец. – Зачем нужны стражи, не способные поймать убийцу?

– Разве в верхах верят в Часовщика? – с иронией ответил Морган, пытаясь уловить смысл разговора.

– Чем вы там занимаетесь, Фаррел? Ловите малолеток на крышах и по тёмным углам? Пьёте явник в трактире? Любуетесь на Пустоту?

– Вроде того… – хмыкнул Морган, чувствуя, как закипает кровь. – Просиживать штаны в кабинетах намного важнее. Не спорю…

– Молчать! – рявкнул незнакомец, поднимаясь из кресла.

Однако он быстро взял себя в руки, прошёлся до окна, вернулся – чуть побледнев и став ещё старше. Мужчина сменил тон на более доверительный, но всё такой же властный и не допускающий возражений.

– Не станем ходить вокруг да около. Вы должны уволить стража по фамилии Дюран. Вы поняли?

Глава 32

Морган ожидал чего угодно, но не этих слов.

– С какой формулировкой? – спросил он, с трудом скрыв изумление.

– Любая на ваш вкус, – небрежно отмахнулся мужчина. – Вильгельмина Дюран должна забыть