Точка контроля - Enigma_net

Ролик продавал ту же идею, что некогда Французская Революция, но в отличие от последней не разрешал обиженным убивать обидевших, и это было именно то, что не позволит такому проекту прижиться на Балканах. Застарелые этнические конфликты третью сотню лет мешали балканским вампирам объединиться в альянс. Призыв в общему благу через общее равенство породит очередной виток обмена старыми обидами. Кира хорошо понимала, что ни один болгарский вампир добровольно не отдаст свою квоту в пользу соседа-турка, однако то же правило работало и в сторону православных соседей.

От размышлений отвлек звонок телефона. Не глядя смахнув по экрану, Кира включила громкую связь.

— Ты кого наняла для реставрации? — разлился по комнате зловещий голос Арины.

— И тебе привет. Строительную бригаду, рекомендованную кметским секретарем.

— Они идиоты!

— Это было предсказуемо, но рекомендацией городского совета пришлось воспользоваться во имя будущего блага. — В тоне мелькнул сарказм. — Чем прогневили госпожу эти люди?

В ответ Арина экспрессивно высказалась на незнакомом языке, легко заменяя нехватку подходящих терминов словами из языков, Кире знакомых.

— Я поняла только арабские ругательства, — сообщила она в образовавшуюся паузу.

— Они выкинули мозаику! — возмущенно, но лаконично сказала Арина, что, впрочем, не прибавило Кире понимания.

Она хотела было напомнить, что в запасниках исторического музея полно не собранных пазлов для вампиров среднего возраста, но подруга заметно полыхала гневом, и Кира не стала добавлять ей раздражения своими шутками.

— Котенце, я не понимаю, почему ты сердишься. Какая мозаика?

— Из твоего борделя!

Кира быстро перебрала в уме отделку “Золотой раковины” и вынужденно признала, что ни о какой мозаике не может быть и речи. Интерьер спа-салона с дополнительными услугами был ультрасовременным. Потом вспомнила, что Мила назвала борделем купленные незадолго до отъезда развалины.

— Бордель в старом городе? — уточнила на всякий случай.

— Естественно! Зачем ты связалась с Мирковым? — булькала негодованием Арина.

— Он обещал налоговые поблажки, если найму его бригаду.

— И ты поверила. — Она пренебрежительно фыркнула. — Подрядчик его родственник, он половину стоимости работ себе в карман положит.

— Ну, пусть думает, что ему удалось обмануть глупую женщину. Поблажки-то останутся и когда Мирков сыграет в ящик. Не ругайся, — мягко попросила Кира, размышляя над подходящей карой для Милы, за то, что втравила ее в авантюру с муниципалитетом.

Кмет Пловдива, Здравко Мирков, не так давно умудрился рассориться с Ариной, и вот уже некоторое время между ними шла холодная война за Старый город, который Арина по праву считала своим.

— Откуда там взялась мозаика? Мила сказала, дом в конце восемнадцатого века построили.

Арина шумно вздохнула. В трубке послышались отдаленные разговоры, чье-то приветствие, ее быстрый ответ и стук каблуков по лестнице. Потом знакомо скрипнуло окно и скамья возле него.

— Там и прежде был бордель, разрушился при землетрясении в пятнадцатом веке. Твои кретины стали расчищать площадку под фундамент, обнаружили под грунтом камешки и срыли еще слой. Сложили все в мешки, вместе со строительным мусором, и вывезли за черту города. Идиоты!

Кира промолчала, зная, что каждый камень старого Пловдива для подруги имеет большую ценность, и даже мельком посочувствовала муниципальному подрядчику. После такого фортеля шансов на застройку в Старом городе у него осталось исчезающе мало.

— Как ты об этом узнала? — поинтересовалась осторожно, стараясь не взбаламутить улегшуюся бурю.

— Иржи сообщил. Один из мешков порвался и камешки просыпались на площадь перед его рестораном. Он увидел, отправил ко мне племянника и вызвал археологов.

— Сообразительный, — улыбнулась Кира, вспомнив веселого владельца небольшого семейного отеля у подножия Старого города, любившего заложить за воротник в ее компании.

— Да. К счастью для них, не идиот. Не вздумай увольнять бригаду!

— Законсервируешь их на зиму? — всё-таки пошутила Кира.

— Я идиотов не ем, — вновь перешла на зловещий тон Арина. — Археологи твою перестройку заморозили, теперь копают сами.

— Думаешь, у них лучше получится? — усмехнулась Кира.

— Нет, — проигнорировала приглашение к шуткам Арина. — На тебя опять накатали жалобу из Добогёко. Иштван сказал, что в следующий твой приезд заставит оформлять все ответы лично.

— Хорошо, что мы не собираемся в Будапешт, — хмыкнула Кира. — Как обстановка дома? Не считая мозаики.

— Обычно. — В ответе послышалась скука. — Она, похоже, античная. Когда ее датируют и соберут, вышвырну Миркова с должности за непроходимую тупость.

— Выходит, удачно все складывается, — миролюбиво заметила Кира. — Видишь, какая я полезная.

Какое-то время Арина недовольно сопела в трубку, потом сказала:

— Ладно. Что там у тебя?

— Ну, можно считать начало расследования успешным. Рейф орал и ругался испанским матом, Холл козлил и глумился. Все как в старые добрые.

— Как он?

— Сдал, — грустно вздохнула Кира. — В форме, но видно, что постарел. Много переживает. Клэр серьезно больна. Жаль девчонку, молодая еще.

— Можно помочь?

— Не знаю. Я написала доктору Ринальди, но она пока не ответила. По делу каких-то фантастических открытий нет. Здесь тоже все подчистили, что мне очень не нравится. На днях подергаю старые связи.

— У тебя там еще остались живые старые связи? — хмыкнула Арина, правильно истолковав замечание.

— Найду пару клыков.

Арина весело фыркнула. Кира испытала облегчение оттого, что подруга больше не злится.

— Дергай нежно, — посоветовала Арина. — Американские вампиры капризны, как всякие подростки, и будь поаккуратнее с Домиником.

— Сдался мне этот скользкий говнюк, — хмыкнула Кира небрежно. — Хотя… он мне должен тридцать тысяч.

— За что? — удивилась Арина.

— Да за ужин тот исторический. — В голосе ярко блеснул сарказм. — Хочу посчитать, сколько процентов набежало за двадцать лет и выставить ему счет.

— Осторожнее. Он ловкий мальчик. Если станешь играть с ним в игры, можешь увязнуть.

— Да не чува диавол! Он как дерьмо — один раз вляпаешься, потом годами запах преследует.

Арина солнечно рассмеялась. Нежные переливы серебряных колокольчиков еще затихали приятной музыкой светлой души, когда она заметила:

— Он тебе импонирует, — и не прощаясь повесила трубку.

Некоторое время Кира слушала гудки отбоя, осмысливая завершение разговора, потом отключила связь, буркнув досадливое «Как всегда».

Под фиолетово-неоновой надписью «Серая кошка» две проститутки шумно ссорились с мальчишкой, который, судя по репликам, нагло присвоил этот угол улицы. Поеденный временем, образом жизни и оспой мужик, стоящий под козырьком заведения, смолил темно-коричневую сигарету и ухмылялся, слушая перепалку. Из мусорного бака на углу валил густой белый дым, позади неровным рядом чахлых водорослей покачивались клиенты заведения, вышедшие подышать воздухом. Растрескавшийся асфальт сохранил следы недавнего снега, и бензиновая пленка поверх лужи была самым ярким пятном, отражая свет вывески и делая его совсем кислотным. Кира с особым удовольствием наступила на нее тяжелым сапогом на высокой рифленой подошве, ломая отражение и психоделическую атмосферу улицы.

— Я тебя знаю, — сообщил потасканный парень в