Новый мир 2. Синергия - Даниил Сергеевич Куликов

я научил тебя другому языку. Если они поверят, что ты делаешь то, что им надо, то сбежать тебе будет проще.

* * *

— Смотри, Ходящий Через Мир Духов, если в тебя направлена атака, то ты можешь просто отправить её в Преддверье открыв его. Любой снаряд — стрелы, пули, копья, и даже чужая сила попадут туда.

— Понял. А засунуть туда живой объект я смогу?

— Сможешь. Какое-то время он будит жить там, потом начнёт растворяться, а потом погибнет — чем он сильнее, тем дольше проживёт там.

— Такамсех, можно ли управлять каким-то предметом через окно находясь в Преддверье?

Шаман посмотрел на меня с интересом.

— И да и нет. Расскажи, что ты задумал.

Я коротко описал ему свою идею с куклой марионеткой.

— Ты верно мыслишь. Подобная техника есть и у нас. Смотри.

Шаман стал покрываться шерстью, фигура стала становиться крупнее, зубы удлинились и вот уже на его месте стоял огромный мускулистый медведь.

— Это иллюзия?

Вместо ответа медведь рыкнул, а затем царапнул ствол дерева когтями оставляя глубокие борозды. Да он настоящий оборотень!

Так же плавно медведь снова стал человеком.

— Как ты это сделал?

— Ты видел, сколько в Преддверье духов животных? Я просто меняюсь местом с таким духом и напитываю его силой, давая снова возможности обрести плоть. Находясь в Преддверье я вижу его глазами, слышу его ушами, и хожу его лапами. Чем крупнее зверь, тем больше силы нужно, чтобы поменяться с ним местом и поддерживать его плоть. Поменяться с мелким зверем проще. Это и будет твой урок на сегодня.

* * *

За сегодняшний вечер я обучился морфингу научившись буквально на глазах превращаться в зверя. Пока это было сложно, и удавалось подменить себя мелким животным — птицей, хорьком или змеёй. Для того чтобы сделать такой же фокус превращаясь в медведя у меня пока просто не хватало сил. Вернувшись от шамана к себе я первым делом попробовал нырнув в Преддверье пройти к Кэй, но это оказалось невозможно — что-то в словно экранировала участок на котором стоял её сарай.

Тогда я направился в кузницу, где сегодня обнаружил родонит. Она была заперта. Вот за одно и посмотрим, поможет ли мне новая техника проходить мимо запертых дверей. Нырнув в Преддверье я сделал несколько шагов и вынырнул уже в самой кузнеце. Получилось. Действительно сильная техника. Найдя родонит и другие металлические пластины, я принялся за изготовление кривого чучела, которым планировал управлять как марионеткой.

Искомого результата удалось достигнуть только к утру, после чего из одного озорства вставил несколько перьев в получившуюся голову марионетки, сделанную из кусков дерева, металла и прочего хлама, и набросил на неё плащ. Воспользовавшись снова своей новой способностью я просочился обратно в свою комнату, после чего лёг спать.

С утра меня разбудил один из солдат:

— Вставай, лингвист — сегодня перелёт в Вашингтон!

* * *

— Такамсех! Всё пропало — меня увозят в Вашингтон, вместе с той девушкой-духом или кто она там.

Шаман неторопливо выкурил трубку. И выпустил дымок.

— Не беспокойся — всё идёт как надо.

— Как надо?

— Великий Дух этой земли именно там, куда тебя повезут — в Вашингтоне, поэтому я и выбрал тебя, зная, что тебя повезут туда. Я продолжу обучать тебя и дальше — буду приходить в сон.

— Понял.

* * *

Перелёт в Вашингтон прошёл всего за несколько часов. Сменились солдаты, которые нас охраняли — стали какие-то ещё более чванливые и надменные. До армейской части, где нас должны были разместить, добираться пришлось пешком вместе с небольшим отрядом солдат. Кэй вели так же в ошейнике, к которому добавили наручники. Кругом были прохожие, которые, не стесняясь тыкали в неё пальцем и отпускали комментарии. Вот она — сила американской демократии и толерантности.

— Сэр, могу я отойти отлить? — спросил я старшину.

— Ты что, устав забыл? — с лёгким призрением спросил меня детина с тонкими усиками.

— А я его и не знал — я гражданский, обучаю пленную языку.

Детина посмотрел на меня, сплюнул, и процедил:

— Ладно, иди, только не долго.

Когда я вернулся, то увидел, что к Кэн в наглую с похабными шуточками пристают несколько мужчин пытаясь облапать и сорвать одежду.

— Эй, вы что делаете⁈ — я перехватил руку одного из наглецов и повернулся к солдатам, которые наблюдали с безучастным видом. — Разве вы не должны её защищать?

— Мы не защищаем всяких ублюдков, мы защищаем людей от неё, — процедил тот же старшина с усиками.

— Ах ты мудила! — уже не в чём не сомневаясь я двинул по лицу зеваке, а затем подскочив вмазал по лицу этому надменному засранцу.

* * *

Полковник Джонсон смотрел на меня тяжёлым не мигающим взглядом.

— Как это понимать, Люк? — холодно спросил он.

— Так и понимать, — я сплюнул на пол и потёр скулу. — Эти засранцы допустили нападение зевак на… на мою ученицу и сказали, что это не их дело — её защищать.

Я сжал кулаки — пускай мне нельзя было демаскироваться, но душу я отвёл — влепил тумаков всем, никого не обошёл, пока меня не скрутили.

— Это правда? — Джонсон посмотрел на стоящих солдат.

— Никак нет сэр, он лжёт. Он сам напал на гражданских без причины. Мы пытались его остановить, тогда он напал и на нас.

Джонсон снова посмотрел на меня.

— Первый раз вижу таких трусливых лжецов, — злобно высказалась фейри, которая стояла рядом. — Вы смотрели, как эти грязные свиньи напали на меня и пытались раздеть, и ничего не делали. А потом заявили, что это не ваша работа защищать меня — ваша работа защищать людей вокруг меня.

Конвоиры вздрогнули понимая, чем это может им грозить.

— Я отказываюсь что-то делать. Можете убить меня, но я ничего не стану делать — какая разница? Я делаю то, что вы говорить — меня пытаются убить. Я ничего не буду делать — результат будет тот же. Вы хотите, чтобы я соблазнила вам человека? Тогда вам придётся послушать, что я скажу.

* * *

В конце концов Джонсону пришлось уступить. Кэй выжала из него нормальное жильё, а не клетку в хлеву, нормальную еду и одежду, личное пространство и