Социальная сеть мертвых - Евгений Номак

ваш гнев будет нацелен только на инспектора. А в вашей ситуации виноваты еще и инструктор с девушкой. Либо они слишком тупые, что не поняли просьбы пристегнуться, либо они в сговоре инспектором. Иначе, почему они не были пристегнутыми? Вам нужно наказать всех! Для этого зайдите в любую часовню. Их сейчас много строят. В часовнях нет попов – это главное правило. Церковь без попа, как баба без мужа – неприкаянная. И поставьте там три свечки за упокой всех виновников вашей очень, кстати, несправедливой ситуации. А если сомневаетесь, можете написать в прокуратуру и одновременно поставить свечки в часовне. А потом посмотрите, какой вариант сработает. Спасибо еще скажете!»

– Хм, – издал Вячеслав, пытаясь вспомнить расположение ближайшей часовни. Вроде видел прямо внутри вокзала. Он улыбнулся.

В маленькой часовенке стоял полумрак. Лики святых освещало пламя только одной лампадки, поэтому разглядеть их было невозможно. На входе лежали свечи с ценником в пять рублей. Вячеслав взял три свечи и бросил в прозрачный ящик полтинник, так как мелочи отродясь не водилось.

– Упокой, Господь, души капитана Ноликова, инструктора Александра и девушки Лизы, – прошептал он, зажег свечи от лампадки и поставил их на канун. Свечки тут же осветили помещение ярче, что можно было разглядеть лики святых. Славик не знал никого из них в лицо, но все они почему-то улыбались. Вячеслав пригляделся: в игре света ему казалось, что лики зловеще смеялись. Он, молча, выбежал из часовни.

Ближе к вечеру ему позвонила мама.

– Сынок, у тебя все нормально? Ты дома? – спросил встревоженный голос

– Почему ты спрашиваешь? – ответил Славик. – Я давно дома. Сегодня же суббота.

– Недавно произошла жуткая авария. В машину, на которой ты экзамен сдавал, въехал самосвал. Молодая девушка за рулем была, Лиза – дочка Виолетты Павловны. А еще полицейский и инструктор. Все в тяжелом состоянии. Вот я и перепугалась.

– Все хорошо, мама, – вымолвил дрожащим голосом побледневший, как потолок, Вячеслав. – Я в порядке.

Он положил трубку, встал с дивана и посмотрел вверх.

– Свершилось! – сказал он. – Спасибо тебе! Я силен, как никогда!

***

Офис ООО «Церковь святого Люцифера» 6666 метров под землей.

– Отличная идея с вашими сетевыми часовнями, – сказал Сатана, поправляя галстук. Затем оглядел всех демонов, собравшихся за круглым столом переговорки. – Вельзевул, я хочу, чтоб количество часовень выросло в десять раз! И сделайте свечи бесплатными, наконец!

– Они итак бесплатны, монсеньор! – ответил Вельзевул. – Там стоит символический ценник в пять рублей и ящик для сбора пожертвований.

– Тогда конфет насыпьте в вазочки! И подключите побольше молодых демонов к сервису ответов, чтоб не пропустить ни одного страждущего.

– Что делать с парнем, повелитель? – спросил Ваалберит, демон-секретарь.

– Повысьте уровень либидо в десть раз и увеличьте аппетит раз в пять. Похоть и чревоугодие – и он настоящий образчик всех смертных грехов.

– Предлагаю поставить часовни в школах и профессиональных учебных заведениях, – сказал Велиар. – Будем покупать души еще в раннем возрасте.

–Отлично! – ответил Сатана. – И увеличьте количество каналов в ТикТоке. Я хочу больше зависти! Все свободны. И принесите мне душу этого Вячеслава! Я проголодался!

Любовь всей жизни и смерти

– Я люблю тебя, как родного брата, – сказала Света, поправляя простынь больничной койки. Затем разгладила ее ладонью и легла. – Мы чуть ли не с рождения вместе. Твоя мать выкормила меня, когда у моей исчезло молоко. У нас с тобой даже группа крови одна. Мы всегда ладили и помогали друг другу. А сейчас ты создаешь только неудобства, Андрюша. Ну, вот зачем нужно было приносить розы? Я не против цветов от тебя. Принес бы ромашки, тюльпаны или, не знаю, какие-нибудь гладиолусы. Но розы?! А если увидит Гоша? Что я ему скажу? Он и так тебя недолюбливает! Ревнует жестко. А я с ним хочу семью создать. Прости меня, пожалуйста, но розы нужно будет забрать.

– А вон там кто лежит? – спросил Андрей, указывая на пустую койку у окна. В палате была занята только одна кровать, где лежала Света. Остальные пустовали. Но на пустой койке у окна лежал пакет с лекарствами, а на тумбочке стакан с использованным пакетиком чая.

– Бабушка какая-то. Я даже имени ее не знаю. Лежит себе, смотрит куда-то и плачет иногда. Болит видимо что-то. И я не видела, чтобы кто-то к ней приходил. Она сейчас на процедурах.

Андрей подошел к раковине, поднял с пола двухлитровую банку с нарисованной красной краской буквой «Т», налил туда воды и поставил банку с букетом на тумбочку.

– Скажешь, что ей принесли, – прокомментировал он. – Смотри, как красиво цветы на солнышке заиграли.

– Какой ты у меня молодец, – ответила Света, привстала немного и обняла парня. – Ой, – осеклась она, – вдруг Гоша придет. – И быстро легла, укрывшись одеялом.

– Пусть будет Гоша. Как, впрочем, были и Димон, и Валерик, и этот, как его, Пономарев. Ты знаешь, что, так как люблю тебя я, не полюбит никто. Всех переживем. Я буду ждать тебя всю жизнь. И даже после, – улыбнулся Андрей. – Ты моя любовь всей жизни и смерти.

– Ну, пожалуйста! – завыла Света. – Не дави на меня. Мне и так тяжело. С Гошей у нас все серьезно. Я не хочу его потерять. А тут еще это сердечная недостаточность, так некстати.

– Ладно, пойду я, – улыбнулся Андрей. – В сумке свежие фрукты, виноград твой любимый купил. А на дне, там, в пакете пирог вишневый, мама твоя передала. У меня сегодня смена, а я еще к ней обещал забежать, рассказать как ты тут.

– Долюбливает тебя мама. Может, ты на ней женишься? – пошутила Света. – И, пожалуйста, будь осторожен на своей службе. Столько парней обгорело!

– Ничего со мной не будет, – усмехнулся он. – Я – пожарный в третьем поколении. Тушить и спасать у меня в ДНК. Как, впрочем, и ты, моя радость! Все, все! Больше не буду. Ухожу уже.

Андрей ехал в трамвае, прислонившись головой к стеклу, и тихо мечтал о своей любви. О том, как они живут вместе со Светкой в маленькой однушке на окраине. О том, как он варит ей кофе по утрам, потом приносит его в постель, и они вместе еще очень долго нежатся под одеялом. Каждый раз, закрывая глаза, он видел ее лицо с бесконечно прекрасной, светлой и чистой улыбкой. О том, как обновляет раз в неделю букет роз в вазочке на ее столике. О том, как шепчет ее по сто тысяч раз на дню «Я люблю тебя». Как гладит ее волосы перед сном, пока она не заснет. Как целует ее