Милость Баст - Елизавета Владимировна Соболянская

– Межеслав!

– Тут только я, – отозвалась Млава, – мужчин зверь порвет. Тебе нужна помощь?

– Мне надо одеться, и я не знаю, куда с ним идти. Ему завтрак уже приготовили?

– Ягненка принесут в прежнюю комнату инспектора, – сказала Млава.

– Там холодно! – запротестовала Настя, – У меня голова мокрая! И он как-то клетку отодвинул!

– Через окно выбрался, – сказала Млава. – Подожди, я все узнаю, одевайся пока.

– А… кот?

– А ему все равно, – в голосе женщины послышалась добродушная усмешка.

Вздохнув, Настя потихоньку выбралась из ванны, стараясь стоять так, чтобы медное корыто разделяло их с котом. Повернулась спиной, дотянулась до стопки одежды, быстро оделась, не присматриваясь к тому, что ей дали. Сорочка, платье, пояс, теплые носки, платок на плечи…

– Так, кот, – вздохнув и повернувшись к зверю, твердым тоном сказала она, – я не хочу мерзнуть, поэтому сейчас идем к тебе, ты съедаешь свой завтрак, и мы переходим туда, где теплее!

С этими словами девушка решительно вышла в коридор. Кот неторопливо пошел рядом, старательно обтираясь мордой о темное шерстяное платье.

– Стоп, морда усатая! – Настя остановилась и отряхнула шерсть.

Коту это не понравилось. Он обошел ее вокруг, бодая башкой и старательно обтираясь мордой об юбку.

– Да что ты творишь?! – девушка в раздражении пихнула кота ногой, забыв, что перед ней крупный, да еще и раненый зверь.

– Метит он, – отозвалась Млава, появившись на другом конце коридора. – Он тебя своей признал, вот и ставит метку, чтобы другие коты знали и шарахались. Пока им пахнуть не станешь, не уймется.

– У-у-у-у, кошак мартовский! – бессильно махнула девушка рукой. – Что там с едой?

– Отнесли в его комнату, а окна там заткнули пока тряпками. Печь протопили, комната скоро нагреется, веди его туда. Дальше по коридору и вверх.

Тяжело вздохнув, Настя поплелась, куда сказали. Всего полчаса назад ей было хорошо! Тепло, сытно, уютно. А теперь? Мокрая голова под платком, сквозняк в коридоре, а чистое платье, приятно пахнущее мятой, все в кошачьей шерсти! Фу!

Нога за ногу она добралась до комнаты инспектора, даже не удивляясь тому, что никто не попался им на пути. Двойная дверь была распахнута. Паркетные щепки сметены в камин, занавески убраны. Под окном на толстой воловьей коже лежал освежеванный ягненок. Выбитые стекла закрывали куски войлока, осколки, кажется, все собрали.

Клетка была аккуратно сдвинута в сторону, ковер лежал внутри, рядом – стопка свернутых одеял, горка подушек, ночной горшок, накрытый крышкой, кувшин с водой и корзинка, похоже, с едой.

Настя тяжело вздохнула. Вот бы к этой прелести телефон… или хотя бы книгу!

Она собралась запереться в клетке, но кот подтолкнул ее лобастой башкой к ягненку.

– Что? Ты предлагаешь мне это есть? Я не ем сырое мясо!

– Настя, – шепот Млавы раздался из коридора, – он за тобой ухаживает! Сам есть не будет, пока ты не поешь!

– Да я не буду сырятину есть!

– Оторви кусок, поваляй по полу, ему хватит, – умоляющим тоном просила оборотница.

– Не знаю, почему вы так с этим кошаком облезлым возитесь, но ладно. Только руками рвать не буду! Тут мыться негде!

Поискав глазами, девушка обнаружила в комнате довольно массивный секретер. Он стоял возле стены, поэтому уцелел. Преодолевая сопротивление кота, Настя пошарилась по ящичкам и нашла перочинный нож, а еще большой, похожий на лопатку нож для вскрывания писем. Вооружившись, девушка подошла к тушке и, морщась, отрезала кусок сырого мяса, используя нож для писем как вилку. Потом потаскала кусок по шкуре, словно играя, и отошла в сторону, пропуская кота к “миске”.

Здоровенный черный котяра остался недоволен тем, что она не съела мясо, но Настя зашла в клетку, вынула из корзинки кусок сыра и без аппетита пожевала. Кот принюхался и успокоился. Слопал ягненка, хрустя хрящами, потом сел вылизываться, но девушку из поля зрения не выпускал.

Между тем Настя заскучала. В комнате не было книг, день разгорался, дом наполнялся шумом, но никто в комнату инспектора не заглядывал. От нечего делать девушка решила попросить у Млавы хоть какую-то книгу, но оборотница, как видно, ушла – на стук и призыв никто не отозвался. Тогда Настя, обходя кота стороной, приоткрыла окно. Выглянула на улицу и крикнула пробегающему мимо оборотню:

– Эй! Скажи господину Межеславу, что знахарка просит книги почитать и лампу!

Тот не обернулся. Вздохнув, девушка полюбовалась двором и отпихнула морду кота, который тоже решил выглянуть в окно.

– Да уйди ты! Пока не станешь человеком, выходить тебе отсюда нельзя! Вот и сиди, вспоминай, как это – ходить на двух ногах, одеваться и есть жареное!

Кот уперся, попытался вскочить на подоконник, но девушка решительно заперла окно и ушла в глубину комнаты. Кот последовал за ней.

От нечего делать Настя обратила внимание на полочку с зеркалом на секретере и гребень на ней. Взяла, покрутила в руках, сняла влажный платок и села причесать волосы. Кот полез помогать. С трудом увернувшись от огромного шершавого языка, Настя заперлась в клетке и под недовольное фырканье кота причесалась. Посмотрела на кота, заплела косу, скрутила ее в жгут и, недовольно наморщив нос, обвязала голову платком – с кота станется снова ее “причесать”, а слюни куда хуже влажного платка!

Кстати…

– Иди-ка сюда, блохастик! – девушка вышла из клетки, размахивая гребнем. Просто сидеть в комнате – скучно. А вот сидеть и вычесывать котика… О-о-о-очень крупного котика! Это интересно!

Кот сдался сразу – свалился на поцарапанный пол и подставился весь. Настя мерно водила гребнем и разговаривала с котом. Петь не хотелось. Рассказывать сказки взрослому мужику? Тоже мимо. Тем более это инспектор, все равно допрашивать будет, так почему не порепетировать речь?

В общем, вычесывая с кошачьего пуза весенний пух, Настя неторопливо рассказывала, как жила в своем мире, как работала в кото-кафе, как ее закрыли собой кошки и упросили Баст перенести в этот мир.

– Не понимаю, почему храм Баст стоит пустой, если вы все тут кошки? – говорила девушка, вычесывая коту лапы. – Хорошо еще селение не так далеко, а то я бы замерзла в той роще! Вот у нас, у обычных людей, храмы стоят в центре поселения. Любой человек в любое время может туда зайти, помолиться, обратиться к Богу с просьбой или благодарностью…

Кот дернул задней ногой и вдруг словно расплавился под руками Насти. Голый мужик, не особенно и волосатый, потянулся и сказал:

– Наверное, ваш Бог не впадает в игривое буйство, гоняясь за бабочкой или бантиком на веревочке?

– Нет… – ошеломленно ответила Настя.

– А наша богиня иногда ведет себя как большая кошка,