Несносная Тиффани - Инга Леровая

выберу, все плохо. Ни один не лучше других, почему кто-то должен спастись, а кто-то нет. Почему это должна решать я? Я не хочу такой ответственности. Я всего лишь омега.

— Оставляем качка, — решили за Дейзи пиратки. — Хоть потомство сильное оставит.

— Какое потомство, вы с ума сошли?

— Твое потомство! Альфа или омежка. А может, умненького хочешь? Этого, который в галстуке? Или хозяйственного? А, лапуля?

— А может, двоих этой симпатяге-омежке оставим? А нам одного? — над Дейзи явно напоказ потешались и даже не скрывали этого.

Это была такая грубая ментальная пытка, что Дейзи, забыв про однокурсников, начала по совету Тиффани составлять в голове гневную петицию в Комиссию ментального надзора. Никто не имеет права терроризировать омегу, принуждать к сексу и склонять к сожительству. Когда Дейзи поступала в лицей, она наизусть выучила права омег. Да только некоторым до сих пор было на это наплевать. Подумаешь, омега. К черту ее желания и страдания. Пусть радуется, что на нее обратили внимание. И делает то, что велят альфы.

— Твое время вышло, сладенькая.

— Ну и пусть.

— На выход, дурочка, — схватив под локотки, Дейзи вернули в гостиную их капсулы. Гостиная была пуста. Альфы исчезли. Дейзи охнула и нервно огляделась. Все-таки пиратки не шутили и куда-то спрятали парней. — Не выбрала, кого спасти, все пропадут. Или готова кого-то оставить? Последний раз спрашиваем.

— Отстаньте от меня! — замотала Дейзи головой. — Я вас засужу.

— Прощай, садистка.

Пиратки отчалили. Дейзи услышала скрежет и проверила, выглянув в иллюминатор. Она осталась на борту в полном одиночестве. Могла, наконец-то, располагать собой, только на душе было тревожно. Целые сутки Дейзи проплакала. Нервы не выдержали психической нагрузки. Она обычная омега, пусть и студентка космического лицея. Дейзи не готовилась к таким эмоциональным качелям. Нисколько не радовалась тому, что оказалась, к счастью, далеко от нежеланных гостей. Дейзи жалела себя. Маленькую, беззащитную девчонку. Уже не надо выбирать, а Дейзи продолжала выбирать и горевала, что не может выбрать.

Надоедливых альф тоже жалела, что не спасла хотя бы кого-то. И в то же время понимала, что спасти одного не было бы для нее выходом. Дейзи никогда бы ему не простила, что пожертвовала из-за него остальными. И опять жалела себя. Не полюбившую никого, не умеющую разобраться в своих эмоциях, попавшую в дурацкую ситуацию. История выбора без выбора осталась в прошлом, но продолжала тянуть из Дейзи силы. Куда бы Дейзи не смотрела, всюду был клин. И выбрать плохо, и не выбрать плохо. Раньше она и не подозревала, что такое бывает. Неприятно было убеждаться, что из двух зол нереально выбрать меньшее.

Дейзи гадала, что ей теперь делать. Что написать в рапорте, какими аргументами оправдаться в лицее и как смотреть в глаза знакомым? Она не могла придумать решение. Только считала минутки до прибытия в родной космопорт. Вся помятая, с жуткой головной болью и красными опухшими глазами Дейзи вышла в зал прилета. И первыми, кого она увидела, были Вальд, Тилон и Динур. Они стояли у стойки встречающих, каждый с букетом, и радостно улыбались Дейзи, как будто ничего не произошло. Как будто они расстались полчаса назад и за это время успели сбегать за цветами.

Глава двадцать шестая. С первого взгляда

Как такое могло случиться? Дейзи встала столбом, невольно глянув по сторонам. Издали ей в четыре руки махали пиратки. Хохотали и корчили рожи. Это, что, был розыгрыш? Они так пошутили? Разыграли Дейзи и отлично повеселились? Скоты! С каменным лицом, на это у Дейзи хватило сил, она прошагала мимо сокурсников, не реагируя на цветы, радостные приветствия, виноватые призывы, жалобные взгляды и легкие касания. Отвергая оправдания, извинения и признания. Пролетела мимо как ракета.

— Дейзи! Ура! — откуда-то сбоку прозвучал веселый голос, который для Дейзи стал спасительным канатом.

— Тиффани, ты здесь? Почему?

— Я мимоходом, — Тиффани показала необычное колечко на пальце. — Замуж влетела. На орбите! Потрясно было. Теперь ненадолго домой. А ты как? Как твоя практика?

— Ужасно, — голос дрогнул. Дейзи опять едва не расплакалась.

— Что такое? — нахмурилась Тиффани. — А ну-ка, идем сюда.

— Дейзи, послушай, не сердись, мы хотели, чтобы ты определилась, чтобы выбрала кого-то из нас, помочь тебе хотели, — сокурсники Дейзи встали стеной, пытаясь объяснить свой поступок.

Тиффани молча обогнула их, держа за руку Дейзи. К чему разговоры, нужно, не откладывая, по горячим следам, топать в Комиссию ментального надзора. Говорила же Тиффани, а Дейзи не послушалась, жалела этих олухов. И сейчас, успокоится и простит. А потом опять будет слезы лить. Назар поймет, если Тиффани ненадолго задержится, пусть с братом пока поболтает, простится. После свадьбы на орбите все надолго разъедутся по своим делам.

— Прости нас, ну прости, хочешь, на колени встанем, мы не будем больше тебя торопить с выбором… — неслось в спину.

— Отстаньте лучше, — фыркнула Тиффани.

С некоторых пор офисы Комиссии открылись в каждом порту и на вокзалах, помогали пресечь домогательства в отношении омег. Туда Тиффани и отвела подругу. Чтобы оградить от дальнейших приставаний. Это пока парни шелковые и на все готовые, а пройдет неделя и практика забудется и приставания начнутся снова. Дейзи соглашалась, что надо заявить, защитить себя. Только они неудачно попали на обеденный перерыв, в приемной было пусто.

— Спасибо, Тиффани. Ты иди, тебя же ждут. Новобрачный муж. Я дальше сама. Я смогу. Дождусь кого-нибудь.

— Точно?

— Да. Я сама хочу все сделать.

Тиффани убежала к мужу, а Дейзи открывала одну дверь за другой, психовала, и наконец, заорала от отчаяния: “Да поможет мне кто-нибудь здесь или нет?” Дверь в конце коридора открылась и оттуда вышел сотрудник в форменных брюках, темной рубашке, но без пиджака. Наверно, перекусывал, а Дейзи тут раскричалась. Он жестом пригласил войти, и прямо с порога Дейзи вывалила на него все свои переживания. Держать дальше в себе то, что испытала, она не могла. Время от времени сотрудник задавал уточняющие вопросы, спокойным, одобрительным тоном направляя беседу.

Эмоции хлестали через край — каково Дейзи было одной, как она металась, чувствуя себя безмерно виноватой, а оказалось, что все было шуткой. Руки тряслись, голос срывался. Дейзи еще жальче стало себя, пока она рассказывала, что пережила. Губы задрожали, а слезы сами потекли по щекам. Сотрудник протянул, было, руку, чтобы погладить Дейзи по плечу, но замер. Наверно, им нельзя касаться посетительниц, догадалась Дейзи, все-таки он был альфой.

— Простите, — Дейзи сама вцепилась в его руку, сотрудник был такой понимающий и надежный. Дейзи прерывисто вздыхала и умоляла взглядом, умоляла утешить