Сережа, уважай аристократов - Андрей Коткин

всего ничего. Так вот, память у меня хорошая, учился по собственному интересу, а не из-под палки, так что на все теоретические вопросы легко ответил. Простейшие заклинания тоже продемонстрировал, а на просьбы продемонстрировать что-нибудь посерьезнее отвечал неизменным отказом. Серьезные заклинания запросто способны модифицировать мой магофон, а к этому я пока не готов, я еще только в процессе строительства каркаса пребываю, укрепление отдельных узлов еще только предстоит в относительно отдаленной перспективе. Так что три четверки за три экзамена считаю вполне достаточной для себя оценкой.

Кстати об экзаменах. Опасная, оказалось, это работа, быть экзаменатором. Я уже в тот момент ответил на вопросы своего билета по стихийной магии и к входной двери учебной комнаты подходил, в которой проводили экзамен. А в этот самый момент баронесса Рыкова, маленькая худенькая девчушка с карими глазками-бусинками, как у настоящей мышки, получила тот же самый вопрос, как и я чуть ранее: какие продвинутые заклинания стихийной магии она знает? Угу, заклинание воздушного взрыва — это самое то, чтобы в закрытом помещении его демонстрировать. Хорошо еще, что состояние магической системы переволновавшейся баронессы не позволило ей выполнить это заклинание на должном уровне. Но дальнейшее проведение экзаменов пришлось переносить в другое помещение, в прежнем, с выбитыми стеклами, находиться стало не очень комфортно. Хоть и южный город, но зимой тут температура все равно далека от комфортной. За одним и ушные перепонки целители подлечили пострадавшим.

После экзаменов нам, как это и полагалось по школьному регламенту, предоставили недельные каникулы. Этого срока было совершенно недостаточно, чтобы съездить, к примеру, до дома. Да даже если я и туда и обратно летуном воспользуюсь, то вся эта неделя исключительно на дорогу и уйдет. Так что осталось общаться с родными по телефону.

А еще я с Ленкой Шитовой переговорил. Нет, так-то в течение полугодия мы тоже с ней иногда перезванивались, но коротко, практически, на уровне привет — как дела — пока-пока. А тут с полчаса проболтали. Я ей в подробностях описал свое одинокое существование, когда в отсутствие занятий абсолютно нечем заняться, она поведала про задуманную ею авантюру отправиться вместе с отцом и братьями в зону сопряжения. Не знаю, зачем ей вообще сдался подобный опыт, но разговаривала она на эту тему весьма увлеченно.

Разговоры разговорами, но заниматься мне по-прежнему было решительно нечем. Даже работа алхимического кружка на время каникул была прекращена. И тогда я решил рвануть на охоту, а то давно я с этой учебой приливов адреналина не испытывал.

В подвал нашего теоретического корпуса проник вообще без проблем. Полицейские уже давно перестали туда шастать, а без их внимания, да еще во время каникул, сторож на входе в здание вообще на свою службу, похоже, временно забил.

Перешел я через вновь созданный портал на ту сторону и не узнал местность: словно стадо слонов пробежалось, вытаптывая и ломая местную растительность. Впрочем, у слонов в принципе не бывает трехпалых лап с огромными когтями. Подобными следами тут все вокруг было буквально испещрено. Хорошо еще, что я успел те две сумки с драгоценностями То переправить, а то, наверняка, пропали бы без следа, и вдвойне хорошо, что сам под это непонятное чудовищное столпотворение не попался.

Но локальное изменение ландшафта — ладно, может быть, так даже лучше будет. Вокруг точки выхода портала исчезли заросли, в которых меня могли поджидать всякие местные зверушки. Соблюдая всяческую осторожность, я зашагал в сторону ручья. Именно он для меня являлся главным ориентиром, позволяющим без лишних сложностей отыскать примерную границу владений пауканов. И таки да, я решил охотиться именно на них. Отомстить, так сказать, за позор предыдущего бегства.

Однако далеко идти пришлось. Помнится, тогда был один из первых моих походов с целью выявления границы здешней запретной зоны. Но, кажется, припоминаю знакомые ориентиры: локальное расширение ручья, где-то здесь на меня тот первый мохнатый многолап и напал. Значит, дальше лучше не ходить, начинается опасная зона.

Задуманную ловушку я собрал буквально влет. А чего там задерживаться, если все ее элементы состоят из готовых деталей, а план устройства уже заранее полностью продуман.

Центральным элементом устроенной мной ловушки стал, конечно же, одноразовый манок. Долго думал, куда его можно применить — вот, придумал. После того, как я его активирую при своем уходе в сторону укрытия, он начнет тихонько-потихоньку испускать прану, постепенно наращивая ее концентрацию. Думаю, хотя бы пять-шесть пауканов я смогу приманить до того, как они разберут мой манок на составляющие, все же оболочка манка представляется довольно прочной, а пауканы, похоже, живут скученно и сколько-то их понабежать успеет. Ну, и, в момент, как прана перестанет выделяться в окружающее пространство, сколько бы на тот момент этих страшненьких зверушек ни оказалось поблизости, сработает моя закладка из пузырьков с аэрозолем мгновенного сна. Так-то, из одиночного пузырька, при его уничтожении, вырывается лишь относительно небольшое облачко, но что получится, если одновременно подорвутся полтора десятка подобных пузырьков, заложенных по кругу радиусом в несколько метров? Здесь же еще дополнительно и ветерок будет продолжать дуть, который эти аэрозольные выбросы сместит по территории, расширяя тем самым зону полного поражения.

И таки да! Именно эта вот одновременность подрыва до недавнего времени у меня и была основным камнем преткновения. До самого того момента, как возле своего домика зацепился языками со своей соседкой, баронессой Ласкиной. Екатерина в тот раз находилась под впечатлением от счастливо сданного ей экзамена, потому даже со мной, не титульным первокурсником, очень подробно поделилась своей радостью. А потом, по моей просьбе, еще и нарисовала выпавшую ей в экзаменационном билете руну подобия.

Знали бы вы, как это сложно, совершенно не приспособленным для этого камнем защитного амулета царапать стеклянные стенки бутыльков из взрывного хрусталя. Еще и страшно было, что вот-вот бутылек с аэрозолем взорвется, отправляя меня в здоровый сон и знаменуя тем самым, что мой эксперимент провалился. Бутыльки не взорвались, а я получил основной поражающий элемент моей ловушки.

Ловушка установлена и переведена в рабочий режим. Я сам залег за пригорком неподалеку. Ловись рыбка, мала и велика.

Хе-хе, проговорив эту замануху из детской книжки про хитрую лисичку, я никак не предполагал, что на жиденький выброс праны из моего манка, из ручья, и в самом деле, «рыба» вылезет. Да еще какая! Нет, сначала, как я и рассчитывал, прибежала парочка пауканов, которые начали мой манок пытаться вскрыть, чтобы добраться до источника праны. А вот потом из ручья и вылезла эта чуда-юда! Я даже не думал, что там