Наследие Древнего. Том 2 - А. Никл

В первых трёх комнатах, попавшихся мне на пути, никого не было. А вот в четвёртой я наткнулся на Брана и статную седую женщину в длинном пышном платье. Бриллиантовая корона подчёркивает блеск ярко-голубых глаз, классический профиль сразу говорил об аристократическом происхождении, поджатые губы придавали ей строгий вид. Всё в ней было хорошо, если бы не нервный тик. Он привлекал внимание и раздражал. Дама сидела в кресле, высокомерно задрав подбородок. Перед ней на коленях стоял Бран и лобызал её изящную ручку, беспрерывно признаваясь в любви:

— Герцогиня Мариэль, вы самая прекрасная дама на свете! Самая прекрасная! — бормотал он, задыхаясь от чувств. — Давайте сбежим? Я не шучу! Мне плевать на ваше происхождение, не думайте, что я хочу выбиться в Синий Квартал на ваших плечах! Не думайте! Мы с вами сбежим и поженимся вдали от сословных предрассудков! Прибыли артели хватит! Моя дочь нуждается в матери, и я уверен, что вы… О! Кому как не вам я могу доверить мою любимую дочь? Она — самое дорогое, что у меня есть!

Изредка герцогиня Мариэль тяжело вздыхала и говорила:

— Ох, прекратите…

И тогда Бран демонстративно хватался за сердце, закатывал глаза и притворялся, что падает в обморок. Мариэль слегка оттаивала, принималась его успокаивать, и Бран заводил шарманку по-новой, но в этот раз целовал ручку герцогини чуть выше, чем минуту назад. Таким образом он к утру как раз доберётся до декольте. Они так увлеклись этим романтическим представлением, что не заметили, как я зашёл внутрь и положил Мерри на диван. Наблюдать за ними было весело, но в какой-то момент я ощутил себя так, словно подглядывал за каким-то таинством. Смутившись, я поспешил выйти.

За следующим поворотом обнаружилась Лорана. Она бросилась мне на грудь и зарыдала, её ладони водили по моей спине, то ли поглаживая, то ли царапая. Очень скоро рыдания начали стихать, а прекрасные ручки постепенно опускались и в какой-то момент попытались нырнуть под мою набедренную повязку. Когда я перехватил тонкие запястья и отвёл их в стороны, Лорана подняла голову и возмущённо на меня уставилась, её глаза были абсолютно сухими и ничуть не покрасневшими.

— Вы не утешите даму? — рассердилась она.

— Я похож на мальчика по вызову? — внизу живота скопилось приятное тепло, но до полноценного возбуждения было далеко. Всё-таки Лорана напоминала мне силиконовую куклу, пусть и великолепно сделанную. Но я люблю настоящих женщин — с живой, естественной красотой, без наигранных жестов и фальшивых эмоций. До того как загрузился работой, в первом мире без женского внимания я не страдал. Перед глазами пронеслись яркие воспоминания, и член упёрся в ширинку. Лорана это почувствовала и приняла на свой счёт, усилила напор.

— Любишь ролевые игры? — пропела она и добавила: — Сыграем в варвара и монашку?

— Боюсь, ваш сын не простит мне этого святотатства, — я мягко её оттолкнул и отступил дальше по коридору. — Где комната Дзена? Ваша вечеринка, конечно, выше всяческих похвал, но нам нужно возвращаться домой.

— Импотент, — фыркнула Лорана и ткнула пальчиком в тёмную дверь с резной притолокой. — Или ты заглядываешься на задницу моего сына? Извращенец!

Я подавил раздражение. Вроде бы аристократка с длиннющей родословной, а ведёт себя как базарная баба и распоследняя шваль. Спорить и опускаться до её уровня я не собирался, поэтому спокойно подошёл к нужной двери и постучал. Дзен открыл в ту же секунду, словно стоял у порога и подслушивал. Судя по недовольному взгляду в сторону матери, так оно и было.

— Чего? — коротко спросил Дзен.

— Уезжаем, — столь же коротко ответил я.

— Наконец-то, — с облегчением выдохнул он, поднял с пола золотую драконью голову и переступил порог.

Я провёл его к кабинету, в котором ворковали Бран и герцогиня Мариэль. Когда мы вошли, они самозабвенно целовались, постепенно сползая с кресла на мягкий ковёр. Бран активно копался в пышных юбках, а герцогиня Мариэль ласково поглаживала его жировые складки. Мои глаза! Я громко откашлялся. Бран и Мариэль отпрянули друг от друга, но тут же обнялись и заговорщицки захихикали, как малые дети.

— Имею честь вам объявить, что мы с этой прекрасной леди собираемся пожениться! — провозгласил Бран, с ликованием воздел руки к небу и потряс ими, как спортсмен, который только что выиграл Олимпиаду. — Дату свадьбы мы ещё не назначили, но сделаем это в ближайшее время.

— Какой позор! — ахнула за моей спиной Лорана.

— Но вы же лишитесь титула? — протянул озадаченно Дзен. Видимо, аристократическое происхождение было его больным местом. Да и немудрено — не думаю, что в Синем Квартале с ублюдком, пусть и сыном императора, нянчились. Скорее, наоборот: ведь потом можно будет похвастаться, что пнул или оскорбил самого императорского выродка, ха! Так что Дзен завис на пару секунда, а потом выдал: — Вас же похоронят на обычном кладбище, в Красном Квартале.

— Я пока не собираюсь умирать, — оскорбилась Мариэль.

— Нет, не сейчас, вы ещё очень молодо выглядите, ну, для своего возраста, — растерялся Дзен. Кажется, по лицу герцогини он понял, что говорит что-то не то и протараторил: — Но вы же с каждым годом всё ближе к смерти, так-то вам осталось немного… Ну, то есть много, но в сравнении с молодыми, вы скоро умрёте, а кладбище в Красном Квартале не самое безопасное, зачем же вам умирать в таких условиях?

— Да не собираюсь я умирать! — прокричала Мариэль и поднялась, уперев руки в бока. Она шагнула к Дзену с очень решительным видом, и тот испуганно отшатнулся, словно перед ним материализовался зубастый и пышущий огнём дракон.

И неизвестно, чем бы всё закончилось, но в этот момент ровно между Дзеном и Мариэль открылся голубой портал, из него вальяжно влез Боря, распушил хвост и бухнулся на мохнатую задницу. Все взгляды скрестились на нём, и котяра, безусловно, наслаждался всеобщим вниманием. Повисла тишина, и, когда она уже стала неловкой, Борис уставился на меня и непреклонно заявил:

— Мне нужен магазин, — он мгновение подумал и добавил: — Как у панд.

Глава 11

Не дождавшись от нас реакции, Борис облизнулся, встопорщил усы и с нажимом повторил:

— Мне нужен магазин. Как у панд.

— О-о-о-о, Энрэй, — Лорана с придыханием протянула моё имя, под конец почти