Мой очаровательный снежный барс - Анастасия Максименко

нужно, любой взрослый человек сразу же поймет, о чем идет речь.

Вздохнув, отпила остывший кофе, снова взглянув на брата моего мужчины.

А он красив.

Только не той холодной красотой, коей обладал Айсар. Да и не настолько он был красив для меня, как мой мужчина.

Но чисто с эстетической точки зрения…

Сами посудите.

О мощном телосложении, высоком росте и литых мышцах под тонкой кофтой я уже говорила.

Нет? Ну, так знайте: Бер – он такой.

Большие янтарные глаза, трехдневная щетина, слегка прикрывающая тонкие, но четко очерченные губы. И короткие, немного взъерошенные волосы цвета горького шоколада.

Я так засмотрелась, что не сразу услышала тихое, предостерегающее такое, рычание своего мужчины.

Моргнув, недоуменно посмотрела на насупленного, заледеневшего и ощерившегося Айсара.

Чего это он?

Повела плечом и, тепло ему улыбнувшись, погладила по руке, отчего мой оборотень немного расслабился, повернулась к Бернару, с интересом поглядывающему на меня.

По-детски хлопнув ресничками, мысленно коварно потерла ручки, невинно спросила:

– Бернар, а ты какой оборотень? Медведь, да?

Надо говорить, что после моего вопроса челюсть отпала уже у обоих мужчин?

Ну, нельзя же так, хм, в лоб!

Ну, Лара!

* * *

День третий. Вечер

Как оказалось – я была права.

Ура!

Бернар Бьорн действительно оказался оборотнем – медведем.

Но как же смешно было видеть ошарашенные лица мужчин после моего невинно-наивного вопроса. Это было нечто.

Ха! Коварная Лара.

Но мужчины довольно-таки быстро отошли от шока и взяли себя в руки, а Бер подтвердил мою догадку. При этом почему-то настороженно поглядывая на потемневшего лицом Айсара.

И я даже в тот момент с неудовольствием и легким страхом подумала, что могла спросить что-то такое, чего спрашивать в их зверином мире, по крайней мере, людям, категорически было нельзя.

Но как выяснилось, предначертанные могут спокойно спрашивать, уточнять и так далее, в общем, капать на мозг другим собратьям без страха получить за это всяческие мирские и не только кары.

А причина резко плохого настроения моего мужчины оказалось крайне банальной – ревность.

Ну, не смешно?

Вот и я так им сказала и много раз убедила легкими поцелуями в подбородок моего котика, что ничего такого, крамольного, не имела в виду.

На что мой ирбис пояснил: его ревность, как бы ему ни хотелось, будет к другим самцам до того момента, пока мы не закрепим связь. И на данный момент, когда связь не закреплена, неважно, чем она вызвана – разговором, взглядом или, не дай боги, касанием другого мужчины.

Пусть он хоть тысячу раз брат Айсара.

Без закрепления связи ревности не миновать.

Бер уронил, поделившись, что Айсар еще достойно держится. И даже когти в его сторону не выпустил. Хотя был в своем праве.

Когда я уточнила, что такое это закрепление связи, Айсар слегка смутился и под смешливые фырки брата буркнул, что расскажет мне об этом потом.

Я только пожала плечами и отпила чай, но подавилась, вдруг отчетливо осознав, что за закрепление связи там такое будет.

Кошечки – Божечки.

Да это же… Это же…

Неверяще заглянув в глаза мужчин, покраснела, смутившись еще сильнее, чем Айсар, на этот раз под уже громкий хохот двоих оборотней.

Н-да… Попала ты, Ларка. Попала!

Но с другой стороны. А не этого ли я сама хотела?

Хищно улыбнувшись, послала своему мужчине хитренькую многообещающую улыбочку и отвернулась, когда увидела в его глазах ответное жаркое обещание.

Я говорила, что хана той самой крепости?

О, нет. Там не хана. Не-а. Там полная, безоговорочная капитуляция!

В общем, после сытного и веселого, местами мрачноватого, многообещающего завтрака мы вышли на прогулку, и Бер после недолгих моих уговоров, под возмущенное сопение моего ревнивого котика, таки показал мне свою вторую ипостась.

Господи, мои восторженные вопли, наверное, было слышны даже у матушки в Столице.

Это было восхитительно, удивительно, необычно и очень мило.

Бурый мишка!

Нет, ну вы представляете сие чудо?!

Но вот только слишком явные восторги пришлось резко и быстренько прекратить. Пока уж слишком ревнивый, раздраженный и очень даже рычащий ирбис не откусил мне маленький или большой кусочек моей, а скорее всего Беровской, пятой точки.

Вдоволь нарезвившись и извалявшись в снегу, мы усталые и довольные… и да, да, все еще немного ревнивые, вернулись в дом.

Бернар оставаться не захотел, сославшись на какие-то еще вечерние дела, и перед тем как укатить в закат, пообещал завтра с утра прибыть на завтрак.

Покосившись на хмурого Айсара, ледяным острым взглядом провожающего быстро ретировавшегося медведя, тихо хихикнула в кулачок.

«Ага. Да, да. Дела такие дела», – мысленно усмехнулась, прижавшись к напряженному боку своего котико-мужчины. – «Я поняла».

Вернувшись в дом и переодевшись, я скинула маме короткое сообщение, что со мной все в порядке. Я живая. С трепещущим сердцем спустилась в кухню и присела на уже полюбившийся диванчик.

Айсар спустился через несколько минут после меня. Мирно поужинали запеченной рыбкой, разговаривая о разных пустяках. Памятуя о вчерашней идее вместе провести этот вечер, решили посмотреть какой-нибудь фильм.

Я настояла на романтической мелодраме.

Я думаю, вы поняли, для чего.

Так, Лара. Только не краснеть.

Оборотень не слишком обрадовался моему выбору, но в целом был не против.

Расположившись в гостиной – та закрытая дверь на первом этаже, как я и подозревала, вела в гостиную, ― на просто огромных размеров диване и захватив вкусняшки, запустили фильм.

Если честно, мелодраму я почти не смотрела. Так, краем глаза. Второй же край глаза постоянно косился на напряженное лицо оборотня, который в самом деле пытался смотреть этот скучный, немного слезливый, проклятый фильм.

Что-то не то мы выбрали. Надо было начать с фильма для взрослых.

Нет, ну а что?

И где, спрашивается, мой стыд?

Похоже, потерялся за дверями этой комнаты, да.

Тихо повздыхав, стараясь не слишком палиться, повертела головой в попытке рассмотреть помещение.

А комната была очень даже ничего.

Большой диван, на котором мы полулежали, домашний кинотеатр и чертова мелодрама. Повернув голову назад, я восхищенно вздохнула.

Огромное панорамное окно.

Но, припомнив свои коварные планы, смутилась, втайне надеясь, что за спинкой дивана ничего видно не будет.

Угу. Из окна. Штор-то на нем не было.

Да и кому там смотреть?

Никого на ближайшие пятьсот метров точно нет.

Повернувшись к экрану, взглянула на действия актеров и чуть не подавилась газировкой.

Хм, а фильм все же, похоже, подойдет…

На экране были ну очень откровенные действия актеров.

А это идея.

Осторожно скосив глаза, хищно посмотрела на