Вздох - Дмитрий Александрович Горюк

раскинутая от горизонта до горизонта, тоже может измениться. Занятная визуализация.

Дальше мы с Мелиссой начали медитировать, хотя у неё это не очень получалось. Отвлекая меня раз за разом вопросами, она пыталась понять, что и как я делаю, что не способствовало ну вообще никак, поэтому, чтобы её не обидеть и не терять времени зря, я решил схитрить и в какой-то момент просто воспользовался своей способностью останавливать время. А следом я услышал вопрос рогатой. Даже один глаз приоткрыл от удивления. Ну, собственно, да, что это я так удивляюсь? Пока она является частью меня, вполне логично, что остановка времени на неё не подействует.

Но дальше произошло действительно нечто из ряда вон выходящее, и она смогла удивить меня по-настоящему. Когда я понял бесполезность попытки и отменил способность, Мелисса, прикрыв свои чудесные глазки, сосредоточилась – и вспыхнула подобно звезде. Обратившись яростным пламенем звезды, она открыла глаза и с удивлением уставилась на собственные руки.

Я бы застыл в ступоре и тоже удивлялся бы гораздо дольше, но заметил, что вторичное ядро за ней рывком уменьшилось на две трети и не собиралось на этом останавливаться. Налаженная нить подпитки от основного энергохранилища просто не могла поспеть за такой скоростью опустошения. Что будет, когда оно исчерпает себя полностью, проверять не хотелось абсолютно.

– Мелисса, хватит! – крикнул я, бросившись к ней и схватив за руку. Уже после сделанного я испугался, что если меня не испепелит на месте, то останется как минимум ожог, но не почувствовал ничего, кроме приятного тепла. – Оглянись, ты использовала слишком много сил.

– Ой! – испуганно ойкнула девушка, оглянулась и разом, без какого-либо перехода стала прежней. Заметив, что я держу её за руку, она схватила меня и всмотрелась в ладонь. – Ты не обжёгся?

– Нет, со мной вроде всё в порядке.

Не знаю, что там с нашими взаимоотношениями на уровне энергетики, но это как-никак мой внутренний мир, наверное, в этом всё дело. Сказал я, впрочем, совершенно другое:

– Что это было?

– Я что-то сделала не так, да? – расстроилась девушка. – Я почувствовала, что ты что-то сделал, и всё вокруг замерло, а потом попробовала повторить, – ошарашенно ответила она. – Вот только вместо того же самого… Я же… Я пылала?

– Слабо сказано, слабо сказано. По мне, так ты вспыхнула, как солнце. Будь это реальный мир, уверен, всё на несколько километров вокруг превратилось бы в угольки. Это твоя способность?

– Наверное, нет, – сомневаясь, сказала она. – Я о таком только слышала. Но считалось, что наши предки, те, что демоны, так могли. Но после такого они почти сразу умирали во вспышке, и всё вокруг сгорало. Последняя вспышка – так это и называется. Необязательно даже было быть магом, на подобное были способны и обычные воины с достаточно сильной волей. Воспылав, они могли переломить ход боя.

– Пообещай мне больше так не делать, ты ведь могла погибнуть.

И я заодно. Наверное. Не знаю. Но ей этого точно не стоит говорить.

– Но это ведь… моя сила? – обречённо произнесла она.

– Хорошо, давай так, – не стал спорить я. – Без меня ты так делать не будешь. Сама же говоришь, что это оружие последнего шанса.

– Хорошо, без тебя не буду, обещаю. А насчёт последнего шанса. В наше время так уже никто не мог; может, после объединения народов эта способность была утеряна? И раз у меня получилось её пробудить, то, может, я смогу сделать так, чтобы она меня не убила, и свободно пользоваться ей?

Аж глазки загорелись. Пожалуй, они действительно засветились.

– Мелисса, у тебя глаза светятся, – заметил я.

Вот только реакция оказалась какой-то странной.

– Что? Блин, почему у тебя тут нет зеркала! – воскликнула она.

Вот уж действительно.

– И с этим я тоже попробую что-то сделать, – усмехнулся я. – А сейчас мне, пожалуй, уже пора.

* * *

Вынырнув из медитации, я разве что нервно дёрнул глазом. На меня в упор внимательно смотрели два серых глаза. Это первое, что я увидел. И только потом осознал, кто это.

– Елизавета Алексеевна? – осторожно спросил я и скосил глаза ниже.

Открывшийся вид заставил глаз дёрнуться ещё раз. А ведь, казалось бы, всего две расстёгнутые пуговицы на белоснежной блузке. Всего-то. Да в наш век доступности любой информации первое, чем интересуется любой пубертатный подросток…

Но что-то я не о том. Упав на спину, я скатился с кровати и резко выпрямился.

– Браво, Леонид Викторович, отличный выход из ситуации, – колокольчиком прозвенел её смех.

– Прошу прошения, был ошеломлён. И давно вы. – Я неопределённо махнул рукой, как бы обозначая сложившуюся ситуацию.

– Не стоит, это я виновата. И давай вернёмся на «ты». Я закончила полчаса назад и немного заскучала, а это…

Она приложила руку к груди, а у меня явственно ёкнуло сердце. Чёртовы гормоны!

– У тебя тут было несколько жарко. Я бы приняла душ, но не думаю, что это было бы уместно… – И этак смущённо улыбнулась, разве что ножкой не шаркнула, да и то потому, что, сидя на кровати, это будет явно перебор.

– Понятно. Наверно, сбились настройки кондиционера… Но, кажется, с ним всё в порядке; я бы сказал, что стало даже холоднее, – пытаясь смотреть ей в глаза, ответил я.

Я всё же скосил взгляд на грудь Лизы. Да, однозначно холоднее. Поднял взгляд обратно. Впрочем, она и так всё поняла. Что же за игру ты задумала, староста?

– Ну, в любом случае спасибо за помощь, без тебя я бы опять заснула. Кстати, мы ещё успеваем на ужин. Ты пойдёшь? – с улыбкой спросила она, застёгивая блузку.

– Пошли, – улыбнулся я в ответ.

Подходя к столовой, мы услышали шум в очереди. Узнав бранящийся голос, я решил полюбопытствовать, кто в этот раз оказался жертвой знакомого мне по первому дню злобного блондина. Добравшись до начала очереди, я увидел, что белобрысый, как и тогда, наседает на ту же самую жертву, но в этот раз с требованием пропустить его вперёд. Перебранка приковала к себе взгляды всех присутствующих.

– Лео, ты чего? – обеспокоенно спросила Лиза.

– Да пока ничего. Не хочешь помочь, нашего же обижают? – на всякий случай спросил я.

– Боюсь, что это будет сложно. Как староста я должна помогать одногруппникам, но если я его сейчас прикрою, то обидчик на этом не успокоится, и, боюсь, в долгосрочной перспективе всё станет только хуже. Да и, сам понимаешь, мужчина от девушки может принять подобное за унижение, – как-то даже грустно закончила она.

– Лиза, – серьёзно произнёс я, взглянув на неё. – Я рад, что мы друзья, а не враги. С такой