Хтонь в пальто - Ирина Иванова

из-за «хочу», а не из-за «надо».

Мария потерянно оглядывается, будто пытаясь понять, чего вообще хочет в этой жизни. Прикрыв глаза, потирает лоб и кивает:

— Хорошо, я попробую. Говоришь, поможет?

— Обязательно! — заверяет Лия. И подмигивает выглядывающему из кухни зверьку.

«Ну вот, теперь я и бабаек гоняла», — усмехается Лия. На ходу поднимает воротник пальто и раздумывает, не вытащить ли из рюкзака шарф: ветер поутих, но голую кожу кусает только так. Ладно, пока потерпит.

Возвращаться в офис сразу после заказа не хочется, да и Санна позвонит, если будет что-то срочное. А здесь неподалеку любимая кофейня, как не заглянуть?

«Я ненадолго, — обещает себе Лия. — Посижу минут десять, отдохну и поеду обратно».

Перебежать дорогу в последние секунды зеленого света; срезать через дворы, по пути сфотографировав опавшие листья; обойти торговый центр — вот и на месте. Лия открывает дверь и загадывает: пускай здесь будет Лена! И прикусывает губу, пряча улыбку, — потому что с порога замечает за стойкой невысокую девушку с каштановыми волосами. Повезло!

Лена радуется как никогда ярко — почти прыгает к кассе, улыбается во весь рот:

— Как обычно?

Но почему-то царапает эта радость, словно она — лишь кривая ширма для чего-то… А, собственно, для чего?

Расплатившись, Лия присматривается к Лене. В сияющую радость вплетен страх: «Хорошо, что пришла ты, а не…» Кто другой мог прийти и напугать настолько, чтобы стать нежеланным гостем? Причем не только что: страх успел прорасти — и не из людей, иначе с чего бы Лена так обрадовалась именно ей, хтони?

Неужели… Да чтоб его!

Когда Лена ставит на стойку кофе, Лия ловит ее взгляд:

— Можно личный вопрос?

Она, поколебавшись, кивает.

— До тебя, случайно, не докапывался один мой знакомый по имени Вик?

— Н-ну, было дело. — Лена отводит глаза, поправляет лямку фартука. — Но он… Мы просто поговорили. Ничего такого.

Страх расползается черным узором, и Лия поджимает губы: «Ага, конечно». Погладить бы хтонической лапой, но сейчас Лена точно шарахнется. Эх, если бы она не видела хтоней, все было бы гораздо проще!

Поэтому Лия делает то, что может, — улыбается, делясь теплом и ощущением безопасности:

— Не бойся. Он придурок, но безобидный, ничего тебе не сделает. — И, дождавшись робкого кивка, уходит в дальний угол, чтобы не смущать.

Вот знала, что он не удержится! И когда успел?

Опустившись за столик, Лия вытаскивает телефон и пишет Вику: «Ты все-таки докопался до Лены? Я тебя убью».

Вик отвечает немедленно: «И за что убьешь? Я ее даже не съел. Пока;)».

— Ах ты зараза, — цедит Лия сквозь зубы.

«Съешь — тем более убью».

«А тогда будет поздно;)».

Вот и как с ним разговаривать?

Утешает лишь то, что он никогда не ест без разрешения. Но с него же станется задолбать Лену, чтобы она согласилась!

Вдохнув и выдохнув, Лия отпивает кофе и оглядывается, стараясь успокоиться. Гирлянды, открытки, искусственные цветы, которые выглядят точь-в-точь как живые, — все-таки не в последнюю очередь полюбила эту кофейню из-за уюта. Ой, а в углу появилась миска с водой — значит, сюда можно с собаками?

— Вы теперь «дог-френдли»?

— Да! — сияет Лена, и ее страх съеживается до жалких черных капель. — Сегодня такая смешная чихуашка приходила — в костюме оленя! Даже рога на капюшоне были.

«А на днях приходил шакал в костюме человека», — хмыкает Лия. И мысленно грозит себе пальцем: хватит, чего завелась? Это не ее дело, она им не мать и не сестра. Пускай разбираются сами — а она пришла отдохнуть.

Трудоголизм — зло, это точно. Особенно когда взваливаешь на себя дела, о которых никто не просил.

«Ой смотри, поселится у тебя дух, будет, как Марию, уму-разуму учить!»

Мария — славная женщина, хочется верить, что она обязательно научится отдыхать. «А я последую ее примеру», — кивает Лия, отпивая кофе.

Раф с мятой и апельсином — напиток богов. А все остальное сейчас неважно.

Уже не ребенок

— Здравствуйте, агентство «Хтонь в пальто», слушаем вас.

— Здравствуйте! Можно попросить вашу хтонь посидеть с ребенком?

— Извините, у нас не служба подбора нянь и…

— Да-да, я знаю. Но я обещала, что с ней посидит самое ужасное чудовище. Ей одиннадцать, там особенно заботиться не надо, только присмотреть, чтобы сделала уроки, поужинала…

— Одиннадцать? Хорошо, устроим. Назовите ваши адрес и имя, пожалуйста.

Кому в школе расскажешь — засмеют: мама, собираясь в гости, ищет няню!

Лара спорит, плачет, топает ногами: «Я уже не маленькая, могу посидеть одна!» Но все, чего она добивается, — мама обещает нанять самое жуткое чудовище. Даже звонит в какое-то агентство «Хтонь в пальто» и нарочно громко говорит в трубку: «Можно попросить вашу хтонь посидеть с ребенком?»

С ребенком… Ей одиннадцать лет — давно не ребенок и никаких чудовищ не боится! Наверняка придет очередная скучная тетка, какая-нибудь Валентина Павловна или Екатерина Сергеевна; проверит уроки, накормит макаронами с котлетой и отправит спать в девять, не разрешив даже какао выпить.

Поэтому Лара, фыркнув, уходит рисовать. Вообще-то на завтра надо сделать номера по математике и упражнение по русскому, но с этим она попросит помощи у няни. Должна же от нее быть хоть какая-то польза.

Ровно в шесть пиликает домофон. Мама, отпирая дверь, кивает выглянувшей из комнаты Ларе:

— Вот, пришло самое ужасное чудовище. Не будешь слушаться — оно тебя съест.

— Ага, обязательно, — цедит Лара. Но к шагам в подъезде прислушивается с замиранием сердца: вдруг и правда придет кто-нибудь необычный?

Порог квартиры переступает женщина в бежевом пальто, и самое необычное в ней — красно-черные волосы.

— И это твое чудовище? — фыркает Лара.

— Да, я чудовище, — спокойно отвечает женщина. — Просто в облике человека. Будешь хорошо себя вести — покажу и чудовищный облик. — Она подмигивает.

Лара закатывает глаза. Почему мама никак не поймет, что она может оставаться дома одна: ничего не взорвет, не обожжется и не утонет, сделает все уроки и даже вовремя ляжет спать? Зачем постоянно звать няню?

Впрочем, эта няня — хотя бы не скучная тетка. Может, вечер окажется не самым ужасным.

Женщина представляется Славой — и, заперев за мамой дверь, почему-то не командует: «Немедленно делать уроки!» или «Садись ужинать!»

Вместо этого она спрашивает:

— Ты Лара, да? Чем хочешь заняться?

— А чем можно? — хлопает глазами Лара.

— Смотри. — Слава выключает свет в прихожей. — От уроков никуда не денешься, но необязательно делать их прямо сейчас.