Санкт-Петроград - Евгения Духовникова

"Гости" разделились: один остался стоять на мосту, второй перешёл на другую сторону и двинулся вдоль канала, третий же направился прямо к ресторану.

— Да пойми уже, наконец, ситуация с Чашей — нонсенс. Катастрофа вселенских масштабов. Весь инфрамир гудит, как растревоженный улей. Фортучент готов на всё, чтобы найти похитителей и вернуть Чашу. У городовых приказ задерживать подозреваемых до выяснения всех обстоятельств. Потом, конечно, непричастных отпустят на все четыре стороны, но не сразу. Полагаю, недельки две ареста тебе гарантировано.

— Что? Какие ещё недельки?! — возмутилась Рита. — У меня защита диплома на носу!

Городовой в фиолетовой форме сбился с шага, дёрнул подбородком, принюхиваясь, будто ищейка.

— Бежим! — крепко держа девушку за руку, Тео рванул через обеденный зал, в противоположную сторону от входных дверей. Официант, выросший у них на пути, открыл рот, но Тео предвосхитил его вопрос:

— Где у вас служебный выход?

— Там...

— Показывай. Живо!

Как ни странно, молодой человек не стал возражать, а молча бросился в узкий проход между барной стойкой и кухней. Впрочем, Рита уже ничему не удивлялась: некогда.

Спустившись по короткой лестнице, они оказались во дворе — типичном петербургском дворе-колодце. Глядя на пестрящий выбоинами асфальт и унылые обшарпанные стены, с трудом верилось, что в этом самом доме располагается дорогущий помпезный ресторан.

— Куда теперь? — Рита завертела головой в поисках выхода из тупика.

— Туда. Сделай одолжение, помолчи минутку, я пытаюсь нащупать удобную точку перехода...

Рита резко остановилась и попыталась выдернуть руку.

— Туда я не пойду!

— Хочешь попасться легавым?! — рассердился Тео. — Пожалуйста, вперёд и с песней — а я подпою!

Рита угрюмо замолчала. Где-то хлопнула дверь, раздался звон стекла. Но Тео уже увлекал её за собой в открывшийся портал.

6

Во всех фэнтезийно-приключенческих романах, что Рите довелось прочесть, главный герой (или героиня) попадает в другой мир непредсказуемо, неожиданно и не по своей воле. Чаще всего — по нелепой случайности: открыв не ту дверь, упав не в тот колодец либо сев не в тот автобус. Иногда — насильно (ныряй, а не то зарежу!) и, конечно, в самый неподходящий момент. Почти всегда при этом горемыка страшно возмущён и раздосадован, почти всегда мечтает лишь об одном — поскорее очутиться дома. Однако вскорости, как правило, герой успевает проникнуться "дивным новым миром", вкусить пресловутый запретный плод, и жгучее желание вернуться в родные пенаты незаметно сходит на нет. При том, что сама возможность возвращения была и остаётся совершенно неосуществимой.

А вот чтобы шастать из мира в мир как на работу...

Они стояли на набережной, у моста. Рита встревоженно смотрела на Неву — вернее, на её местный аналог. Река в этом месте разливалась широко, почти на километр; на противоположном берегу за пышными кронами деревьев просматривалось величественное здание с куполами. Исакий? Вероятно.

— Не стой столбом, — Тео возник рядом. — Ходу!

— Куда? — Рита не шевельнулась.

— В безопасное место.

Она всё ещё медлила.

— Чёрт побери, ты будешь мне доверять? — рассердился Тео. — Я вообще-то тебе помочь пытаюсь!

— Прости, — Рита ощутила укол совести. — Я понимаю.

— Тогда не спи и не зевай, — Тео два раза щёлкнул пальцами, и из-под моста вынырнула деревянная плоскодонка. На носу лодки стоял бравый дедок в подбитом лохматым мехом полушубке и шапке-ушанке. Седовласый, с окладистой бородой мужичок напоминал Деда Мороза в отставке.

— К Академии Художеств, — Тео бросил ему пару монет — Рита заметила золотистый проблеск. Лодочник ловко поймал червонцы, подождал, пока пассажиры заберутся на борт, и оттолкнулся веслом от гранитных ступеней.

— Представишь мне свою очаровательную спутницу, голубчик? — лукаво ухмыльнулся он.

— А как же, — откликнулся Тео. — Это наш новый курьер. Прошу любить и жаловать.

Рита возмущённо надулась. "Что?!"

— Она ещё не получила ключей, а следовательно, и имени, — продолжал Тео, старательно не замечая её яростного взгляда. — Эй, ты! Как хочешь зваться?

— Вообще-то у меня уже есть имя, меня оно полностью устраивает, и менять его я не собираюсь, — сердито начала Рита, но Тео ощутимо пихнул её в бок.

— Таков порядок, — внезапно подал голос лодочник. — Вместе с лицензией и документами курьер получает новое имя. Как тебя величали там, — он покосился на лиловое небо, — отныне не имеет никакого значения.

— Вот оно что, — протянула Рита. — Не знала, что ж поделать.

— А своё настоящее имя, голубушка, спрячь и береги как как зеницу ока, — наставительно продолжал дед. — Да не выбалтывай его кому попало, — он заговорщицки подмигнул. — Даже тем, кому можно доверять. Таким, как я.

— Сядь, — шепнул Тео, потянув её за рукав. — Не раскачивай лодку.

Рита неохотно послушалась. Некоторое время они двигались в абсолютной тишине — только волны мерно ударялись о борт. Лодочник едва шевелил своим веслом: лодка шла сама, подгоняемая неведомой силой. В этом мире иные законы физики, вспомнила Рита. Может быть, у плоскодонки имелся бесшумный двигатель, работающий на энергии вакуума и субатомных частиц. А может, лодку гнала вперёд незримая сила, именуемая в простонародье волшебством.

Тео напряжённо вглядывался в тёмный горизонт.

— Кажется, оторвались, — с нескрываемым облегчением прошептал он.

Лодочник понимающе хмыкнул.

Стараясь особо не выказывать удивления, Рита не могла удержаться от того, чтобы не глазеть по сторонам. Сложно было сказать, который сейчас час. Лилово-сиреневое небо было светлым и тёмным одновременно. Рябь на воде дробила отражения фонарей на тысячи огненных клочков, превращая цельную картинку в отдельные фрагменты, в кусочки пазла, путая, перетасовывая и вновь собирая. По ближайшему мосту с грохотом проехал старомодный открытый экипаж, запряженный четвёркой длинношеих тварей, похожих на ископаемых чудищ, и картинка на поверхности воды пришла в смятение, закружившись в безумном танце.

— Ты нас не видел и тем более не перевозил на другой берег, — негромко сказал Тео, когда она причаливали к каменному пирсу.

— Обижаешь, — с достоинством ответил дед.

— И в мыслях не было, — возразил Тео. — Но времена сейчас, сам знаешь, непростые. Подстраховка не повредит.

— Согласен, времена нынче суровые, — похоже, лодочник был не прочь поболтать, но при этом прекрасно понимал: его пассажиры не особо располагают временем. — Слышал, фортучент сильно не в духе. Видать, случилось что.