Суккубьи заморочки - Эва Ясакова

распознавать иллюзии и морок. У меня было стойкое ощущение, что встретилась с самим Создателем, с Сумраком но это было невозможно. Кто я такая? Я почти что никто, я даже не великая, обычная первоуровневая иная. Да к тому же живущая не так долго. Постепенно мысли мои начали путаться, я почти уснула как вдруг в моей голове прозвучал голос, который я уже и не надеялась услышать, — любовь моя, где ты? Что с тобой? Я не знаю где я и как долго смогу удержать эту связь. Меня похитили и я сейчас в каком то помещении гасящем любую магию. Я весь день искал возможность связаться с тобой но было бесполезно. Только минуту назад что-то случилось и я почувствовал тебя. Береги себя, малышка, безмерно люблю тебя.

Это был он, мой любимый, мой Дэм. Он пропал раньше чем я успела ответить. Но теперь я знала точно — он жив! А это значит, что я землю переверну, но найду его.

Я проспала весь день и проснулась на закате, так что некоторое время не могла понять где я, что со мной и который сейчас час. Медведь сидел за компьютером ко мне спиной и увлеченно избивал нарисованных монстров в какой то онлайн игрушке. Это понятно, он привык каждый вечер выходить на охоту за нарушителями Договора и наше временное затворничество должно было его угнетать, так хоть какой то выход агрессии. На его голове красовались наушники и там могла играть какая угодно музыка, от этюдов Шопена до AC/DC,в своих музыкальных предпочтениях, так же как и в литературе Медведь был всеядным. На тумбочке возле кровати я обнаружила тарелку с бутербродами, заботливо прикрытую салфеткой и термос, несомненно с кофе. Поудобнее устроившись среди подушек и одеял я налила себе в чашку этот волшебный напиток и с удовольствием откусила огромный кусок от бутера, есть хотелось неимоверно, но так всегда бывает после излечения. Почувствовав аромат кофе медведь оглянулся и сняв наушники уставился на меня. В свете угасающего дня я не могла как следует рассмотреть его лицо. Но мне показалось что он и смущен, и расстроен, и негодует одновременно.

— Эй, лохматый, что еще случилось пока я спала? — я решила пока что не говорить ему о том, что со мной связался Дем.

— У тебя гостья. На кухне.

С этими словами он снова надел наушники и, вернувшись к монитору, с удвоенным ожесточением принялся истреблять ни в чем не повинных мультяшек.

Я сразу догадалась кто это. Да и вы тоже наверняка поняли кто решил меня навестить. Не сказать что бы я слишком удивилась, было бы странно если бы мы с Амели начали избегать друг друга, просто я не ожидала ее визита столь быстро и без предупреждения. Хоть это между нами и не было заведено, обычно мы как то обозначали свои встречи, к ней я вообще без предварительного звонка по телефону не являлась.

Глава 9

Немного поколебавшись я пошла на кухню. Она, не включив света, сидела на подоконнике и смотрела в окно. От всей ее хрупкой фигурки веяло такой печалью и безнадежностью, что у меня перехватило горло. Я не решилась подойти ближе и прислонившись к дверному косяку просто смотрела на нее. Так же как вчера она посмотрела на меня и молча снова отвернулась. Все слова сейчас были лишними. В этом угасающем за окном свете, в этом темном абрисе ее фигуры на фоне засыпающего города было столько символизма, что исключало всякий намек на вчерашнюю театральщину.

— Спасибо за спасение, — я наконец смогла протолкнуть слова наружу, — только не понимаю почему ты не сказала напрямую учителю, почему действовала через посредника.

— Неужели ты не понимаешь? Мне стыдно…перед шефом, перед тобой, перед всеми, даже перед твоим дурацким мишкой. Почему ты не подошла ко мне вчера?

— За вашим столиком было место только для двоих, я не была и никогда не буду третьей. Да ты и не хотела этого. Тебе просто нужно было что бы я увидела, не так ли?

— Ты как всегда права…всегда права, как тебе это удается? Быть всегда правой, всегда правильной. Не то что я. Вечно влипаю во все самое сумасшедшее и плохое.

— Ты не сделала ничего плохого или дурного что бы стыдиться. Да, ты сменила цвет, но ведь ты не нарушила договор. Ты спасла меня и Медведя, я не думаю, что мы бы остались в живых если бы не подоспевшая помощь. Кстати, а когда ты почувствовала?

— Практически сразу как только вы вышли. Я хотела связаться с тобой но ты пропала, ни малейшего отклика, я запаниковала и попросила Лодоса что бы он позвонил шефу, попросил помощи, а потом, когда я на мгновение смогла тебя нащупать все уже закончилось.

— Учитель уверен, что это твой кавалер меня почувствовал. Оказывается он до сих пор думает, что мы все суть единое целое, — я невесело усмехнулась и подойдя к окну села напротив нее.

— Как удивительно глупы бывают умные люди и как странно слепы — зрячие, — проговорила она.

— Ты стала философом?

— Я стала старше за эту ночь. Знаешь, я очень испугалась за тебя. Ни разу еще мне не было так страшно за кого то кроме себя самой. Со мной что-то происходит, я не понимаю что, временами я сама не своя, действую как в тумане. Иногда охватывает ненависть и постоянная слабость. Вчера, после того как шеф забрал вас с Медведем в офис я потеряла сознание, пришла в себя уже дома и не помню как там оказалась.

— Это действительно странно. И как давно это с тобой?

— Месяца два, три. Я не помню точно. Ты не подумай дурного, это начало происходить еще до встречи с Лодосом. Так что он тут не при чем. Возможно и у нас бывает профессиональное выгорание.

— Возможно…Знаешь, вчера в театре все были обеспокоены, ведь с твоим переходом силы Тьмы получили перевес и вышли за сотню.

— Не вышли. У Тьмы по прежнему сто первоуровневых. А вот у Света девяносто девять адептов. Но не думаю, что это надолго и что именно это послужило поводом для беспокойства. Скорее то, почему с моим приходом цифра не изменилась.

— И почему же? Кто то вышел за рамки магической категории?

— Нет. Кто то ушел. Помнишь Дениз?

Разумеется я ее помнила. Она была очень юной (по нашей иной мерке) суккуб, почти в два раза младше меня, очень одаренной и очаровательной девушкой. Хоть