Отпрыск рода Орловых. Том 3 - D. Wismurt

class="p1">Стоило перешагнуть порог, как мои глаза столкнулись с взглядом выразительных огненно-карих глаз.

М-дя, со старой грымзой я поторопился.

Передо мной за черным дубовым столом сидела красивая, статная женщина с каштановыми волосами, приблизительно тридцати с небольшим лет. Острые черты лица, тонкие губы, словно высеченные из камня скулы, острый как бритва прищур глаз и ухмылка, больше похожая на оскал — превращали с виду милую женщину в опасную хищницу.

Можно было с уверенностью сказать, что Стелла Яковлевна не зря есть свой хлеб. Такая действительно пережует любого студента и даже преподавателя в фарш, не поморщившись. Самое интересное, я готов был поспорить на что угодно, что занимала женщина эту должность совсем недавно.

Не похожа она была на человека, кто просиживает свои штаны в кабинете. Ей пошло бы командовать службой безопасности или работать в разведке, может быть в ЧДР, а никак не учить оболтусов в магической академии.

Хороша чертовка.

Не смотря на грозный вид и веющую от женщины опасность, почувствовал, как организм моментально среагировал. Было в Стелле Яковлевне что-то такое, что цепляло основательно.

Я был бы не прочь с ней познакомиться поближе, и не только в горизонтальной плоскости. Уверен, она очень интересный человек, с которым мне понравилось бы не только трахаться, но и вести беседы.

Не стану врать, Стелла произвела на меня впечатление, даже большее чем блондиночка, сидящая в экзаменационной комиссии со своим даром обольщения.

И, кстати, имя ей подходило идеально. Стелла сияла так же ярко, как звезда — холодным воинственным светом, который хотелось во чтобы-то ни стало растопить.

На мой внешний вид женщина отреагировала нетривиально. Вместо того, чтобы распекать нерадивого студента за неподобающий вид, она хмыкнула и растянула губы в улыбке.

— Наконец-то видно, что хоть кто-то прошел испытание достойно. Судя по пятнам на вашей одежде, я могу смело предположить, что вы не воспользовались проторенной тропой, а решили достичь конечного пункта, пройдя через лес. Я права? Нет не отвечайте — знаю, что права. Могу лишь добавить, — женщина наклонилась над столом, внимательно в меня всматриваясь и раздувая ноздри, как охотничья борзая, — Вы встретились с измененной псиной, жабами, козлорогами и даже комарами — это только в лесу. Скажите, как вам удалось справиться с последними?

— Повезло, — ответил уклончиво.

Не рассказывать же, что я перекроил ловчую сеть как нефиг делать. Опытные маги на такое вполне способны, но не только начинающий обучение студент.

— Рисковый, бесстрашный и скрытный. Мне нравится, — продолжила тем самым временем Подольская, — Таких бы ребят в академию — да побольше, не то, что до тебя заходил. Позор, одним словом. Надеюсь, глупостью ты не страдаешь, иначе будет очень жаль.

— Кому жаль?

— Тебе, естественно. Я не люблю тупых, заносчивых, слишком гордых, не умеющих слушать, беспринципных и не ценящих чужое мнение — если оно, конечно, разумно. Будем надеяться, что ты не относишься к их числу, иначе не сработаемся.

— И что тогда будет?

— Увидишь, но результат тебе не понравится.

— Угрожаете? — ухмыльнулся, склонив голову.

— Ни капельки, всего лишь констатирую факт. Теперь перейдем к скучным вещам, — Стелла перелистнула страницу и посмотрела в свои записи, — У меня из вас остались только двое, остальные отмучились, а это значит, что ты — Максим Евгеньевич Стрижнев.

— Так точно.

— Платное обучение, проживание вне корпуса. Универсал в сторону стихии огня. Факультет артефакторики.

— Все верно.

— Тогда, вот список того, что дополнительно необходимо купить для обучения, форму тебе выдадут, учебники получишь в библиотеке. Здесь расписание твоей группы и свод правил которых следует придерживаться в стенах академии. Куда он подевался? — проректор нахмурилась, перебирая лежащие в хаотичном порядке листы, — Опять не все распечатали. Так, минуту… Сейчас принесу.

Послышался еле слышный скрип и из-за стола довольно резко выкатилась Стелла Яковлевна.

Я еле сумел сдержать возглас удивления. Пожалуй, не сделай я этого и получил бы каким-нибудь проклятием в лоб, но сколько же усилий мне стоило не выказать своих эмоций, и не из-за того, что я засмотрелся на ее ножки, а потому — что эта прекрасная, гордая женщина сидела в инвалидном кресле.

— Бляя-я, — простонал мысленно.

Не удивительно, что другие студенты и преподаватели говорили о ее невыносимом характере. С таким недугом люди не раздаривают улыбки направо и налево, наоборот, становятся более жесткими и язвительными.

Почему ее не вылечили?

Поставить на ноги инвалида в этом Мире как два пальца об асфальт. Хороший эскулап справится на пару дней. Потом, конечно, еще реабилитация примерно около месяца, но это в самом тяжелом случае, обычно происходит быстрее.

Тогда какого хрена?

Наверняка Стелла обращалась к специалистам. Один Семен Семенович Рабашский чего стоит, и уж если он не справился, значит…

А это значит, что дело тут не только в физической травме.

Пока проректор открывала нижний ящик шкафа и искала внутри недостающий экземпляр свода правил академии, я переключился на внутреннее зрение, внимательно осматривая тело женщины, точнее ее энергетическую структуру, и хмурился.

С потоками энергии все было в порядке. На первый взгляд никаких повреждений. Судя по тому что я видел — передо мной сидел вполне здоровый человек.

Мелькнула мысль, что Стелла Яковлевна просто-напросто притворяется и в учебном заведении находится не для того, чтобы мучить наши неокрепшие умы знаниями, а чтобы собирать информацию. Эдакий засланный казачок внутренней службы или ЧДР, только они могли пропихнуть своего представителя на столь высокую должность.

Уже хотел переключиться на нормальное зрение, как что-то царапнуло глаз.

— Хм-м, интересно. Что у нас там? — произнес мысленно.

Ага, нашел. Маленькое черное пятнышко — почти незаметное, если не искать специально.

Уверен, что Рабашкий и другие эскулапы его тоже видели, а вот поделать вряд ли что-то могли. Стоило копнуть поглубже, как я отчетливо это понял.

Проклятие — очень сильное и не просто проклятие, а проклятие некроманта, завязанное на смертельный исход.

Сейчас оно медленно убивало сидящую в инвалидном кресле женщину, принося при этом очень сильную боль, лекарства от которой не было.

Как я это узнал — да просто понял.

Как только выяснил куда именно направить внимание — все стало предельно ясно. Пазл сложился в целостную картину. Я даже сумел рассмотреть, как эта хрень злобно пульсирует, выкачивая жизненные силы женщины, которые не просто растворялись в пространстве, а направлялись к невидимому источнику.

— Ох ты ж! — не сумел сдержать возгласа.

Я, оказывается, ошибся. Виновником болезни Стеллы Яковлевны являлся не некромант, отнюдь — нет. Им был «бессмертный», и я догадывался кто именно.

Ну, сука, я тебя достану.

Меня охватила такая злость, что перед глазами встала красная пелена. С трудом получилось совладать с собой и не побежать сносить голову крючконосу, так как кроме него подобную мерзость провернуть было некому.

Становилось понятно, почему вылечить Стеллу не получалось. Этот ублюдок присосался к ней как пиявка, перетягивая на себя жизненные силы.

Одно я не понимал: — Зачем так жестоко?

Можно было не запускать разрушающее проклятие.

Или он так маскировался?

Херово значит маскировался, ибо я тебя вычислил тварь, и теперь хрен тебе Стелла достанется. Зубами и когтями выцарапаю жизнь этой женщины из твоих поганых лап.

А ведь Смерть предупреждала, что этот тип опасен.

Я еще раз взглянул на проректора, которая ни одним намеком не выказывала, что терпит сильнейшую боль. Если не знать этого наверняка — догадаться невозможно, но теперь я был в курсе ситуации и понимал куда именно нужно смотреть, поэтому сумел уловить едва видимые признаки дискомфорта.

— Что? — подняла голову женщина, почувствовав пристальное внимание.

— Ничего, — сумел выдавить из себя, думая, чем я могу ей помочь, а ведь я мог: не полностью, всего лишь частично, но снизить болезненные симптомы и восполнить жизненную энергию до оптимального уровня мне вполне было по силам.

Алина была тому примером.

Понятно, что суккубка тянула жизнь сама, но за наше постельное времяпровождение, я понял, по какому принципу действовала Артемьева, и мог с уверенностью в 99,9% его повторить.

Единственное — для этого бы понадобилось несколько часов хорошего, качественного секса.

Вставал вопрос: — Как уговорить на потрахушки проректора академии?

Можно было попробовать объяснить причину подобного предложения, да только, вряд ли женщина будет слушать.

«СЕКС — панацея от неизлечимой болезни! Переспите с Максимом Стрижневым, и вы будете бодры и веселы в течении некоторого времени!»

Ничего так слоган, может на этом зарабатывать?