Добро пожаловать в порок - Мэри Блум

— Честно говоря, — максимально дипломатично ответил я, — я не хочу туда идти.

Саша замерла на подоконнике, напряженно ловя отголоски нашего разговора. Это было не так уж сложно: Ася даже не пыталась понизить голос, то ли невольно, то ли намеренно втягивая в наши с ней разборки всю группу.

— Не хочешь, — с нажимом произнесла она, — или не хочешь со мной?.. А с кем хочешь? Сам-то хоть определился?

Глаза моей подружки детства, почти с обожанием смотревшие на меня большую часть моей жизни, сейчас холодно резали меня на части, пытаясь забрать себе кусочек побольше и оставить для всех остальных поменьше. Вот только я был не тушей на мясном прилавке, где можно оттяпать любой кусок на выбор.

— Ась, — серьезно начал я, — давай не ссориться.

— Ну да, — непривычно едко бросила она, — сердце же не настолько большое, чтобы в нем было место для всех!..

Смотрю, некоторые слушали Алину слишком внимательно… Вся группа притихла, с любопытством ожидая продолжения. Про то, что мы с Асей друзья детства, тут знали все, а вот то, что один из нас требует большего, многие поняли только что.

— Надеюсь, — Ася кивнула на мой смартфон, говоря еще громче, чтобы наверняка слышали все, — та, с кем ты захочешь туда пойти, с тобой туда не пойдет!

Развернувшись, она раздраженно простучала каблуками к своей парте. Ничего не ответив, я хмуро проводил ее глазами. Похоже, от нашей детской дружбы уже камня на камне не осталось. Саша осталась на подоконнике, не спеша рассеивать мрачность подруги — видимо, прекрасно поняла, для кого Ася вещала так громко.

— Чего-то у девчонок от этого бала совсем крышу сносит, — со знанием дела протянул Даня. — Вот мой новый секс-тренер…

Жаркое дыхание обожгло щеку, губы требовательно впились в мочку моего уха и потянули вниз. Сегодня, хоть и не показывала этого словами, ласками Саша была гораздо ревнивее, чем обычно.

— Итак, свидание… — начал я, прижимая ее к стене еще плотнее.

Одна моя рука горячо поглаживала ее бедра, а другая — внаглую хозяйничала под ее свитером, скользя по обнаженной коже. Хотя мы стояли прямо в коридоре, здесь — около методкабинета на самом последнем этаже — вполне можно было позволить себе не скрываться. Этот полутемный глухой уголок словно специально был запрятан так далеко, чтобы в нем точно никто не бывал — не то что студенты, казалось, даже сам методист забыл сюда дорогу. Чем мы часто и пользовались, облюбовав это укромное местечко для таких вот интимных бесед.

— … только ты и я, — продолжил я, носом подцепляя ее локон и шепча прямо в ухо, — Сегодня…

Сашины пальчики шаловливо пробежались по молнии на моих джинсах, будто проверяя на ощупь серьезность моих намерений.

— … в семь, — закончил я и попытался поймать ее губы.

Стремительно отвернув голову, она звонко шлепнула меня по груди, попав ладонью прямо по нагревшемуся медальону.

— Сегодня в семь, — останавливая мой напор, отчеканила она, — этот дурацкий бал! Забыл, что ли?

Конечно, не забыл. Как можно забыть, когда все о нем напоминают. Даже сам универ, казалось, целый день кричал про этот бал — везде, где только можно, висели плакаты, предлагающие «проверить свои чувства», а на входе раздавали листовки с приглашением туда.

— А какое этот бал имеет отношение к нам? — моя рука продолжала ласкать ее под свитером, добравшись уже до кружева белья. — Я не иду.

— Ты не идешь, — проворчала Саша, позволяя моим пальцам нырнуть под чашечку лифчика, — а ему взбрело туда пойти! Видимо, мозги на такой же лекции промыли…

Стиснув нежное полушарие, которое тут же ткнулось в мою ладонь набухшим бугорком, я всем телом прижал Сашу к стене, не собираясь отпускать.

— Так пусть идет один. Тебе-то зачем? Это же бал для влюбленных, — другая моя рука все активнее водила по обтянутым тканью бедрам, — а ты его не любишь.

— Не наглей! — буркнула Саша, однако не останавливая мои пальцы. — Как я ему скажу, что не пойду?

— Скажи, как есть, — я пробежался губами по ее щеке, вызывая легкий румянец дыханием. — Что с другим трахаешься, и он сразу все поймет…

В следующий миг в мой пах ткнулось колено — не сильно, не больно, но весьма ощутимо — прямо в стояк, который она сейчас прекрасно чувствовала.

— Вот как заговорил, — Саша хмыкнула. — «Новая» девушка так на мозг влияет?

Ее пальчики вновь забегали по моей ширинке — все быстрее и откровеннее, явно пытаясь переключить тему на что-нибудь более приятное.

— Можешь прийти туда сам, — она игриво провела носом по моей щеке, копируя мои недавние ласки, — и там трахнемся…

— И как? — я хорошенько стиснул ее бедра. — По пропуску… как это там… разбитого сердца? Назову твое имя на входе?

Это даже звучало и дико, и смешно. Мне идти по разбитому сердцу? Серьезно? Чтобы посмотреть, с кем она мне изменяет? Да это же не мне изменяют!

— Ну у тебя девушка есть, — Саша коснулась губами моей шеи и, немного втянув кожу, сочно поцеловала, видимо, оставляя засос на радость моей девушке. — А если там есть укромные уголки, мы бы могли…

Не став заканчивать фразу, она выразительно потерлась своими бедрами о мои. Без всяких сомнений, там найдутся укромные уголки — надо же где-то утешать девчонок с разбитым сердцем. Однако использовать Милу как входной билет на секс с Сашей уже заходило за моральный горизонт. Я не суеверен, но вести девушку на Бал верности, только чтобы ей там изменить…

— Вообще-то, — наставительно произнес я, вытащив для лучшего эффекта руку из-под ее свитера, — смысл этого мероприятия именно в верности. Никто никому не изменяет.

Саша громко фыркнула.

— Каким ты стал моралистом! Что, и тебя тоже проняло?

— Так что решай, — я остановил другую руку, перестав ее гладить, чтобы она получше поняла. — Пойдешь туда, трахаться сегодня не будешь. А если останешься вечером со мной, — уже обе мои ладони взялись за ее бедра и рывком притянули их к моим, буквально впечатывая ее в себя, — то оттрахаю тебя так, что ты вообще про все забудешь…

Мой стояк многозначительно упирался ей в живот. Без слов показывая, что ее ждет, я с напором потерся об нее. Сомкнув ресницы и, как в забытьи, откинув голову, Саша сладко потерлась в ответ, вызывая волны жара не только там, где был медальон, но и чуть левее него. Видя ее красные распахнутые губы, я потянулся к ним.

— Я же тебе говорила, — не открывая глаз, прошептала она, — в