Ученик Мрака - Вероника Аверина

безошибочно находили точки концентрации боли. Спустя пять минут Санька уже оставил попытки держать себя в руках, и шипел, шумно втягивая воздух, от очередного нажатия. Тем не менее, после массажа ему полегчало. Движения все ещё давались с трудом, но боль присмирела, позволяя хотя бы перемещаться в пространстве, не кривясь.

— Переоценил я тебя малость, — в лоб сообщил ему Мрак, когда они расположились за столиком небольшого уютного ресторана в ожидании обеда. — Честно говоря, думал, ты лодырничаешь. Ладно, завтра сократим до минимума, сделаем то, что позволит мышцам вернуть форму. А потом начнём постепенно набирать темп. Ты вообще тренировался хоть когда-нибудь?

Санька молча зыркнул на наёмника, обдумывая, сколько ещё придется теперь унижение, но тот мягко улыбнулся.

— Ты на меня произвёл впечатление. И в той драке, и когда за меч схватился. Я ожидал большего. Не рассчитал.

И вновь завуалированное извинение. Саня внимательно взглянул на Мрака и хмуро кивнул, подтверждая хрупкое перемирие.

— Сейчас закину тебя домой, передохнёшь немного, я по делам помотаюсь. А вечером двинем в «Тыкву».

— Куда?..

Мрак недоумённо взглянул на него и улыбнулся:

— В бар. Где вчера были.

Саня не смог сдержать ответного веселья.

— «Тыква»? Серьёзно? Бар для крутых наёмников под названием «Тыква»? Это по которой получить можно?

— Это неофициально. Бородатая история. Один из наших как-то напился и, пытаясь выговорить тост, несколько раз повторил «в этот славный кабачок». Над ним стали подтрунивать, от кабачка дошло до тыквы, так к бару кликуха и прилепилась. Много лет прошло, теперь официальное название разве что на вывеске осталось. Даже сам хозяин «Тыквой» своё детище зовет. Скажешь наёмнику «Тыква» — тебя поймут.

Санька с куда большим удовольствием остался бы дома, уделив время пассивному отдыху на диване перед телевизором, но в приглашении Мрака намёка на выбор не содержалось. На сборы пришлось заложить больше времени: тело саботировало любую активность. Но к назначенному часу Санька переминался с ноги на ногу в гараже.

На этот раз компания за столом собралась обширнее. Саня насчитал шестерых, из которых пятеро были мужчинами, а седьмая — Леди. Свят снова поприветствовал их рокочущим басом, Тень пожал руки обоим, а Бинго ограничился кивком и улыбкой.

Рыжик теперь сидел в компании двух товарищей, и троица невольно притягивала взгляд. Слева — высокий и стройный мужчина, походивший, скорее, на отпрыска правящей семьи, чем на наёмного убийцу. Прямые платиновые волосы, тонкий нос, глубокий взгляд серьёзных серо-голубых глаз, длинные пальцы… Казалось, что в бар его перенесла неведомая сила прямо с приёма во Дворце Престола. Двигался он плавно, говорил мало и неспешно. Мрак представил его Глэтчером.

Третий товарищ являлся антиподом одновременно аристократическому Глэтчеру и простецки выглядевшему Бинго. Джокер. Санькина бабка про такого бы сказала, что на шила господь не поскупился. Он и секунды не мог высидеть на месте. Жилистый, юркий живчик, выплёвывавший слова, словно картошку во рту студил. Глубоко посаженные глаза перебегали с Мрака на Саню, не задержавшись и на миг, а с губ не сходила радостная улыбка. Притворства в нём не чувствовалось. И болтал он, кажется, за всех троих разом, компенсируя немногословность спутников.

— А я ему и говорю, — продолжил Джокер, прерванный появлением Мрака и Саньки, — что на расход накинуть надо, и монетами сперва звенят, а сталью потом.

— Ну, — Свят склонился, устроив подбородок на ладони. В голубых глазах плясали искорки смеха.

— А он мне такой: «Ты жги, а там разберемся». А зенки прямо бегают. И рука за карман хватается. Ладно, думаю, наварил похлёбку — сам и хлебай, — раззадорился Джокер. — Работу сделал, надбавку, конечно не получил.

— Кто бы сомневался, — фыркнул Тень, скрестив руки на груди.

— Да погоди ты. Мне ж велено было жечь. Я и зажёг. В общем, после того, как его склад весело и задорно тушили часа четыре, три расчёта приезжало, между прочим, мне прислали недостающую сумму. И ещё сверх малясь накинули, с извинениями.

— Убытков-то много? — заинтересовался Свят, одним мощным глотком ополовинив бокал пива и утерев с усов пену.

— Да не… Я ж не крыса, я выждал, пока товар увезут. И аккурат до привоза нового и пошумел. Зубастые его за месяц больше подоили.

— Без огонька тебе не работается? — поддела одобрительно улыбавшаяся Леди.

— Без огонька любви не разжечь, — хохотнул Джокер.

— Ну, почему же, — нарочито серьёзно вставил Мрак, — у Ледяной Девы вон получается. Льдинка в сердце, и полгорода ходит, страдает, вдохновенно сочиняя легенды и серенады.

— Иди в задницу, — беззлобно ткнула его в плечо Леди и демонстративно отодвинулась к Саньке.

— Чего шумим, господа? — маслянистый голос разлился в воздухе, мгновенно сконцентрировав на себе внимание. Санька, сидевший спиной к залу, обернулся. За его плечом стоял мужик, смуглокожий, с шапкой роскошных смоляных кудрей над чёрными росчерками бровей. Южанин был среднего роста, мускулистый и крепкий. Тёмно-карие глаза перебегали с одного лица на другое и, в конце концов, остановились на Саньке.

— Молчи, ничего не говори, — южанин картинно опустил руки на его плечо и бешено завращал глазами. — Ты шёл несколько лет, упрямо преодолевая невзгоды и лишения, порой отбивая последнюю крысу у безутешной голодающей нищенки, сколотил банду удалых разбойников, и всё ради того, чтобы пробраться к нам и выведать тайные знания клана наёмных убийц. Красавчик.

Санька оторопел, потеряв дар речи. Леди беззвучно смеялась, зажав ладонью рот. Троица перевела заинтересованный взгляд на него, в ожидании ответного хода. Тень и Мрак синхронно нахмурились, а Свят поднялся, приобняв южанина за плечи. Саня прокашлялся.

— Я не то чтобы…

— Да не, Красавчик — это я. А ты Санька, я знаю. Но с остальным-то в точку, а? Добро пожаловать, в общем, к источнику тайных знаний.

Леди хохотала уже не скрываясь, а на Мрака было страшно смотреть. Казалось, ещё немного, и он двинет болтуну в рыло. Но наёмник сдержался. А Санька покраснел от злости, осознав, что Мрак поделился с товарищами деталями их общения.

— Заткнулся бы ты, дружище, — миролюбиво посоветовал Свят, усаживая Красавчика за стол. — А то вон Мраку уже неймётся сходить подышать в твоей компании.

— Ну, не всё ж ему зубы скалить.