Дождь для двоих - Анатолий Анатольевич Медведев

вцепилась в корзину. Их взгляды встретились, и на мгновение наследники прочли в глазах друг друга решимость на самый рискованный поступок. Они, как сумасшедшие, принялись карабкаться наверх, чтобы добраться до сетки шара. Добравшись до нее, Эфья вытащила пистолет и выстрелила в одно из креплений корзины. Промах. За этим выстрелом последовал еще. Промах! И еще. Промах? Нет, на этот раз пуля скользнула по металлическому креплению, но хороший металл она бы не пробила, он бы лишь погнулся, и если бы не Пыль, то, конечно, выдержал бы. Шар дернуло в сторону, Тинар едва удержался на нем. У корзины оставалось еще два крепления, она крутилась, мешая прицелиться. Выстрел, и почти сразу еще. А дальше сплошные осечки. Шестой патрон заклинило. Но Пыли сегодня досталась хорошая добыча, и она с удовольствием ее пожирала. Корзина беззвучно оторвалась, и воздухоплавательный аппарат снова пошел вверх.

* * *

Утро встретило Анину целым потопом в ее саду, где вместо дорожек стояли огромные лужи. Дождик вроде бы прекратился, хотя об этом и нельзя было сказать с уверенностью. «Ну и погода, что за лето!» – подумала она в очередной раз. Вся эта слякоть ей ужасно надоела, и уж лучше бы поскорее настала осень, за ней зима, а после нее нормальная весна и лето, а то безобразие, которое творится на улице сейчас, поскорее забылось. Наместница сладко потянулась, предвкушая отличный завтрак. Сегодня у нее был целый план разговора о том, как она встретила отца Эфьи, и она планировала разговорить Недара о его женитьбе. «Такой разговор поможет им принять свою судьбу. Да, я непременно еще расскажу о малышке Ранье Олл, которая вышла замуж по воле своих родителей, а сейчас самая счастливая женщина на свете и воспитывает троих сыновей, – вертелось у Анины в голове. – Они непременно осознают, что их бунт против нас – всего лишь юношеское непонимание сути происходящего, не более, а потом, когда-нибудь, они будут благодарить нас за это решение и не будут представлять себе жизни друг без друга».

– Стол накрыт, госпожа Инн, господин Мотер уже спустился к завтраку, – сказал слуга, аккуратно заглянув в ее комнату.

– О, он, как всегда, рано! Скажите, что я уже спускаюсь, передайте мои извинения за опоздание к завтраку, – Анина быстро поправила прическу, с мгновение полюбовалась своим обворожительным отражением в огромном зеркале и по-девичьи побежала вниз. Вся эта легкость давалась ей с трудом – по дороге она успела отдать десяток указаний, в основном по мелочи, в коридоре ее уже ждали посыльные министров. Быстро ознакомившись с их вопросами, она дала краткие распоряжения, а затем непринужденно отправилась завтракать.

Анина не была простым человеком – в ее судьбе было много различных событий, научивших ее трезво глядеть на вещи. Это не значит, что она была безупречна во всем – просто она не повторяла совершенных ошибок. И потому она боялась решений, которые будет нельзя исправить: второго шанса выйти замуж Эфье, скорее всего, не представится. И эта будет не ошибка молодой девушки, а ошибка женщины, знающей жизнь. «Они против, им обоим плохо от тяжести решения, которое необходимо принять», – думала она.

Увидев Недара, она приветливо улыбнулась. Он сидел за столом и читал утренний выпуск городской газеты. В этом человеке многое выдавало военного – начиная от выправки, заканчивая взглядом. Даже то, как он изучал газету, почему-то напоминало Анине какую-то баталию.

– Доброго утра, – поприветствовал он ее, но от газеты не оторвался.

– И вам, – кивнула наместница. – Как спалось?

– Безусловно, хорошо. У нас на сегодня какие-то грандиозные планы или просто займемся политикой?

– Думаю, мы еще какое-то время должны провести с детьми. Им сейчас непросто, а их склочные характеры… Вы сами видите, что получается.

– Не думаю, что это имеет значение. Они наши дети, но, в сущности, ничем не отличаются от любого из жителей наших городов. Да, это несколько несправедливо, но их несчастье способно принести много пользы для Тейна и Иззена.

– Вы все время чего-то недоговариваете.

– Потому что я не до конца вам доверяю, Анина. Поймите, я привык видеть врага в каждом человеке. И поэтому, пока не будет подписан договор и сыграна свадьба, вы для меня так же далеки, как и джагернийский шах вместе с его пятьюдесятью женами.

– Хоть раз! Если бы я хоть раз дала вам повод, Недар, усомниться в честности моих намерений! Мы погрязли в этих проклятых соглашениях с гильдиями, каждая из которых пытается оторвать от города кусок! Ваше письмо подарило мне надежду…

– Не нужно эмоций. Это государственные вопросы, Анина, ваш муж меня бы понял. Я прекрасно осведомлен о том, что обе стороны в выигрыше от этих договоров, но мне нужно узнать некоторые вещи… – Недар не хотел раскрывать своих карт, но если Анина действительно не понимала того, о чем он говорит. – Дело в том, что цель этого брака – не только договоры и дружба городов. Вы можете поискать некоторые организации, приведшие меня сюда, и найти ответ самостоятельно.

Это были не просто слова, Недар следил за лицом своей собеседницы, но прочел лишь удивление. «Можно подумать, что она не в курсе, и если это действительно так, то дело будет полностью решено сразу после свадьбы, но если она знает и одобряет происходящее, то нас ждут большие проблемы», – подумал правитель Тейна.

– Мне не нравится играть вслепую, – со злостью в голосе сказала Анина.

– Ошибаетесь, если думаете, что я вижу больше вашего, – спокойно ответил Недар. – Да и потом, вы можете отказаться.

– И что в таком случае? Я полагаю, вы развяжете войну, даже несмотря на то как трудно приходится сейчас Тейну.

– Почему вы так решили? Я не позволял себе угрожать вам даже тогда, когда наши войска встречались в бою.

– В то время вас мало интересовала политика и гораздо больше слава, популярность, военные трофеи… А теперь вдруг, ни с того ни с сего, потребовалось влияние здесь, в Иззене. «Почему?» – это важный вопрос, но как бы то ни было, если у вас не получится добиться этого одним путем, вы пойдете в обход.

– Ну, вообще-то, я бы этого не хотел. Союз лучше завоевания, и потому я был готов платить, и часть платы уже вами получена, – сказал Недар серьезно и с некоторым нажимом.

– Да, у меня и в мыслях не было предъявлять какие-то обвинения. Я довольна условиями союза, и мне незачем портить отношения. Не хотите говорить о своих мотивациях – не говорите. Но такая скрытность не пойдет на пользу нашему общему делу.

– Хорошо, что проблемы