Волки ночью воют - Алекс Данте

нет. К другому запаху, постороннему. К этому добавлялись крики мучений из закоулков, шум разбитых бутылок из открытого настежь окна квартиры или булькающие взывания о помощи. И когда такое случалось, что бывало довольно нередко, Дерек брал Эби за руку и уводил от того места как можно быстрее, чтобы у них обоих не появился соблазн прийти на помощь. Потому что было бессмысленно. Принимать такое было достаточно тяжело и Эби пообещала Рагнару, что сама она не будет ходить тем маршрутом, где стояли эти дома. Раз в неделю туда приезжал особый грузовик, который забирал трупы.

Эби как-то спросила, нельзя ли это все прекратить. На что Дерек ответил:

— Увы, нельзя. Если мы дадим тем людям надежду, они заберут у нас все. Они сломанные судьбой. Попробуешь им помочь, и ты не успеешь обернуться, как они затащат тебя к себе. А обратный путь слишком сложен. Мы не можем спасти всех.

— Но Свет… он мог бы их спасти?

— Мог бы.

— Почему же не спасает?

— Есть люди, Эби, которые не хотят брать на себя ответственность. Они… приблизились к злу настолько, что нарочно не замечают страдания других. Им это по барабану. Главное, чтобы не мешались и только. Власть как затмение, прикрывает их бездействие.

— В жопу таких людей.

Девушка покачала головой и сунула замерзшие руки в карманы, к вечеру ощутимо похолодало. Эби с Рагнаром вышли из неприятного района и перешли в более оживленные улицы. Мигающие гирлянды в окнах попадались чуть ли не в каждом подъезде, создавая иллюзию островка теплоты посреди зимних холодных вечеров.

Эби вспомнила один из таких дней, два года назад, когда она только сбежала из дома и сойдя с поезда, почти что утонула в ощущении большого города. Спустя пару часов она тогда доела свои последние припасы и осталась голодной. Снег в то время уже покрывал улицы и крыши, а яркие вывески круглосуточных магазинов так манили к себе. Эби зашла в ближайший супермаркет и приметила сладкий батончик в одном из рядов. Жизнь научила ее воровать, поскольку ее сестры и братья частенько отбирали у нее разные вещи или даже еду, а поэтому умение тихо подкрасться и стащить что-то, такому человеку, как Эби, было присуще. Только вот она не ожидала, что в магазинах, в отличии от квартир и фермы, есть камеры видеонаблюдения и очень недовольные охранники. Эби попалась с поличным. Она попыталась убежать, но охранник весьма ловко схватил ее за капюшон куртки и сжал мертвой хваткой. От него несло перегаром и одеколоном:

— Где твои родители, девочка?

— Где надо! — Эби рванулась вперед и капюшон затрещал, грозясь оторваться, но охранник успел перехватить ее за руку:

— Ах ты, мелкая… Ты что, бездомная? Вот сдам тебя Свету, уж они разберутся, что с тобой делать.

— Пошел ты, хрен с горы! — Эби пнула служащего в коленку и тот выпустил ее руку, но так резко, что Эби споткнулась и шлепнулась на кафель, задев несколько стоящих на полках продуктов. Она в тот момент не растерялась и стала запихивать все, что упало к себе в карманы. Охранник взвыл и поднял кулак, грозясь свалить его на худое тело девочки, как его с криком:

— Постойте!

Кто-то остановил. Голос был глубокий и твердый, как у уверенных в своих силах парнях с черным поясом по каратэ.

Эби с охранником удивленно замерли и обернулись. На посетителе было длинное черное пальто с поднятым воротником, под которым просматривалась белая рубашка. Рагнар медленно положил ладонь на плечо служащего и мягко улыбнулся, мгновенно завоевывая расположение:

— Прошу прощения, это моя дочь. Видите ли, мы играли. Не переживайте, я все оплачу.

Эби тогда с первых секунд поняла, что этому человеку можно доверять. Она потом частенько вспоминала тот вечер, когда они вдвоем вышли из магазина, оба довольные, по своим причинам. Эби спросила:

— Почему вы мне помогли?

Дерек пожал плечами:

— А почему нет?

— Ну… не знаю. Обычно меня никто не спасает.

— Что ж, значит, время пришло.

— Куда мы идем?

— Я думал, ты мне скажешь. Где ты живешь?

— О, это очень далеко отсюда. Пешком не дойдешь. Да и к тому же… я сбежала.

— Ого. Почему же?

— Там мне были не рады. Бесконечные ссоры и негативное отношение. Мне кажется, они даже порадовались, что я съехала.

— Все настолько плохо?

— Хуже, чем вы думаете. Так что, мне терять нечего.

— Ну, раз так, то я предлагаю тебе пойти ко мне. Здесь недалеко. Ви сварила куриный суп, точно знала, что у нас будут гости… Только если ты не боишься пойти незнамо куда с незнакомцем.

— Иногда знакомые люди намного страшнее незнакомых.

И они пошли домой.

***

Я думал, что пробуду там намного дольше. Что, может, уйду сам, когда осмелею. Но они не оставили мне выбора. Звездные стражники пришли к нам в дом и сказали девам сдать всех детей. Они сказали, что детям нужно образование, что здесь им не место и что мой дом скоро сокрушат. Кто-то из дев воспротивился и страж толкнул ее к стене, она сильно ударилась, и белая плитка окрасилась алым.

Я бежал. Через секретный ход в подвале, о котором знал только я. Через туннель и на выход в лес, к озеру. Я видел, как уводили детей. Как мой дом горел, отражаясь оранжевыми бликами на воде. Они меня не нашли. Да и я, вернувшись, не нашел ничего.

Big bad world outside — Kodaline

Мы выходим одни

В этот плохой большой мир

Big bad world outside — Kodaline

В лунном свете несложно,

Принять собаку за волка.

Но скоро рассвет

Ольга Громыко «Космоолухи: рядом»

Эби с Рагнаром сбавили темп у территории большой заброшенной фабрики, у которой даже было свое депо, куда привозили вагончики с провизией и также вывозили их к порту для торговли. Фабрика уверенно стояла на земле красными кирпичами еще когда Дерек был совсем маленький. В то время Свет и Тень только набирали обороты и все их действия выглядели грандиозно и воодушевляюще. Строились заводы, лаборатории и торговые центры. Город процветал, люди на улицах улыбались друг другу, вагончики ежемесячно доставляли в порт конфеты и шоколад. Как все хорошо начиналось. А потом… разруха, банкротство. Вместо приятного сладкого аромата — строительные материалы, детали для машин, затем контрабандные вещества, оружие…

Свет в конечном итоге прикрыл фабрику, и та опустела, заржавела и стала никому не нужной. Тогда-то туда и перебрался Бобр, где и основал